Чтение онлайн

— Я собиралась… той ночью… ну, ты знаешь… А потом ты исчез. У меня не было возможности тебя отследить.

Беременная дракайна не могла путешествовать во времени. А он оставил её деревню амазонок далеко позади, поклявшись никогда не возвращаться — ни к ней, ни в её мир. Ведь именно из-за неё он оставался в Древней Греции.

И отважился отправиться туда только из-за «погибельного крика» брата, призвавшего его из собственного дома и другого времени.

После жестокой смерти Хадина Макс собирался навсегда покинуть это время и страну... но в самый тяжёлый для Макса час она нашла его. Какое-то время он ошибочно полагал, что она послана ему свыше — утешить его боль…

Как же он заблуждался. Серафина всегда была его личным адом.

— Ты могла бы послать за мной одну из своих сестёр, — последнее слово он не сказал, а выплюнул.

— Я так и сделала. Ты превосходно замёл следы. Никто не смог выяснить, где ты.

Это даже к лучшему. Учитывая, насколько он был зол, скорее всего, Макс убил бы их до того, как они успели заговорить. Только время, расстояние — и абсолютный шок — позволили им уйти живыми, когда дракайны пришли в «Санктуарий».

Серафина с трудом сглотнула, прежде чем заговорить снова:

— Ты бы гордился своими детьми, Максис. Они вобрали лучшее от нас обоих.

Эти слова пронзили его сердце, как кинжал.

— Их имена?

— Хадин и Эдена.

Он мысленно повторил эти имена и позволил теплу отцовской любви разлиться по телу, пытаясь представить, как они выглядят. Какие они.

Возненавидели они его так же сильно, как он — собственного отца.

Ублюдок, который ненавидел и питал отвращение к своему потомству. Нет оправдания его деяниям.

Макс же не был рядом с детьми лишь потому, что не знал об их существовании.

— Ты назвала дочку в честь своей матери? — прошептал он.

Серафина кивнула.

— А Хадина — в честь твоего брата. Он умер за день до нашей с тобой встречи.

Макс не мог поверить, что она запомнила имя его брата. Он упомянул Хадина при ней всего однажды — в минуту крайней слабости, в первую годовщину смерти Хадина. Никогда раньше и никогда после.

— Где они сейчас?

— Нала прячет их. Она в сговоре с демоном, который потребовал выдать ему «Окаянного дракона». Если я не приведу тебя, они убьют детей.

Макс тихо выругался. Единственная причина, по которой Нала узнала о драконьем клейме — свидетельстве его тёмного происхождения и наследии, — была та ночь, когда Сера передала его своей королеве для публичного наказания и унижения.

Он невольно вздрогнул, вспомнив горькие подробности того, о чём изо всех сил пытался не вспоминать.

— Почему ты не сказала ей, кто я, когда она была здесь?

— Я не поняла, что это ты, пока она не ушла. Хотя, это не важно. Я бы тебя ей не выдала. Мы оба помним, чем это всё закончилось в прошлый раз.

Да, верно. Её преданность этим сучкам была абсолютной. Урок, усвоенный самым жестоким способом из возможных.

— Прости, но мне трудно в это поверить.

По крайней мере, у неё хватило порядочности отвести взгляд.

— Тебя не раз предупреждали, что произойдёт, если ты не перестанешь бунтовать против наших законов. Я умоляла тебя подчиниться им.

— Я — дракомай! — прорычал он. — Рождённый в священном храме богов и вскормленный грудным молоком демоницы! Я не собака, которую нужно держать на поводке и учить подчиняться. Даже царице!

— Верно, ты не должен. — Она бросилась в его объятия, и Макс почувствовал, как решимость тает на глазах.

Но ещё паршивей то, что инстинкт самосохранения рухнул ещё быстрее.

«Твою ж мать!»

Привстав на цыпочки, она прижалась грудью к его груди и запустила изящные пальцы ему в волосы. Длинные, красивые ногти царапали кожу. В паху заныло, отвердевшая плоть рвалась овладеть ею.

Он хотел проклясть её и отстраниться. Но она заманила его в ловушку как сирена.

Её объятия делали его бессильным и беспомощным перед её уловками.

— Я никогда не хотела, чтобы ты пострадал, Максис. Если бы я могла обернуть время вспять, я бы ушла с тобой, когда ты попросил меня покинуть клан. И ты прав. Я должна была бороться за тебя. Ты бы боролся за меня.

Да. До последнего вздоха. С каждой каплей жизни, которой обладал.

Если бы только она была так же предана ему.

Даже сейчас он изо всех сил сдерживал себя, чтобы не прикоснуться к ней. Оставаясь абсолютно неподвижным, окутанным ненавистью, которую должен был чувствовать, чтобы защититься. Чтобы не позволить ей снова причинить нестерпимую боль. Она не просто вырезала его сердце — собственноручно вскормила его ему с рук.

— Я бы умерла за тебя.

На её нахмуренном лице промелькнула грусть. Она провела пальцами по волосам у него на затылке. Это вызвало мурашки по всему телу и взвинтило все гормоны.

— Мне не хватает твоих косичек и перьев. Ты выглядишь таким чужим с этой короткой стрижкой и в странной одежде. Но от этого не менее свирепым... и красивым.

Он скучал по тем дням, когда, как дурак, верил в их общее будущее. Сдуру верил, что она любит его и предана их брачному союзу, как и он.

— Расскажи мне о демоне, который пленил моих драконят. Зачем я ему понадобился?

— Поскольку ты дракомай, они верят, что ты хранишь некий предмет, нужный демону для мести даймону по имени Страйкер. Демон украл нечто, под названием смарагдовая скрижаль и...

— Ты говоришь об Изумрудной Скрижали?

Она пожала плечами.

— Не знаю. Она зелёная. Это важно?

Важно?

Он посмотрел на неё с насмешкой. В голове не укладывалось, что она задаёт такой вопрос.

— В ней сокрыты слова, способные отменить само сотворение мира.… хоть и частично.

Краска мгновенно сошла с её лица.

— Ты шутишь?

— Я бы никогда не стал шутить о конце всего сущего. Или о чём-то, что могло бы открыть священные врата и незвергнуть на мир всевозможный ад… Именно эту скрижаль защищал мой брат. За неё Хадин отдал свою жизнь.

Серафина опустила руку.

— Значит, ты знаешь её?

— Я о ней знаю. Но Хадин никогда бы не позволил мне увидеть скрижаль. Это проклятие моей расы. Мы храним наши секреты от всех. Даже от кровных родственников.