Классическая поэзия Индии, Китая, Кореи, Вьетнама, Японии
Шрифт:
Йогешвара
* * *
Воду пруда нагревает зной Сверху, а внизу — холодный слой. Если водоемы сухи всюду, Путники приходят в полдень к пруду. Буйволы грязнят его: скотине Отдыхать привольно в склизкой тине. Но, руками разгоняя муть, Люди пьют, войдя в него по грудь. Неизвестный поэт
* * *
Когда развертывают купы кетак Блестящие зеленые листы, Свисают кисточки соцветий с веток,— Точь-в-точь ягнячьи белые хвосты! Билхана [224]
* * *
О дивнобедрая! Стрелы Ананги [225] Время дождей закаляет усердно, Словно железные стрелы — кузнец. Разве не видишь? В угольных тучах Перебегают молний огни! 224
Билхана— поэт XI в.
225
Ананга(«Бестелесный») — одно из имен бога любви Камадевы.
Неизвестный поэт
* * *
Кто смел перечить Камадеве? Любимому вернуться к деве Велят немедля гневные уста. Ослушник — путник беспечальный, Что в клетке заключен хрустальной Из струй, сбегающих с его зонта. Йогешвара
* * *
Пока слетает с уст хоть слово, Пока стремится сердце выжить И страннику послушны ноги,— Хранит он слабую надежду, До той поры, когда очам Откроются предгорья Виндхьи [226] , Красуясь мокрыми от ливня Кадамбами в густом цвету, И тучи, черные, как змеи, Сменившие недавно кожу. 226
Виндхья— горная цепь к югу от долины Ганга.
Йогешвара
* * *
Огромная туча-кошка Огненным языком Лакает лунные сливки Из кастрюли ночных небес. Вишакхадатта [227]
* * *
Небеса в покое нарастающем Кажутся божественными водами, Что текут беззвучно в вышине, С отмелями белых облаков, С криками летящих журавлей, С лотосами-звездами в ночи. 227
Вишакхадатта— драматург (см.: Вишакхадатта. Мудраракшаса, или Перстень Ракшасы. Перевод с санскрита В. Г. Эрмана. М.—Л., 1959).
Абхинанда
* * *
Раздавленный повозками тростник Обрызгал соком сладким колею, Что пыль шафранную несет, как стяг. Слетелись попугаи на ячмень, Колосья полновесные склонивший. От рисового поля — к водоему Проплыли вдоль канавы пескари. Пастух прилег на отмели, где тело Приятно охлаждает ил речной. Мадхушила
* * *
Меж грудей, подобно снизкам жемчуга, Матово мерцают стебли лотосов. Около ушей свисают лилии — Двум серьгам затейливым замена. А пробор проложен не рубинами,— Бандхудживы рдяными цветами. Сколько драгоценностей Время урожая Подарило девочке, Стерегущей рис! Вачаспати
* * *
Вздрагивают веточки горчицы, Отягченной острыми стручками. Под ююбой стоя, без труда Дети рвут плоды с ветвей склоненных. Зрелый сахарный тростник из листьев Выпростал коленчатые стебли И, ручным давилом пригнетен, В изобилье брызжет сладким соком. Саварни
* * *
Гунджи [228] созревшей растрескался плод, И обнаружились красные зерна, Схожие с глазом влюбленной кукушки. Эти пурпурные зерна — единственный След бытия плодоносной лозы. В листьях, в побегах — она уничтожится: Смертная стужа сожжет их дотла. Йогешвара
228
Гунджа— вьющееся растение, на котором созревают красные ягоды.
* * *
Поля сухие, где созрел кунжут, Прельщают голубей. Цветы горчицы, Приобретя коричневый оттенок, Сменяются стручками. Коноплю Раскидывает ветер, что сечет, Вгоняя в дрожь, крупою снежной тело, И путники, вступая в перебранку, Теснятся у общинного огня. * * *
Тепло соломы вихрем ледяным Уносится. Крестьяне то и дело, Огонь угасший силясь пробудить, Мешают хворостинами в костре. Пахучий дым курится над половой Горчичной. Треск и шорох шелухи Сопутствуют благоуханью, Разлитому над зимним током. Неизвестные поэты
* * *
Прекрасна ночь, когда сверкает месяц. Хвала тебе, колеблющий волну! О месяц! Разве не в твое сиянье Невидимой рукой закинут мир, Вместивший страны света целиком, С грядами гор и водами речными? * * *
Сперва он отливал густым багрянцем, Под стать китайской розе, а потом Медово-красным сделался, как щеки Гречанки юной, выпившей вина, Но просветлел, как зеркало златое, И, словно белый тагары [229] цветок, Теперь блестит на небе диск луны. 229
Тагара— растение с крупными белыми цветами.
Мурари [230]
* * *
В ночи небесную стреху Термиты тьмы проели, И видно звездную труху, Что сыплется сквозь щели. * * *
Та — вверх, та — вниз, — весов метнулись чаши: Твое лицо — луны взошедшей краше! Но звезды вышли на простор небес Веем сонмом, подчинясь ее главенству — Помочь холодному несовершенству Создать красе твоей противовес. 230
Мурари— поэт, относимый к IX–X вв.
Раджашекхара
* * *
В твоем присутствии — луну взошедшую не славят. Где кожа светится твоя — там злата в грош не ставят. При виде глаз твоих поблек цветок на глади зыбкой. Сравнится ль амрита с твоей блистающей улыбкой? Мы осмеяли Камы лук, твоей любуясь бровью. Припомним истину одну, отринув многословье: Создатель дивного творенья терпеть не может повторенья! Поделиться с друзьями: