Чтение онлайн

Молодая женщина вдруг замолчала, сосредоточенно нахмурившись.

— Фиалки, — наконец произнесла она. — Это началось, когда зацвели фиалки. Я точно помню, потому что я зашла в гостиную, чтобы поставить их в вазочку, и увидела, как Рина вытирает пол.

— Значит, почти две недели назад, — кивнула хозяйка. — Как раз был день рождения Юты, и девчонки натащили полный дом цветов. Что ж… Давайте-ка подумаем, что с этим можно сделать.

Она прикрыла глаза и соединила кончики пухлых, но изящных пальцев.

— Подозреваю, что быстро решить проблему не удастся. Но пока, дорогая моя, попробуйте вот что: на ночь оставляйте на заднем крыльце горшочек сливок. Обязательно открытый. Это должно хоть немного помочь. И через три дня приходите снова. К тому времени я постараюсь что-то сделать.

Проводив гостью, Алли некоторое время задумчиво смотрела в окно, краем глаза наблюдая за Сейли, убирающей чашки. Как только стол освободился, она отошла от окна и скрылась в своей комнате, но через минуту вернулась оттуда с чёрным бархатным мешочком. Прикрыв дверь, хозяйка решительно уселась за стол и развязала мешочек, выложив на стол колоду карт.

Когда вечером Карэле зашёл к жене, карты всё ещё лежали на столе.

— У меня странные новости, — сказала та, поднимаясь с диванчика, чтобы поцеловать его. — Похоже, понадобится твоя помощь.

— Неужели не справишься сама, любовь моя? — рассмеялся кондитер. — Я тебя просто не узнаю!

— Тебе в последнее время не рассказывали ничего такого?

— Такого — это какого? — Карэле уселся на диванчик и потянул Алли за руку, вынуждая её сесть рядом.

— Происходят… странности. Шалости. Пока ещё невинные, но это может далеко зайти. Это проказы Проказников, Карэле!

— Вот как? — нахмурился тот. — И давно?

— Почти две недели, причём во многих домах. Пока женщины жалуются только на скисшее молоко и рисунки на стенах. Но ты же знаешь их! Если оставить всё как есть, начнут пропадать дети!

— Проказы Проказников, — задумчиво повторил кондитер, качая головой.

— Только не именуй их! — предупредила его жена.

— Алли! — Карэле рассмеялся. — Не я ли сам научил тебя этому правилу полвека назад?

Он шутливо дёрнул её за выбившуюся из причёски каштановую прядь, но Алли отстранилась и постучала пальцем по столу.

— Я ещё не сказала тебе самого главного. Эти… шалости происходят по всей округе, но причина — где-то рядом с нами! Скорее всего, в нашем доме. Ты сам знаешь, они не посмеют перейти границы и что-то испортить на твоей территории, но…

Карэле резко оттолкнулся от спинки дивана и наклонился к столу, изучая разложенные на нём карты.

— Ты права, любовь моя. Ты спрашивала, что это? Предмет, человек, что-то ещё?

Алли растерянно покачала головой, затем поспешно сгребла карты со стола. Ловко перетасовав их, она выложила на стол три карты в ряд и перевернула их одну за другой.

— Человек и не человек, — уверенно сказала она. — Получается именно так, хоть я и понятия не имею, что это значит. Неужели…

Жена подняла испуганные глаза.

— Неужели это оборотень? Но, Карэле, я уверена, она не могла сделать ничего такого, что разозлило бы Скрытный Народец!

В дверь кабинета Карэле в мансарде постучали.

— Входите! — крикнул он, просматривая фазы луны в настенном календаре.

Экономка Мона в своём неизменном тёмном платье вошла в кабинет, неся на подносе чайник и чашку. Привычно обогнув по широкой дуге подвешенный к балкам скелет, она опустила поднос на стол.

— Не сходится, — пробормотал Карэле. — Две недели назад у нас было новолуние, правильно?

— Не совсем, — отозвалась Мона. — Ровно две недели назад луна ещё убывала.

— В любом случае, с прошлого полнолуния прошёл месяц, — кондитер отошёл от календаря и уселся за стол.

— А следующее будет послезавтра, — намекнула экономка, наливая ему чай.

— Я прекрасно помню про твои выходные, Мона, — отмахнулся Карэле. — Лучше скажи мне, в прошлый раз у тебя не было никаких, скажем так, неожиданностей?

— Неожиданностей? — возмущённо переспросила та. — У меня? Господин Карэле, я всегда крайне осторожна! Само собой, я никого не кусала и никому не попадалась на глаза.

— Даже не сомневаюсь, — заверил её Карэле. — Я имел в виду, не видела ли ты чего-нибудь странного?

— В каком роде? — нахмурилась экономка.

— В последнее время Тихие Соседи беспокоятся. И ведут себя уже не настолько тихо — ну, ты понимаешь. Я хочу понять, что их тревожит.

— Я ничего не знаю, господин Карэле, — покачала головой Мона. — У нас всё спокойно, да они и не посмели бы войти в ваш дом. Может, проще спросить у них самих?

— Проще? — рассмеялся кондитер. — С ними никогда и ничего не бывает просто! Но ты права, попробовать стоит.

Крошечный задний дворик кондитерской, освещаемый почти полной луной, казался одновременно таинственным и уютным. Высокий забор с узенькой калиткой отгораживал его от мира. Старая яблоня покачивала ветками с набухающими почками. На нескольких грядках, занявших всё свободное пространство, уже начали всходить посеянные Алли семена.

«Опять какие-то травы», — лениво подумал Карэле, любуясь луной. Он сидел на скамейке под яблоней, накинув на плечи шерстяной плед — по вечерам всё ещё было прохладно. На крыльце призывно светлел маленький горшочек со сливками.

Какая-то ночная птица тихонько посвистывала в ветвях. Над головой носились первые летучие мыши, ошалевшие от весенних запахов после долгой спячки.

На втором этаже дома светилось окно, но вскоре свет погас, и Карэле остался один на один с луной, робкой ночной птицей и запахом юной весенней ночи.

Наконец он заметил краем глаза какое-то движение. Карэле перевёл взгляд вниз, на землю, не позволяя себе взглянуть на ночных гостей прямо. Бесполезно — под прямым взглядом эти ломкие, причудливо вытянутые силуэты сольются с тенями, бесследно растворятся в ночи. Их можно увидеть только боковым зрением, да и то если повезёт. Или не повезёт, как посмотреть.