Чтение онлайн

Я направился к выходу.

Видимо, Дона меня не заметила, когда я обнаружил её возле кассы и остановился позади кассирши. Та была очень занята, регулярно нагибаясь, чтобы одной рукой класть покупки в корзинку, а другой подавать её обратно. Я читал, что в базарный день кассирша пробивает за пять минут до тысячи покупок. В Лос-Анжелесе это было нормальным ритмом.

Маленькая корзинка Доны выглядела немного странно рядом с тяжело нагруженными соседними тележками. Кассирша складывала цены, а Дона все ещё меня не замечала. На ней было индийское сари, волосы перевязаны ленточкой, лицо оставалось совершенно непроницаемым. Потом она открыла кошелек и извлекла банкноту в пятьдесят долларов, - несомненно ту самую, что получила от меня. Я испытывал весьма смешанные чувства: она действовала согласно моим советам, но я вовсе не был уверен, что это лучший выход.

У кассирши, бабищи лет под пятьдесят, лицо было приветливым, как вход в тюрьму. Она повернулась было к кассе, потом заколебалась, вновь извлекла банкноту и принялась её рассматривать.

– Где ты её взяла, малышка? Украла?

Дона, не двигаясь, смотрела на нее.

– Я должна её проверить, - заявила кассирша.

Она нажала кнопку и буркнула что-то в микрофон внутренней связи, установленный под кассой. Покупатели в очереди начали нетерпеливо переминаться с ноги на ногу, показывая на Дону, как на виновницу задержки.

Я похлопал кассиршу по плечу, и Дона наконец-то меня увидела. Но никакой реакции я не заметил.

– Я могу вам её разменять, - сказал я кассирше.

Та подозрительно смотрела на меня. Я вытащил две банкноты по двадцать и одну в десять долларов и протянул ей. В конце концов она решила их принять и протянула мне полсотни.

– Советую вам не особенно доверять этим девицам, - сказала она. Такие сопрут вашу последнюю рубашку.

– Занимайтесь своим делом, - осадил я.

Она яростно сверкнула глазами, резко повернулась к кассе, чтобы выбить чек, а потом посмотрела на меня так, словно это я дал ей банкноту в пятьдесят долларов.

– Это деньги девушки, - заметил я.

Она сунула сдачу Доне, осуждающе оглядела нас обоих с ног до головы, пожала плечами и вернулась к своей работе.

Дона подняла корзинку с продуктами. Я протянул было руку, чтобы ей помочь, но передумал. С какой, собственно, стати! Она по-прежнему в мою сторону даже головы не повернула. Мы вышли с рынка и двинулись по Санта Монике в сторону Ферфакс-авеню.

– Видимо, я должна вас поблагодарить?
– спустя некоторое время спросила Дона.

– Ничего не случилось. И часто тут такие инциденты?

– Нет. У меня редко бывает даже десять и двадцать долларов.

– А где Билл?

Дона ответила не сразу, но потом протянула:

– Не знаю... Ему понадобилось с кем-то встретиться.

– Не знаете, когда он вернется? Это может оказаться очень важно.

– Нет, не знаю. А в чем дело? Что случилось?

Мы подошли к Ферфакс-авеню и были вынуждены остановиться на красный свет. Уличное движение усилилось и стало плотным и нервным. Вот-вот должны были начаться пробки. Я тоже начинал нервничать.

– Я разговаривал с лейтенантом Шапиро, - сказал я.
– Он собирается арестовать Билла.

– За что? За наркотики?

– Нет. В связи с убийством Робби.

– Это смешно. Билл его не убивал.

– Это знаем мы, знает лейтенант Шапиро. Но Дикие Ангелы не знают.

Светофор переключился и мы двинулись дальше.

– И что они собираются делать?

– Не знаю, но лейтенант Шапиро сказал, что они крутятся где-то поблизости, и он предпочел бы, чтобы Билл оказался в безопасном месте.

– Короче говоря, он хочет упрятать Билла за решетку ради его собственного блага?

Грубо. Слишком грубо. Разговаривать с ней было нелегко.

– В каком-то смысле, да.

Мы добрались до поворота на улицу Санта Моника. Перед нами на Ферфакс-авеню с ревом выехали два мотоцикла. На каждом сидели двое: парень впереди, девушка сзади. Все были в защитных очках, но без шлемов. Этих ребят я раньше не видел. Они повернули и двинулись по Ферфакс-авеню в сторону кафе "Имаго".

Мы с Доной перешли на другую сторону и зашагали в сторону заведения хиппи с надписью "Хижина Гренни". На витрине был тщательно выведена надпись: "Да здравствует труд ремесленников. Только он отражает настоящую любовь".

– Как вы узнали, куда я пошла?
– спросила Дона.

– Я заходил к вам и нашел там Бэби Джейн, она мне и сказала.

Два мотоцикла описали полукруг и остановились на углу перед "Голубым гротом". На парнях были брюки в обтяжку, сапоги и распахнутые кожаные куртки на голое тело. На девицах - кожаные мини-юбки, высокие сапоги и закрытые свитера с длинными рукавами. Руки и грудь парней покрывали татуировки. Компания не стала задерживаться на тротуаре. Они спрыгнули с мотоциклов и решительно вошли в "Голубой грот". Все выглядели как-то напряженно. С другой стороны улицы, сидя в своем зеленом "континентале" перед кафе "Имаго", за ними наблюдал Сэмми.

Солнце заливало улицу ослепительным светом.

Мы миновали "Голубой грот", и тут Дона внезапно, словно лишившись сил, присела на газон перед каким-то странным сооружением без всякой вывески.

– Что вам нужно?
– спросила она.

– Не понял.

– Зачем вам понадобилось меня разыскивать? Ведь не просто для того, чтобы поздороваться?

– Это верно. Я надеялся, что вы с Биллом позволите мне увести вас отсюда хотя бы на время, пока все не утрясется.

Все это звучало невероятно по-отечески даже на мой слух.

– Идея принадлежит моему отцу?
– спросила она.

– Нет, мне.

– И лейтенант Шапиро в ней тоже не участвует?

– Я попросил его предоставить мне эту возможность.

Она прикрыла глаза рукой, словно защищаясь от солнца.

– Мак...
– впервые она назвала меня по имени, - вы приносите нам несчастье. Скажите честно, на чьей вы стороне?

– На вашей.

– И одновременно на стороне моего отца и лейтенанта Шапиро...

– И на своей собственной, не забывайте.

– Послушайте, я приехала сюда потому, что мне здесь нравится. Я не вернусь в Чикаго. И ни за что не пойду с вами просто чтобы... отсидеться в безопасности. Почему бы вам не уйти и не оставить нас в покое?

– Не могли бы вы сделать одну вещь, всего одну? Поговорить с отцом?

Она отрицательно покачала головой.

– Нет, это ничего не даст.

– Только ради него.

– И ради вас... Это же связано с деньгами.

Впереди нас Сэмми неторопливо вышел из машины и обошел её сзади, чтобы шагнуть на тротуар. Я видел, как он вошел в кафе "Имаго".