Клоун
Шрифт:
Облаченный в серо-голубые брюки и ветхую льняную рубашку, он весь трясся и в полной панике затараторил:
— Нет, я ничего не видел! Ничего! Нет! Мне просто приснился сон! Сон, в котором всё было залито кровью, а земля усеяна трупами! Ха-ха… У-у-у… И среди этих трупов был я! Я сам! Я умру! Я умру! Я не хочу умирать! Не хочу!
Парень то смеялся, то рыдал навзрыд. От его бессвязного бреда у Клейна у самого мысли начали путаться.
Потерев виски, Клейн спросил низким голосом:
— Но почему ты так боишься меня?
Адемисол на пару секунд застыл в оцепенении, а затем внезапно рухнул на корточки и с первобытным ужасом истошно завопил:
— Не надо!
— Нет, не надо!
…
С разных сторон на них тут же устремились десятки любопытных взглядов. Клейн почувствовал жуткую неловкость.
«Я же с тобой вообще ничего не сделал… К чему вопить так, словно тебя тут убивают!» — сухо усмехнувшись, юноша понял, что сжавшийся в дрожащий комок Адемисол способен лишь молить о пощаде и больше не проронит ни слова. Клейну оставалось лишь отойти в сторонку и сделать вид, будто он просто проходил мимо.
«Возможно, стоит проконсультироваться с мистером Азиком… Жаль только, что он еще на позапрошлой неделе уехал отдыхать на север Империи Фейсак и вернется лишь в следующий четверг или пятницу… А до тех пор нужно просто доложить обо всем капитану…» — прикрыв рот рукой и зевнув, Клейн развернулся и покинул подпольный рынок.
Получив жалованье за эту неделю, он сумел остановить «кровотечение» в своем бюджете, и его заначка вновь подросла до восьми фунтов и десяти сулов. Впрочем, на все эти потусторонние материалы он всё еще мог лишь облизываться издалека. Разумеется, если бы его не пугали грабительские проценты, он вполне мог бы одолжить деньжат у хозяина бара, Свейна.
Выйдя из «Злого Дракона» и дожидаясь общественного экипажа, Клейн позволил мыслям свободно блуждать, планируя свои дальнейшие шаги:
«Осталась всего одна неделя, и тот самый аванс в двенадцать фунтов будет полностью погашен. Теперь я смогу приносить в дом целых три фунта в неделю! Уж теперь-то Мелисса точно не найдет отговорок, чтобы оттягивать найм горничной для черной работы… А оставшиеся три фунта буду пока утаивать, чтобы скопить нормальную заначку…»
«И еще: нужно как можно скорее выудить у Даста Гудериана рецепт зелья „Телепата“ или хотя бы найти зацепки, ведущие к нему. Сошлюсь на то, что мне нужны деньги на оперативные нужды для моих подчиненных, и продам его мисс Справедливости… Расчет можно провести через анонимный банковский счет. А чтобы замести следы, я использую гадание для создания мистических помех. Это абсолютно безопасно и не выдаст мои секреты…»
Сев в экипаж, Клейн не стал ехать прямиком в охранное предприятие «Черный Терн». Для начала он решил заглянуть в Клуб гадателей и провести там пару часов.
Это было необходимой подготовкой, чтобы вновь забросить удочку и подготовить почву для легенды о «переваривании» зелья.
К тому же в этой «индустрии» прорицаний Клейн уже успел сколотить себе кое-какое имя. Старые клиенты возвращались за новыми сеансами, приводили с собой друзей. Если день выдавался удачным, за один день он мог провернуть больше десятка дел.
Таким образом, даже наведываясь туда всего пару раз в неделю, он стабильно получал около полуфунта дохода. Для нищего господина Шута это было весьма неплохим подспорьем.
«Эх, какая жалость, что с самого начала я наговорил столько красивых слов и вылепил себе такой безупречный образ бессребреника… Теперь я просто не могу взять и повысить цену за гадание…» — сидя в переговорной клуба и потягивая сиборнский черный чай, с тяжелым вздохом размышлял Клейн.
Учитывая его нынешнюю репутацию, даже задери он цену до четырех сулов за сеанс, от клиентов бы отбоя не было.
Но, будучи Провидцем, глубоко благоговеющим перед судьбой, он был вынужден и дальше держать планку в жалкие восемь пенсов.
И хотя зелье было уже усвоено без остатка, Клейн совершенно не желал рисковать и нарушать выведенный им же самим «Кодекс Провидца». В том числе и правило, запрещающее использовать гадание ради сверхприбылей. В конце концов, никто не мог поручиться, что подобная алчность не спровоцирует потерю контроля или другие жуткие последствия.
Во внутренних архивах Ночных Ястребов попросту отсутствовало понятие «усвоение». Поэтому Клейн не мог опираться на них, чтобы понять, таятся ли какие-либо риски после полного переваривания зелья. А значит, нарушать свои «правила» было категорически запрещено.
Пока он ломал голову над этими тонкостями, в комнату вошла очаровательная девушка-администратор Анжелика. Подойдя к нему, она слегка наклонилась и шепнула:
— Мистер Моретти, к вам клиент. Ждет в комнате «Красный агат».
— Иду, — еще до визита сюда Клейн проверил, благоприятствует ли сегодняшний день походу в клуб, и получил от гадания утвердительный ответ.
Он подхватил свой шелковый полуцилиндр, вышел из переговорной и направился к ожидающему у дверей комнаты «Красный агат» клиенту.
Этим клиентом оказалась шестнадцатилетняя девушка. Облаченная в светло-голубое платье с оборками, она держала в руках шляпку в тон с легкой вуалью. У нее были вьющиеся от природы каштановые волосы, очаровательные пухлые щечки и красивые, чистые светло-голубые глаза.
— Элизабет? — Клейн мгновенно узнал подругу своей сестры, ученицу престижной школы Ивос.
В свое время он помогал ей с выбором амулета, а позже, не без ее участия, благополучно разрулил ту жуткую историю с гаданием на волшебном зеркале в доме Селены.
Лицо Элизабет тоже озарилось неподдельным радостным удивлением:
— Мистер Моретти, это и вправду вы? Когда я увидела ваше имя в списке, я сразу подумала о вас.
— Как-никак, я большой поклонник мистицизма, — с вынужденной улыбкой пояснил Клейн, тут же добавив: — Прошу, не рассказывайте об этом Мелиссе. И… Селене тоже не стоит.
«Мое гадание ясно сказало, что поход в клуб сулит удачу… Но почему я вдруг столкнулся с Элизабет?» — мысленно качая головой, Клейн повернулся и распахнул деревянную дверь комнаты.
В то же самое мгновение он дважды легонько сомкнул левые зубы.
Неспешно войдя внутрь и усевшись на место предсказателя, юноша поднял взгляд на девушку.
Одного лишь мимолетного взгляда хватило, чтобы его брови медленно поползли к переносице.
Аура этой девушки окрасилась в зловещий, темно-зеленый цвет с явной примесью черни!
«Вернейший признак одержимости призраком или мстительным духом…» — хладнокровно констатировал Клейн и прямо спросил:
— Вам в последнее время часто снятся кошмары? И в этих снах некоторые вещи повторяются раз за разом?