Чтение онлайн

— «Пастырь»?

— Да. Эту цепочку мы тоже добыли в городах, растерзанных порождениями тьмы. Она обрывается на 5-й Последовательности — «Пастыре». Но… но старейшина Ловия обладает невероятной, пугающей и непостижимой мощью. Ходят слухи, что она в одиночку сошлась в бою со злым духом уровня высокой Последовательности и вышла из схватки без единой царапины. Поэтому, когда в Совете Шести освободилось место, для нее сделали исключение, и она стала старейшиной, — в голосе Деррика зазвучали нотки нескрываемого страха.

Клейн немного подумал и с улыбкой спросил:

— И каковы же предшествующие ступени для «Пастыря»? Это название кажется мне смутно знакомым. Но, сам понимаешь, имена, запечатленные в истории, порой разнятся с теми, что в ходу ныне.

— В Городе Серебра имена магических зелий остаются незыблемыми, — на инстинктах возразил Деррик, но тут же покорно опустил голову. — 9-я Последовательность — «Тайный проситель»…

«Я так и знал!» — Клейн испытал глубокое удовлетворение от того, что его догадка подтвердилась.

Именно так называлась 9-я Последовательность Ордена Авроры!

— 8-я Последовательность — «Шепчущий», 7-я — «Монах Тьмы», 6-я — «Жрец Розы», 5-я — «Пастырь», — без малейшей утайки выложил всё Деррик.

«Шепчущий, Слушатель — суть одна и та же… Хех, теперь я знаю куда больше, чем покоится в секретных архивах Ночных Ястребов Тингена…» — пребывая в отличном настроении, Клейн жестом велел Деррику продолжать.

Деррик в общих чертах обрисовал нынешнее положение дел в Городе Серебра, а под конец не выдержал и добавил:

— На нас лежит проклятие судьбы. Кем бы ты ни был — простым смертным или Потусторонним, — после смерти ты неминуемо обратишься в злого духа. Разница лишь в том, что духи Потусторонних в разы коварнее, чудовищнее и сильнее. В истории были моменты, когда это проклятие едва не стерло Город Серебра с лица земли. И единственный способ этого избежать — кровный родственник должен собственными руками оборвать жизнь того, кто стоит на пороге смерти.

— Поистине жестокая участь. Искренне надеюсь, что ты обретешь достаточно сил, чтобы отыскать способ избавить жителей Города Серебра от этого проклятия, — фальшивый «Шут» Клейн мог лишь щедро потчевать юношу бесплатными, ободряющими речами.

— Поэтому я и хочу стать «Солнцем». Воплотить в себе солнце… В те благословенные времена, когда солнце еще согревало наши земли, мы не ведали никаких проклятий, — с надрывом, полным муки голосом прошептал Деррик.

Клейн едва заметно кивнул:

— У тебя обязательно появится такой шанс. Запомни: в ближайшие пару дней я в любой момент могу вновь призвать тебя сюда. Постарайся держаться подальше от чужих глаз.

— Слушаюсь, — низким голосом ответил Деррик.

— Но прежде тебе нужно выбрать себе кодовое имя, — с улыбкой Клейн указал на поверхность бронзового стола, где из воздуха уже соткалась колода карт Таро.

Будучи абсолютно уверенным, что подросток в жизни не видел ничего подобного, он вкратце пояснил:

— Выбери одну из карт. Она и станет твоим именем. Для выбора доступны все, кроме Шута, Справедливости и Повешенного.

Деррик сделал пару шагов вперед. Быстро перелистав карты, он без малейших колебаний заявил:

— «Солнце». Я выбираю «Солнце».

— Запомни свой выбор. Отныне он будет следовать за тобой до конца твоих дней, — привычным тоном шарлатана-прорицателя произнес Клейн.

С этими словами он плавно поднял руку и, проявив недюжинную силу воли, разорвал связь. Он наблюдал, как багровый свет стремительно втягивается обратно, а фигура сидящего напротив юноши бледнеет, превращаясь в призрачную тень, и рассыпается мириадами искр.

Багровый свет перед глазами рассеялся. Деррик Берг вновь увидел свою спальню и тот самый кристально чистый шар.

Хрусь! Хрустальный шар покрылся трещинами изнутри наружу. Часть его разлетелась призрачным светом, растворившись в окружающей пустоте, а остальное со звонким треском осыпалось на пол мириадами сверкающих осколков.

Деррик в оцепенении наблюдал за этой картиной. В отражении стоявшего неподалеку бронзового зеркала он увидел, что его лицо сплошь покрыто пятнами крови. А затем юноша заметил, как на тыльной стороне правой ладони закружился багровый свет, сплетаясь в круг с расходящимися от него линиями.

Этот странный символ в мгновение ока впитался в кожу, бесследно исчезнув.

Юноша простоял в оцепенении ровно столько времени, сколько потребовалось десятку молний, чтобы озарить небеса. Лишь после этого он наконец-то вырвался из своего похожего на сон наваждения.

Бросив взгляд на осколки хрусталя под ногами, Деррик вновь посмотрел на тыльную сторону правой ладони. В его глазах начала зарождаться непередаваемая глубина.

Покинув спальню и вернувшись в гостиную, он распахнул входную дверь. Задрав голову, юноша устремил взор в небеса над Городом Серебра.

Небо прочертила ослепительная молния, окропив всё сущее серебристым сиянием. А затем, под оглушительные раскаты грома, мир вновь погрузился во мрак. Это была абсолютная тьма, лишенная даже намека на свет. Настолько густая и гнетущая, что вселяла в души лишь первобытное отчаяние.

Кулаки Деррика сжались до побеления костяшек. В его глазах не было ни капли радости — лишь всё та же жгучая боль и затаенная грусть. Но отныне в них больше не было растерянности.

«Фух… Одурачил еще одного участника… То есть, я хотел сказать, завербовал еще одного члена…» — Клейн усмехнулся и покачал головой, не в силах удержаться от самоиронии по поводу нынешней мощи Клуба Таро.

Он, сам Шут и основатель этой тайной организации, находился всего лишь на 9-й Последовательности и только-только усвоил зелье «Провидца»!

В то время как Город Серебра, который в глазах «Солнца» был лишен даже крошечной искры надежды, мог похвастаться как минимум тремя экспертами высокой 4-й Последовательности!

«Сделаю еще одну подготовительную закладку, и можно будет смело идти к капитану с отчетом. Подам то самое особое прошение. Как только стану „Клоуном“, перестану быть беспомощным саппортом», — Клейн не стал больше задерживаться. Окутав себя Духовностью, он сымитировал стремительное падение вниз.

Пронзив серый туман и стойко перенеся накатывающий безумный шепот, юноша вернулся в свою комнату и развеял духовную стену.