Чтение онлайн

— Ты не местный, — сказала она.

— Это так заметно?

— Для местных ты слишком спокойно смотришь по сторонам. — Она чуть наклонила голову. — И слишком рано заказываешь алкоголь.

— На Фарпосте все не местные, — ответил я.

Она усмехнулась.

— Не в этом смысле. Здесь почти никто не родился. Но местными становятся быстро. — Пауза. — Ты с внутренних планет.

Я не ответил.

Она кивнула на мою тарелку.

— И ешь настоящую еду.

Я улыбнулся.

— Это преступление?

— Нет. — Она пожала плечами. — Просто здесь так делают только те, кто может себе позволить не считать каждый BTI. Или те, кто улетает завтра и не планирует возвращаться.

Я посмотрел на такояки. Масло ещё блестело на поверхности.

— Может, я просто решил попробовать.

— Конечно, — легко согласилась она. — Только местные обычно не платят за романтику. Мы печатаем белок и тратим кредиты на топливо.

Она подняла стакан.

— Внутренние любят вкус. Периферия любит запас прочности.

Я сделал глоток текилы.

— А ты что любишь?

Она усмехнулась.

— Рабочие двигатели.

Я хмыкнул.

— Значит, новичок.

— Значит, — согласилась она. Потом сделала паузу и добавила: — Или капитан.

Вот тут я уже посмотрел на неё внимательнее.

— С чего ты взяла?

Она наконец сделала глоток. Медленно. Как человек, который знает, зачем пьёт именно сейчас.

— Потому что ты заказал текилу один. Сел у стены так, чтобы видеть вход и кухню.

И потому что у тебя взгляд человека, который уже решил, что ему здесь не слишком нравится, но всё равно останется.

Я не ответил. Это было слишком близко к правде.

— Каэла, — сказала она, не протягивая руку. — Я с Каллисто.

Имя легло спокойно, без нажима. Я кивнул.

— Алекс.

Она на секунду задержала взгляд. Не на имени — на лице. Очень короткую секунду. Потом в её позе что-то изменилось. Не резко. Но я это заметил.

— Забавно, — сказала она тихо.

— Что именно?

Она не сразу ответила. Некоторое время просто смотрела на меня — не вызывающе, не враждебно. Проверяя.

Потом отвела взгляд в стакан.

— Я тебя уже видела.

Я не двинулся.

— Где?

— Каллисто. Девять лет назад. Я тогда жила в поселении под куполом.

Текила вдруг перестала казаться тёплой.

— И?

Она медленно выдохнула.

— Ты был мёртв.

Сказано это было без пафоса. Почти буднично.

— Большая перестрелка. Фракции что-то не поделили. Площадь перед административным блоком залило кровью. Тело оставили прямо там. Открыто. Как послание.

Она провела пальцем по краю стакана.

— Я тогда работала с технической бригадой рядом с медблоком. Мы вытаскивали тех, кого ещё можно было вылечить. Я проходила мимо. Видела тебя близко.

Я молчал.

— В тебе были дыры. Много. Но крови почти не было. — Она на секунду прищурилась, будто возвращаясь туда. — Внутри были жгуты. Металл. Не импланты — глубже.

Каэла пересказывала городские легенды — или я действительно унаследовал чужой конфликт с криминальным миром Каллисто? Я попытался вспомнить лог воскрешений, но там были только даты. Без локаций. Как будто кто-то специально оставил мне календарь, но вырвал карту.

— Ты ведь не совсем человек, да?

Я не ответил.

Она кивнула, словно и не ожидала и продолижила.

— Через неделю возле Каллисто появился корабль. Очень похожий на тот, что только что пришвартовался к Фарпосту. Длинный, с термоядерными двигателями спаркой.

Она наконец подняла на меня взгляд.

— В тот же день администратора нашего купола нашли без головы. В его кабинете. Дверь заперта изнутри. Камеры ослепли на три минуты. Охрана ничего не видела.

Татуировки на её шее мягко вспыхнули и погасли.

Она чуть наклонилась ко мне.

— Я не знаю, кто ты. Тот же самый или просто похожий. Но лицо — почти то же. —Она помедлила —Взгляд может быть другой.

Её голос стал тише.

Потом коснулась пальцами шеи.

Там, на тонком шнурке, висела небольшая стеклянная бусина — прозрачная, с едва заметным тёмным вихрем внутри. Когда она двинулась, бусина поймала свет и на секунду стала почти чёрной.

— И если ты действительно тот мертвец с площади… то я либо делаю очень глупую ставку, либо очень удачную.

Её пальцы задержались на бусине.

— Но Пустота редко ошибается.

Я не стал спрашивать, что она имеет в виду.

Она слегка усмехнулась.

— Пустота нас свела здесь вместе.

Сказано это было без фанатизма. Без торжественности. Как констатация факта. Как если бы она сказала: “орбиты пересеклись”.

Она отпустила бусину.

— И если это знак, то я не из тех, кто его игнорирует.

Она наклонилась чуть ближе, понизив голос.

— Если капитан заказывает текилу и пьёт один — значит, он набирает экипаж.

Я посмотрел на свой стакан. Потом — на неё.

— Я не нанимаю экипаж.

Она улыбнулась. На этот раз шире.

— Все так говорят.

Несколько секунд мы просто сидели молча. В этом молчании не было неловкости — только ожидание. Я вдруг поймал себя на мысли, что не помню, зачем вообще сел в этот ресторан. И что разговор с ней ощущается… правильно. Как будто эта встреча была неизбежной, независимо от моих решений.

— Допустим, — сказал я наконец, — но я не тот, за кого ты меня принимаешь.

— Допустим, — легко согласилась Каэла. — Тогда ты просто случайно выбрал текилу. А я просто случайно села рядом.

Она подняла стакан.

— За случайности, Алекс.

Я коснулся её стакана своим.

Она снова посмотрела на меня — на этот раз уже без легенд и полунамёков. Взгляд стал профессиональным, собранным.

— Ты с корабля ОПЗ, — сказала она.

Я не стал отвечать.

— Недавно пришвартовался, — продолжила Каэла, словно уточняя данные вслух. — Военный корпус. Старой сборки. Луна или земные верфи.