Классическая драма Востока
Шрифт:
Вторая ария от конца
Ты снял с меня последнюю рубаху, Лишил куска, из дома выгнал вон, Бранить сплеча и бить готов с размаху… За что же я любви твоей лишен? Я вашего вина отпил полчаши, — Не пьяным быть — согреться я хотел; А если съел лапши немного вашей — Поверь, я от нее не разжирел.Ян Мэй-сян.Сунь Чун-эр! Не кори так своего старшего брата. Ведь он сам не ведает, что творит. Бери пример с меня! Я спокойна.
Сунь Чун-эр
(продолжает петь)
На мотив второй арии от конца
Дает совет сестрица — не сердиться. Нет, я не раб, меня не сторговать! Но если младшим выпало родиться, Свою обиду должен я сдержать. Сестрица! Прошу прощения. Ваш Сунь Чун-эр уходит… Заключительная ария Он обижал меня и мучил, рвал без стесненья узы братства, И брань его я молча слушал, Терпел без слов рукоприкладство. В мороз у собственного дома меня поставил на колени. А я-то нес его средь ночи, покинутого в опьяненье.(Уходит.)
Появляются Лю Лун-цин и Ху Цзы-чжуань.
Лю и Ху.Вчера мы бросили на улице юаньвая Суня. Стащили у него пять серебряных слитков. Сейчас идем навестить его. Будем начеку: станет он говорить то-то, ответим так-то, а скажет так-то, ответим то-то. Вот и его дом. (Стучатся.)
Дверь открывает Ян Мэй-сян.
Госпожа, дома ли наш брат?
Ян Мэй-сян.Вчера вы все напились и двое бросили одного в снегу. Если бы Сунь Младший не принес его, наверняка замерз бы!
Лю и Xу.Ах, госпожа, да разве могли мы бросить нашего старшего брата? Мы благородные, порядочные люди. Мы собаку в беде — и ту не оставим. Старший брат наш и вправду много выпил. Но мы, на собственных спинах, доставили его к дому. Тут нам и встретился Младший Сунь. Все это истинная правда, госпожа! Вот мы и поручили брата Суню Младшему, чтобы тот бережно донес его до постели. Мы ведь тоже были пьяны и совсем выбились из сил, — путь-то был длинный. Впрочем, что это мы?! Вы все сами знаете от Суня Младшего. Он ведь шел от вас сейчас по улице?
Сунь.А я что говорю?! Мои братцы — люди достойнейшие! Пойдем сегодня в кабачок "Семейство Ли" и снова выпьем.
Лю и Ху.Вот увидите, тетушка: если наш брат снова напьется, мы его обязательно принесем, сил своих не пожалеем! (Уходят.)
Ян Мэй-сян.Мой юаньвай слепо верит двум мерзким прохвостам. А младшего брата то и знай бьет или бранит. И никак его не образумить — слушать не хочет! Но сегодня я, кажется, нашла выход и образумлю юаньвая во что бы то ни стало!
(Декламирует.)
Только единым живительным соком напившись, Могут две ветки на дереве жить без печали. Мудрость нужна и смекалка, чтоб тяготы жизни Люди, стремясь к благоденствию, одолевали. Жены издревле, являя в супружестве верность, В доме делами семейными так управляли, Чтоб посторонние сплетней досужей и глупой Да пересудами дом и семью не пятнали.Действие третье
На сцене появляется Ян Мэй-сян.
Ян Мэй-сян.Сегодня мой юаньвай опять пошел пьянствовать. Соседка, бабушка Ван, обещала мне продать собаку. (У двери соседки.)Бабушка Ван дома?
Бабушка Ван (за дверью). Кто там стучится? (Открывает.)А! Это госпожа, Сунь! Столь драгоценная гостья — и в моем ничтожном жилище! Какое дело привело вас ко мне?
Ян Мэй-сян.Бабушка, я не потревожила бы тебя без дела. Ты обещала продать мне собаку. Я как раз пришла за ней.
Бабушка Ван.Это можно, госпожа. Бери на здоровье!
Ян Мэй-сян
(говорит нараспев)
Проделка хитрая В моем уме созрела. Возьмусь решительно Сегодня же за дело.Бабушка Ван
(говорит нараспев)
Богатым соседям Собака во двор — благодать. Когда бы не бедность, Не стали б и мы продавать.(Отдает собаку Ян Мэй-сян.)
Ян Мэй-сян возвращается домой.
Ян Мэй-сян.Отрублю собаке голову и хвост, натяну на нее одежду, нахлобучу шляпу и брошу около задних ворот. Передние же закрою на замок. Юаньвай наверняка пойдет через задние ворота. Посмотрим, что он будет говорить, когда увидит это чучело! Не поздоровится в этот вечер юаньваю от моего замысла!
Сунь в сопровождении Лю Лун-цина и Ху Цзы-чжуаня возвращается домой.
Лю и Ху.Сегодня наш брат снова напился. Мы, два его верных спутника, проводили юаньвая до дому.
Сунь.Дальше меня не провожайте, дорогие братцы. Я не так уж сильно пьян. Сам войду в дом. Спасибо вам за все, а завтра приходите пораньше.
Лю и Xу.В таком случае, брат, уж мы дальше не пойдем. (Уходят.)
Сунь.Ушли мои братцы. Жена закрыла сегодня передние ворота. Придется войти в дом через задние. (Спотыкается и падает.)Обо что это я споткнулся? Ну-ка, погляжу… (Вглядывается.)Ай-ай-ай! Человек! Это, вероятно, наш приемыш. Видать, выпил не в меру и завалился тут спать. (Толкает.)Эй, вставай! А он и не двигается! (Ощупывает тело.)Его, наверно, вырвало, и я обе руки измарал. Пойду-ка на свет и при луне посмотрю, в чем я измазался… (Смотрит и вскрикивает от испуга.)Что такое? На руках — кровь! Убийство! А кто убил? (Стучит в дверь.)Жена, отвори скорее!
Ян Мэй-сян открывает, в дом входит перепуганный Сунь.
Ян Мэй-сян.Почему так встревожен юаньвай?
Сунь.Жена! Я выпил вина и возвратился домой. Подошел к задпим воротам. И — кто бы мог подумать? У ворот убитый лежит! Жена! Я — сын хороших родителей, а завтра соседи поволокут меня в суд. Разве я выдержу пытки? Уж лучше сразу удавлюсь!
Ян Мэй-сян.Не надо так волноваться, юаньвай! Мы с тобой знаем, что у тебя есть два верных братца. Ты их и кормил и одевал. Они же перед Небом клялись, что будут тебе друзьями до смертного мига. Ты еще повторял их слова: братцам будет худо — старший брат выручит; старший брат попадет в беду — братцы выручат. Так ведь? Сейчас ты в беде. Значит, им нужно доказать верность клятве. Сходи-ка к ним потихоньку да попроси унести труп подальше от ворот нашего дома. Пусть они закопают его где-нибудь. Разве не правильно я говорю?