Клоун
Шрифт:
Кха… кха… кха…
В этот самый момент Кенли, окончательно сбросивший с себя чары «упокоения» и «глубокого сна», с трудом поднялся на ноги. Его пустой, остекленевший взгляд уперся в мадам Шэрон.
Лицо Ночного Ястреба покрывала жуткая, неестественная тень. В его безмолвии крылось нечто донельзя зловещее.
Топая по ковру, «Кенли» бросился на мадам Шэрон, которая стояла к нему ближе всех.
Женщина лишь слегка прищурилась. Сгустки черного пламени один за другим сорвались с места, впечатавшись в тело «Кенли».
Пшик, пшик, пшик! Пламя просто растаяло, словно снежинки на раскаленной печи, не причинив ему ни малейшего вреда.
Клейн на долю секунды опешил, но тут же вскинул правую руку и выстрелил в то место, где стояла мадам Шэрон.
Бах!
Но та успела уклониться. Метнув ледяное копье, она лишь пробила одежду «Кенли». Оружие так и не смогло пробить его кожу и не вызвало никакого обморожения.
Бах! Клейн выстрелил снова. Мадам Шэрон молниеносно метнулась к разбитому ростовому зеркалу и подхватила с пола осколок размером с ладонь.
Виртуозно скользя по комнате и уворачиваясь от пуль, она направила этот неровный кусок стекла прямо на наступающего «Кенли», поймав его фигуру в отражение.
Следом, не прекращая своего грациозного танца, мадам Шэрон провела ладонью, окутанной черным пламенем, по глади осколка.
К этому моменту Клейн уже расстрелял весь барабан. Ему оставалось лишь отбросить пустую пушку. Револьвер вместе со стреляными гильзами с глухим стуком рухнул на ковер.
Юноша бросился за брошенным оружием Кенли. Но не успел он перекатиться и схватить револьвер, как комнату разорвал истошный, нечеловеческий вопль напарника.
«Кенли» замер как вкопанный. Согнувшись пополам, он зашелся в жутком приступе рвоты. Из его глотки хлынула желчь. А затем… затем он выблевал собственное ярко-красное сердце. Следом на ковер шлепнулись его легкие и желудок, объятые пожирающим их черным пламенем.
Глава 200
Успешный «бросок костей»
Пульсирующие внутренности, желто-зеленая жидкость, безмолвно горящее черное пламя и заваливающееся вперед человеческое тело — всё это разом отразилось в глазах Клейна, намертво выжигаясь в его памяти.
До этого самого момента величайшей угрозой, с которой он сталкивался на заданиях, был Райел Бибер, чей процесс переваривания зелья был грубо прерван. Но даже этот пугающий, смертоносный монстр лишь нанес участникам операции тяжелые раны, не забрав ни единой жизни.
Единственный погибший товарищ Клейна, старый Нил, пал жертвой потери контроля. Как и все остальные официальные Потусторонние, чью смерть юноше доводилось наблюдать. Их убивала либо непостижимая, сводящая с ума тайна, либо влияние злых богов, что никак не было связано с прямым выполнением миссий.
А сейчас он впервые своими глазами увидел, как напарник гибнет прямо на задании. И эта смерть стала следствием всего лишь одного неверного шага в бою.
Ночные Ястребы бросают вызов безумию, но в то же время они ведут непрерывный танец со смертью.
Единожды оступившись, ты можешь навсегда лишиться шанса всё исправить.
Разум Клейна словно взорвался.
Испытав чудовищное потрясение, он в полуприседе вскинул правую руку. Бах! Бах! Бах! Юноша в исступлении открыл огонь по мадам Шэрон. Серебряные пули для охоты на демонов пронзали сотни невидимых нитей, устремляясь прямиком к ее голове и полупрозрачному пеньюару.
Но мадам Шэрон вдруг неестественно, словно дернутая за невидимый трос, метнулась в сторону, играючи уклонившись от бешеного обстрела Клейна.
Лишь когда из барабана вылетели все пять пуль, и до слуха донесся сухой щелчок бойка по пустой каморе, юноша наконец пришел в себя, вернув способность мыслить.
Его сердце тревожно екнуло. Не тратя драгоценные секунды на перезарядку, он отшвырнул револьвер в сторону и молниеносно выхватил стопку карт Таро!
Вжик!
Мадам Шэрон резко подалась в сторону. Краем глаза она заметила, как пролетевшая мимо карта глубоко вонзилась в деревянную столешницу туалетного столика.
На ее губах заиграла насмешливая улыбка, а прекрасные карие глаза вновь заволокло непроглядным, зловещим мраком.
В этот самый миг ее каштановые волосы, струящиеся словно водопад, внезапно взмыли в воздух, будто подхваченные порывом невидимого ветра.
Женщина на долю секунды опешила. Этого промедления оказалось достаточно: пущенная Клейном карта «Маг» намертво пригвоздила прядь ее роскошных волос прямо к стене.
Тресь! Мадам Шэрон, не раздумывая, с силой вырвала волосы с корнем. Перекатившись вперед, она стремительно растворилась в воздухе, исчезнув из поля зрения Клейна.
«Снова невидимость…» — Клейн, зажав между пальцами очередную карту Таро, принялся медленно, шаг за шагом, смещаться в сторону, настороженно озираясь по сторонам.
И вдруг на него снизошло озарение. Он понял, почему мадам Шэрон отказалась от атаки и почему ее движения вдруг стали такими вялыми.
«При нормальном раскладе, не используй я медный свисток Азика, мне бы ни за что не выстоять против этой пугающей ведьмы!»
«Ну конечно! Капитан уже здесь!» — в груди Клейна вспыхнула радость. Завертев головой, он инстинктивно бросил взгляд на окно.
Одновременно с этим в его мозгу сформировалась четкая догадка:
Мадам Шэрон пытается сбежать!
Она с самого начала знала, что у них есть сообщник — тот самый Потусторонний, способный затянуть ее в сон. Но она понятия не имела, сколько еще Ночных Ястребов, Карателей или оперативников Механизма Разума рыщут поблизости!
И пусть она обладала пугающей силой, в одиночку тягаться с целым отрядом официальных Потусторонних ей было явно не по зубам!
Как только эта мысль пронеслась в его голове, Клейн резким движением кисти швырнул зажатую карту Таро. И полетела она прямиком к окну.
Вжик! Вжик! Вжик! Он выкинул пять карт кряду: три заблокировали оконный проем, а две другие, превратившись в смертоносные лезвия, метнулись к дверям.
Хрясь! Тресь! Тресь!
Под звон бьющегося стекла две карты одна за другой глубоко вонзились в полуоткрытую дверь спальни. И Клейн, как и рассчитывал, уловил едва слышный шорох шагов — кто-то явно уклонялся от удара.
Он вновь виртуозно взмахнул рукой. Повинуясь интуиции «Клоуна», юноша метнул очередную карту в пустоту возле дверного косяка.