Классическая драма Востока
Шрифт:
О-Кику
Вот подушка! Вот матрац! Спать пора, пора, пора.Рассказчик
И только полог от москитов Подвесить ей не удается. Уж слишком ножки коротки У девочки: Короче летней ночи.О-Кику.Я уже уложила спать о-Дэн, удобно уложила. Она заснула.
И вам, маманя, время отдохнуть!О-Кити.О, ты умница у меня! Отец, верно, скоро вернется. Я буду следить за дверьми, полеживая внутри москитного полога. А ты, доченька, ложись-ка спать!
О-Кику
Нет, нет, маманя, Мне спать не хочется.Рассказчик
А у самой Глаза слипаются… Вот милое дитя!Сцена вторая
Рассказчик
Как ни крутил, Как ни хитрил Ёхэй, Ему не выкрутиться из беды! Настал последний срок, Он должен расплатиться — И не может. Сегодня, по обычаю, пора [359] Подбитый ватою халат Сменить на легкую одежду, А совесть облегчить от всех долгов. Однако на Ёхэе Обшарпанная зимняя одежда, И хоть обтрепанные рукава Лишь только-только прикрывают локти, Он продолжает жить, Спустя, как говорится, рукава. И сквозь рукав пропущена тесьма, На ней болтается пустой кувшинчик Для масла: Уж не собрался ли Ёхэй Кого-нибудь подмаслить? Впрочем, За пояс у него засунут нож в чехле. Обычно он ножа не носит. А вот сегодня… Уж не надеется ль Обрезать им долги? Быть может, этот острый нож — Последнее, решительное средство Разрезать петлю? Вот и лавка Знакомая — Тэсимая. Ёхэй к воротам Подкрался, словно вор. Он знает, Здесь люди добрые живут, Он хочет попытаться… Колеблется… Войти иль не войти? Вдруг, за спиною, голос в темноте: О, это, кажется, Ёхэй? Да-да! А он как раз мне нужен!"359
Сегодня, по обычаю, пора.. — В праздник Танго вместо теплой одежды надевали легкое платье из конопли, которое называлось аямэ (ирис).
Ёхэй
Да, я — Ёхэй. А вы кто? Я не вижу.Рассказчик
Ёхэй всмотрелся, И вдруг узнал: а! ростовщик Кохэй Из лавки хлопка в Уэмати!Кохэй
Ну-ну! Удача! Я тебя искал!Сперва пошел на улицу Дзюнкэй к твоему братцу. А мне там говорят: ищите Ёхэя у его родителей в квартале Тэмма. Вот я и наведался в дом к твоим родителям. А здесь мне объявляют, что тебя прогнали из родного дома. Да мне-то все равно, прогнали тебя или не прогнали: печать-то на долговой расписке твоего почтенного отчима. Я и решил, если мне не уплатят сегодня же один каммэ нового серебра, завтра принесу жалобу городским властям!
Ёхэй.Ого! Это — злобный подвох! Верно: в долговой расписке значится один каммэ? Да ведь вы-то мне дали всего одну пятую часть этих денег, всего-навсего двести мэ. Мы же договорились: если сегодня ночью я уплачу вам эти двести мэ, дело уладится миром — и вы мне вернете расписку.
Кохэй.Да, само собой, если ты заплатишь мне денежки до шести часов утра, я возьму всего лишь двести мэ. Но завтра, едва-едва займется утро, не обессудь — я уж буду требовать каммэ, целый каммэ, и ни полушки меньше! Сам понимаешь, мне выгодно получить в пять раз больше… Оно и так, да мне жаль твоего отца, пришлось бы ему выплатить большущий долг за своего неразумного пасынка. Итак, пойми, я наседаю на тебя — тебе ж на пользу! Смотри уплати мне сегодня же ночью непременно!
Ёхэй.Ну-ну, Кохэй! Незачем так подгонять меня! Разве вы не знаете, что Ёхэй из Каватия — человек слова, человек верного слова! Петухи еще не пропоют, а я вам уже принесу денежки. Ждите меня! Даже если сои сморит, я все равно вас разбужу.
Кохэй.Ну хорошо, хорошо. Если сегодня ночью заплатишь, так завтра же снова дам тебе в долг, если у тебя надобность будет. Я уже вижу, что ты человек слова, не подведешь.
Рассказчик
И с этими словами, Податливыми, мягкими, как вата, Кохэй уходит, затянув Железную удавку На шее у несчастного Ёхэя. Ехэы молчит. Он хорохорился перед Кохэем, И из себя он строил богача, На обещанья не скупился, Но у него гроша нет за душой. Он кое-как отбился От всех долгов в "Домах любви", Но как отбиться От этого Кохэя — Ростовщика? Долг в целых двести моммэ!Ёхэй
Но есть же где-то деньги, в самом деле! На главной улице прохожих много, — Так и шныряют! Быть может, двести моммэ обронил Какой-нибудь подвыпивший гуляка?Рассказчик
Но вдруг звучат шаги. Он оглянулся. Какой-то человек Дорогу переходит с фонарем.Ёхэй
На фонаре, сдается, Знак дома нашего? Так точно! "Кава"… Да это мой папаша — Токубэй! О, наму самбо! О, три сокровища святого Будды!Рассказчик
Ёхэй проворно отступает в тень. Он распластался, как паук, Прижался Всем телом к запертым дверям, Ведущим в лавку Ситидзаэмона. А Токубэй Отодвигает боковую дверцу — И входит в дом к соседям.Токубэй
Вы дома, Ситидзаэмон-доно? Ну как? Покончили с делами?О-Кити
О, это Токубэй-сама? Пожалуйста, входите!Вы знаете, мой муженек все еще не разделался со своими делами. Пришлось ему пойти в самый дальний конец квартала Тэмма. А я была занята по хозяйству перед праздником, даже и не заглядывала к вам все это время.
Вот и спасибо, что зашли. У вас теперь хлопот, Должно быть, полон рот! Да и с Ёхэем Забот не оберешься!Рассказчик
Она отодвигает полог И, улыбаясь, Выходит встретить Токубэя.Токубэй
Да, правда! Правда!Вот вам покоя не дают заботы о ваших трех маленьких дочках, а мы просто голову теряем из-за нашего верзилы Ёхэя! Но что поделаешь, первый долг родителей — заботиться о своих детях. Да я, правда, этим не тягощусь и никогда не тяготился. Однако на душе спокойней, когда дети живут под родительской кровлей. Но если лишить наследства и выгнать из дома такого буяна и шалопая, так душа не на месте. Ведь Ёхэй легко может себя погубить, завтра же прямо в огонь кинется! Вот, например, поставит поддельную печать на долговой расписке, обязуясь уплатить десять каммэ, только для того, чтобы получить на руки хоть один! А там и захлестнет себе горло петлей — и всей его жизни конец!
Но я ведь только отчим, И, знаете, когда родная мать Из дома сына выгоняла, Я как-то оробел И не посмел вмешаться… Я не сумел остановить ее!Краем уха я слышал, что он поселился у своего старшего брата — Тахэя на улице Дзюнкэй. Но если беспутный Ёхэн когда-нибудь появится в здешних местах, пожалуйста, вы и Ситидзаэмон-доно шепните ему, что я уж согласен помириться с ним. Пожалуйста, присоветуйте ему, пусть от всего сердца попросит прощения у своей матушки, пусть вернется домой да всерьез одумается и переменит свой нрав. Еще не поздно ему исправиться. Может, он вас и послушает! У моей жены о-Сава все родичи — самураи. Потому, верно, у нее в обычае никогда не менять своего решения. Что скажет — как ножом отрежет. Жаль, что наш шалопай не унаследовал от нее твердого чувства долга!