Чтение онлайн

Я понимаю, зачем сбегать сюда из города. Здесь будто другая жизнь, спокойная, расслабленная, некуда спешить и бежать, можно просто посидеть у камина, почитать или полежать…

Распахиваю глаза, прекращая поток идей. Ухожу явно не в ту сторону.

А меня ждут пакеты.

Разбираю их, изучаю, что купил Юрий Александрович. Хозяйственный какой. Мясо, курица, овощи, фрукты, немного молочки, хлеб, никаких тебе консервантов. У меня запасы скромнее. На самом деле прокормить его этим было бы сложно.

Как там мой котик? Надо было радионяню купить? Наблюдать за ним. Позвонить. Или камеру?

Пожалуй, нет. Это лишнее.

В окне пробегает тень, и я тут же выглядываю. Юра загоняет машину во двор, но, когда выходит из нее, с кем-то разговаривает через забор. На улице темно и рассмотреть я не могу.

Наблюдаю за ним со стороны. Быстрыми движениями Юра очищает тропинку, параллельно продолжая разговаривать.

Внезапно рождается желание выйти и помочь, или просто постоять рядом. Но боюсь подставить. Может, там друзья? А может, враги? Надо ли кому-то видеть меня.

Так и сижу возле окна. Я хотела с ним поговорить, мечтала, чтобы выслушал, а сейчас, когда этот момент вот-вот наступит, что говорить-то и не знаю. Он же прокурор. Поверить мне на слово не в его правилах, а доказательств у меня нет. Но я все же надеюсь, что он поверит и что-то придумает или подскажет.

Я закрываю рольшторы, когда вижу, что Юра идет домой. Выхожу в гостиную, чтобы встретить.

— Я все, — говорит с порога, — ты меня ждала? — скидывает куртку и разувается. Идет по комнате стягивает на ходу толстовку, хватается за ворот футболки. И стопорится. Вспотел так, что она прилипла. — Поможешь? — Кивает через плечо.

Подцепляю низ и тяну вверх. Касаюсь, неслучайно конечно, кожи. Веду костяшками пальцев вверх и, только когда футболка снята, отстраняюсь.

Еще пару секунд рассматриваю подкачанную влажную спину. Невольно облизываю губы и выдыхаю. Сначала дело.

Юра разворачивается, смотрит на меня. Делает шаг, но я отступаю.

— С кем ты разговаривал?

— С другом, он вышел посмотреть, кто приехал. Нас завтра позвали в гости, ты как? — Приближается, отбрасывает футболку в сторону.

— Нас? — Переспрашиваю и отступаю.

— Да.

— Извини, но мне хватит и одного прокурора. Боюсь, что в целой группе я не выдержу. — Упираюсь попой в диван.

— Они не прокуроры и не связаны никак с этим. — Нависает надо мной и упирается руками в спинку.

— А кто? — Отклоняюсь, соображая, как устоять-то.

— Миша дизайнер и организатор разных мероприятий, А Лера, его жена, рекламщик. Но завтра приедет еще один наш общий знакомый, он владелец автосалонов, а его жена — я точно не знаю, кто она сейчас, но раньше была автомехаником. Никаких прокуроров и юристов. На равных.

Отклоняюсь еще дальше и, чтобы не упасть, цепляюсь за его руки. Юра не останавливается, нахально приближается. Если сейчас поцелует, это будет уже не остановить, а у меня какой-никакой, но ультиматум.

— И в качестве кого я туда пойду? — Этот вопрос его останавливает, Юра выпрямляется. Я следом. Но уйти не дает. А я сжимаю его руки и чувствую под кожей, как быстро у него шпарит кровь. Хоть бы давление опять не поднялось.

— Ты девушка, с которой я хочу провести выходные. Ты девушка, с которой мне нравится заниматься любовью. Ты девушка, которая выдержала меня, накачанного Виагрой. Ты девушка, которая…

— Остановись, — кладу пальцы ему на губы. И тут же ловлю в ответ поцелуй в пальчики в ответ. — Подруга будет достаточно.

— Друзья не бросают друзей в беде.

— В какой ты беде?

— В глубокой… душевной…

— Ты знаешь, почему.

— У меня рабочий день закончился в шесть вечера.

— А следующий начнется только в понедельник? — Убираю пальцы с его губ.

Юра поднимает глаза и задумывается.

— Так и быть я выйду завтра на работу. Часов в одиннадцать. Устроит?

— Почему так поздно?

— Хочу позже лечь. Очень позже. И желательно со своей подругой.

Много чего говорит, но чувства где? Все так запрятано глубоко. Для него это непривычно сейчас. Для меня тоже, вот он такой, настоящий. Вроде сильный и уверенный, но перед чувствами все равно пасует, остерегается.

— Я почистил снег, загнал машину, нагрел тебе дом. Хотя бы маленькую благодарность получить. — Надувает губы как маленький. Я усмехаюсь, представляя, как он вот так бы улыбался в суде. Но там он совершенно другой. Того Юру, из суда, я опасаюсь. А этого, который передо мной, как будто… люблю… Ладно, не люблю. Просто очень нравится.

Так легко прижаться к нему, обнять, а потом обниматься и целоваться до утра на этом диване…

— Раз уж сегодня “нет”, то я в душ и спать, — снова переключается в режим “прокурора”.

Я уже жалею, что не сделала шаг первой. Что теперь делать? Он спать ляжет, а мне самой тут все выключать, что ли? Он не вернется? Или ждать его? Но пока это обдумываю, он скрывается на втором этаже.

“Пойдем, я покажу тебе мою комнату. Там переоденешься”

Вспоминаю его слова и медленно выдыхаю, чтобы успокоится и не пойти за ним.

Обнимаю себя, растираю ладонями руки, чтобы сбить эту дрожь внутри. Тело хочет к нему. Хочет снова почувствовать рядом. Хочет ощутить силу объятий, вкус губ и трепетное покалывание от касаний его щетины о мою кожу.

Всего хочет.

Но, когда слышу, как Юра спускается вниз, позорно сбегаю на кухню. Ничего лучше, чем выпить воды не придумываю, поэтому беру стакан, не спеша наполняю его.

Выглядываю в коридор, Юра скрывается в комнате на первом этаже. Ко мне не заглядывает. Я замираю и прислушиваюсь. Через минуту слышу шум льющейся воды.

Он ждет, интересно? Конечно, ждет.

Я на секунду представляю его там, без одежды, под струями воды. Во рту скапливается вязкая солоноватая слюна. Дышать тяжело и душно.

Это все гормоны. Я справлюсь. Делаю несколько глотков, остальное выливаю.

Выключаю на кухне свет, иду к “себе” в комнату. Тут все аккуратно, чисто, как в гостинице, а хочется, как дома. Поэтому беру плед, телефон и возвращаюсь в гостиную.

Из освещения оставляю только камин и включенную гирлянду на елке. Сама ложусь на диван. Мне тут даже больше нравится, чем в кровати. Новогоднее настроение возвращается. Как будто можно попасть в сказку, а ночью придет Дед Мороз и исполнит любое желание.