Чтение онлайн

Гонсалес козырнул и взял новые знаки различия. Так как он разобрался в характере полковника, то понял, что получил серьёзную похвалу.

Чувашский плацдарм, Сеитово [112] , главный штаб американской экспедиционной армии

Зрелище, открывшееся полковнику Райану Андерсону, было позором и оскорблением для американской армии. Других слов он подобрать не мог. Генерал-майор Ллойд Фредендаль [113] силами всей инженерной рот 19-го сапёрного полка отгрохал укреплённый штаб более чем в ста километрах за линией фронта. В твёрдый гранитный гребень севернее небольшого городка сапёры заглубили два U-образных комплекса, уходивших в камень на 50 метров. На постройку потребовалось три недели. Прикрывал штаб батальон ПВО, вооружённый так необходимыми в войсках 90-мм орудиями.

Все это происходило в время, когда переправы через Волгу напрягались как могли, доставляя подкрепления на западный берег. Фронт на плацдарме удерживала американская 83-я пехотная, кроме неё, туда направлялись ещё шесть. 1-я и 2-я бронетанковые, также русские 1-я, 2-я, 9-я и 34-я пехотные. Но они были в составе подкрепления и ожидали своей очереди переправиться. На самом деле, по одному из полученных Андерсоном докладов, 1-я бронетанковая уже начала пересекать Волгу, и готовилась занять своё место в первой линии. На три недели позже запланированного! Те самые три недели, которые потратили на постройку штаба, и это не было совпадением. Сроки по замене русских частей на плацдарме американскими постоянно сдвигались.

Практически все в основном комплексе знали, что генерал Фредендаль никогда не бывал на переднем крае. Ни разу. Все сведения о ландшафте и обстановке он получал из отчётов, и был склонен руководить развёртыванием частей, вплоть до уровня всей кампании, просто тыча в карту. Он быстро получил прозвище "Ветреный Фредди", которое непонятно с какого перепугу понял как "Ветеран Фредди" и хвастался им направо и налево. На самом деле "ветреный" в русском означало ту же слабохарактерность, что и в английском.

Просто генерал за четыре месяца в России не потрудился выучить ни единого слова по-русски. Иногда штабные полагали, что английского он не знает тоже. Когда он сам отдавал приказы, обычно по радио, то использовал сочетание сленга и расплывчатых фраз, придуманных, чтобы сбить с толку вражеских радиоперехватчиков. К сожалению, подчиненные тоже оказывались сбиты с толку вместе с противником. Андерсон был совершенно уверен, что беспорядок на линии фронта - прямой результат деятельности генерала.

– Генерал примет вас через несколько минут, сэр, - секретарь примирительно кивнул. У Фредендаля была привычка заставлять всех ждать, иногда по часу. Полковник решил, что так он утверждает свою власть. Андерсон не впервые сталкивался с этим, и заранее подготовился. В портфеле у него лежала книга в мягкой обложке, и он присел, чтобы вновь погрузиться в приключения сотрудника агентства "Континенталь" [114] .

Трудность состояла в том, что даже чёткие, выверенные фразы Дэшила Хэммета не помогали ему сложить воедино в уме тактическую картину. Фредендаль располагал небольшими группами войск, рассеянными по значительной площади на позициях, которые чрезвычайно трудно поддержать. Один батальон 83-й пехотной дивизии стоял в Хорнзоре [115] , второй блокировал дорогу Ямашево [116]– Канаш [117] . Основное командование 83-й дивизии находилось в Климово, а резервное - в Хормалах [118] .

У Фредендаля имелся большой выбор. Отправить подкрепления русским силам к северу и к югу от американских позиций. Придержать свои части сконцентрированными в центре наготове к контратаке. И наконец, начать наступление на север, чтобы открыть путь освобождению Нижнего Новгорода. Он не сделал ничего. На самом деле, рассмотреть хоть какой-то результат его действий было очень сложно.

– Полковник, генерал готов вас принять.

Андерсон не мог не взглянуть на часы. Он прождал 35 минут. Неплохо по меркам Фредендаля.

Войдя и обменявшись обычными приветствиями, Андерсон перешёл сразу к делу.

– Генерал, практически все выводы наших аналитиков говорят о том, что готовится массированное немецкое наступление. Первые признаки наращивания сил немцами выявлены в районе Климово примерно неделю назад, при оценке результатов бомбардировки. Над всем западом Чувашского плацдарма летает 10-я эскадрилья фоторазведки. Она обнаружила множество немецких позиций, частей в расположениях, а также складов. Более того, когда они повторно сняли те же самые районы несколько дней спустя, плотность позиций только увеличилась. Были найдены топливные и артиллерийские парки, стоянки пехоты и оперативные склады. Повсюду за передним краем плацдарма, но с основной - напротив фронта 83-й дивизии.

– Дайте-ка взглянуть, - бесцеремонно протянул руку Фредендаль. Он бегло просмотрел снимки, качая головой.
– Колбасники даже не спрятали ничего.

– Сэр, у русских нет хороших камер для воздушной съёмки, как и подходящих самолётов. Тем более таких, как наши F-5. Колбасники умеют маскировать свои объекты от наблюдения с воздуха. Всё это продлится до тех пор, пока они не собьют F-5. Изучив его, они поймут, на что он способен. Но пока совсем не скрываются.

Фредендаль насмешливо фыркнул.

– Я думаю, причина намного более проста. Немцы делают лучшие камеры в мире, и знают, что мы их видим. Они намеренно подставили ложные цели.

– Сэр, когда B-17 несколько дней назад накрыли Пензу, они разбомбили сортировочную станцию, полную вагонов с топливом и боеприпасами. Вторичными взрывами разнесло всё вокруг. Колбасники действительно подтягивают большие объёмы грузов.

На этот раз фырканье стало презрительным.

– Железная дорога из Пензы проходит на Сызрань, к Самарскому плацдарму. Это стратегически намного более важная цель. Если и можно предположить наступление, то оно будет там. Я не могу принять сведения авиаразведки всерьёз. Лётчики сделают что угодно, лишь бы выставить себя в выгодном свете.

– Сэр, ветка на Сызрань - одноколейная. А на север, к Шумерле, ведут четыре колеи.

Генерал раздражено махнул рукой.

– У вас есть что-либо ещё?

– Доклады авиагрупп обращают внимание на снижение интенсивности воздушных операций колбасников. Русские говорят, что это всегда предшествует наступлению. Самолеты садятся на обслуживание и ремонт, чтобы к моменту наступления собралось максимальное боеспособное количество.

– Русские говорят... Ну, я понимаю, они готовы найти любое оправдание своим поражениям. Не вижу ничего, о чём стоило бы волноваться, Райан. Свободны.

Волга, Старая Майна, речной бронекатер ПР-73

– И куда мы идём сегодня вечером, шкипер?

Том казался ехидным до омерзения, так как задал стандартный вопрос, которым приветствовал Кеннеди всякий раз, когда тот возвращался из штаба. ПР-73 закончил ремонт в рекордно короткий срок, посередине палубы у него стоял новый тяжелый миномёт, а у команды наконец появились винтовки. Мир был прекрасен.

– Вниз по реке, в место под названием Подвалье [119] . Простая задача. Об Ульяновском сужении можно не беспокоиться - войска, которые перешли на тот берег, не только удержались, но и немного расширили плацдарм.