Чтение онлайн

В ужасе, она уставилась на него.

— Я не понимаю...

Она снова сравнила их метки, и они оказались идентичными. И раньше ни у кого из них их не было. Это точно уникальные брачные метки драков.

— Если ты не аркадианин, не катагария и не человек, то кто же ты? Как нас вообще могли связать?

— Благодаря трём злобным сучкам, ненавидящим нас обоих и завидующим даже воздуху, которым мы дышим.

Именно тогда он объяснил, что был редким, истинно рождённым драконом, которого захватили в плен и искалечили древний бог и царь, который основал её расу, ради спасения своих сыновей, чтобы те не умерли ужасной смертью, как его возлюбленная царица.

Что он был самым первым охотником оборотнем из драконов, когда-либо созданным из человека и зверя. И что он точно знает значение их меток.

Либо они соглашаются на брак с тем, с кем их связали Мойры, либо он остаётся импотентом, и они оба будут бесплодны до конца своих дней.

Выбор без выбора: учитывая, что он бессмертный дракомас, рождённый от запретного и проклятого союза демоницы и ареля.

И вот теперь, столетия спустя, они стояли здесь, как вечные непримиримые враги.

Он — истинно рождённый дракомас.

Она — родилась аркадианкой, поклявшейся выследить и убить всех катагарийских дракосов, которых сможет найти.

Это лишь положило начало их разногласиям, главное из которых — он дракон, основавший её расу.

«Окаянный дракон» — существо, за убийство которого каждый оборотень продал бы душу.

Ещё одна отметина на его теле, которую она не заметила, пока не стало слишком поздно. Когда Максис одевался, её взгляд упал на скрытое под волосами на левом бедре клеймо в виде дракона, вылезающего из яйца. Мгновенно она поняла его значение.

Максис — заклеймлённый дракос — первый из их вида, кто хладнокровно, по слухам, без всякой причины, убил другого оборотня.

Единственный зверь, с которого все оборотни хотели живьём содрать шкуру и получить награду. Его жизнь была первой, из-за которой Омегрион — совет, который управлял её народом, — собрался вместе, чтобы осудить и потребовать смертного приговора.

И он — её суженный.

Отец её детей.

Основатель их расы.

Вздрогнув от жестокости Мойр, поступивших с ней столь бессердечно, Серафина сглотнула, прежде чем снова заговорила:

— Знаю, для моей расы характерно — собираться и держаться вместе, сражаться группой. А ты по своей природе... одиночка. Но...

Внезапный стук в дверь прервал её.

Серафина зарычала, когда Максис пошёл открывать.

За дверью стоял тот волк, с которым Максис разговаривал недавно.

— После твоих слов... я хотел убедиться, что ты всё ещё жив, и... — Он отступил в сторону, открывая их взору...

Серафина замерла.

Перед ними стоял тот, кого она никак не ожидала увидеть.

Призрачно-бледный мандрагор.

Макс раздражённо вздохнул, заметив стоящего за спиной Фанга Блейза. Несмотря на альбинизм и белоснежные волосы, заплетённые в длинную косу, кожа у него была такой же смуглой, как у Макса. На первый взгляд мало что указывало на их родство — что шло всем им на пользу, поскольку враги не могли этим воспользоваться.

— Брат, ты как всегда вовремя. Не мог выбрать более хреновый момент для визита?

Хотя в человеческой форме Блейз должен был быть почти слепым, на его губах расплылась медленная улыбка. Он явно понял, что Макс здесь не один.

— Я чувствую запах истинной дракайны в период гона? Везучий ты, дракон. Неудивительно, что ты хотел с ней уединиться.

Ещё сильнее разозлившись от столь вульгарного намёка, Макс зарычал — характерным для их породы рыком. Так обычно родители предупреждают своих непослушных детей. Это часто предшествует хорошей взбучке.

— Ты оскорбляешь мою пару. Извинись.

Хоть это было не в его характере, Блейз немедленно отступил — из уважения к старшинству Макса. В противном случае, они бы уже сцепились.

— Прошу прощения, Зазноба Драга, — Блейз использовал официальный титул для дракайны, нашедшей пару. — Похоже, мой брат не поделился со мной хорошими новостями, — он ткнул пальцем в сторону Макса. — Если бы я знал, то прислал бы свадебный подарок.

— Учитывая, что нас в пару связали Мойры за столетия до твоего рождения, я бы заплатил, чтобы увидеть, как ты это сделаешь.

Блейз застыл, словно поражённый громом.

— И ты забыл мне об этом рассказать? Серьёзно?

Фанг хлопнул его по плечу:

— Я же говорил, что тебя ждёт сюрприз. Как видишь, не соврал!

— Зашибись! — Блейз метнул мстительный взгляд на Фанга. — Запомни, волк. Расплата — штука суровая.

Фанг фыркнул:

— Что я могу сказать? Жена всегда жалуется, что я самый непослушный из всех её детей. А учитывая, что Дев — один из её отпрысков, это говорит о многом, — он ещё шире усмехнулся, вызывая новую волну раздражения. — И на этой ноте я возвращаюсь вниз. Вы тут разберитесь с новым апокалипсисом. Дайте знать, если нужно будет спрятать трупы или отмыть кровь... только, пожалуйста, не заляпайте светлые поверхности. Не хочу выслушивать нытьё Куинна по поводу перекраски — он меня уже доконал своими жалобами.

Серафина переводила взгляд с одного дракона на другого, потом медленно подошла к Блейзу и обнюхала его. Странно — он пах скорее как человек, чем как дракон.

— Эй! Я купался, — сказал Блейз с игриво-обиженным выражением, отступая.

— Вы и правда родственники, — пробормотала она.

Макс ухмыльнулся, заметив её ошеломлённое недоверие.

— Наша мать была столь же разборчива, как амазонка в период течки. И мораль у неё была соответствующая.

Она сердито посмотрела на него:

— Только из-за этого я и сочла тебя достойным кого-то из нас.

Блейз резко втянул в себя воздух:

— Ой, Макс, она сообразительная и резкая. Одобряю.

Макс проигнорировал его.

— Зачем ты здесь, Блейз?

— Пришёл предупредить тебя кое о чём важном… Хотя, похоже, уже опоздал.

— О чём речь?

— Кто-то получил доступ к силе Изумрудной Скрижали. Это нарушило часть чар Мерлина, наложенных на землю за завесой, и чуть не вернуло великое зло в Миддангуард.