Клятва на крови
Шрифт:
— Печально, что так много людей считают отношения между наследниками и людьми табу, — вздыхает Кензи. — Я думаю, что они чертовски очаровательны. В любом случае, выкладывай. Я хочу услышать все о твоих планах.
Рассказывать особо нечего, но я вкратце рассказываю ей о том, как мне не удалось наскучить Сайласу, и о моем гамбите, как я попыталась заставить их всех отвернуться друг от друга, на почве их ревновать к Эверетту. Я опускаю часть о трех девушках, противостоящих мне, поскольку ей не нужно знать, что я официально нахожусь в поле их зрения.
Когда я заканчиваю, она задумчиво кивает, переводя взгляд на витрину магазина позади меня. — И ты думаешь, что, играя в подобные игры, они начнут тебя ненавидеть?
— Да.
— Пффф. Почему-то я в этом серьезно сомневаюсь. Просто прими это, Мэй — они одержимы тобой.
Я поставила свою кружку. — Нет. Они одержимы идеей обо мне. Им нужен хранитель, который снял бы их проклятия. Кто я на самом деле, их мало интересует.
Не говоря уже о том, что если бы они узнали правду обо мне, они могли бы убить меня.
Она злобно улыбается и, наконец, отводит взгляд от окна, чтобы приподнять брови в мою сторону. — Мало интересует, да? Ну, я почти уверена, что они действительно хотят тебя, иначе они бы не преследовали тебя всю дорогу сюда.
Я в замешательстве смотрю на Кензи, прежде чем она бросает взгляд через мое плечо. И действительно, позади меня, сквозь стекло витрин пекарни, я замечаю Сайласа, шагающего по городской площади, выглядящего абсолютно смертоносно — не говоря уже о том, что он неуместен в таком человеческом окружении, с его кроваво-красными глазами и греховно острой внешностью. Здешние люди привыкли видеть наследников, но все они шарахаются с его пути, как будто он акула среди рыб.
Даже через стекло я слышу рев дракона вдалеке. А это значит, что Бэйлфайр недалеко позади.
Надеюсь, они достаточно разозлились, чтобы наконец понять, что я им не нужна.
Я так отвлеклась, хмуро глядя в окно, что, когда Кензи вскрикивает, я вздрагиваю от неожиданности, быстро оборачиваюсь и обнаруживаю…
Принц Кошмаров находится всего в дюйме от моего лица, сидя прямо рядом со мной. Я никогда не была так близко к нему раньше, и я сглатываю, пытаясь игнорировать соблазнительный аромат кожи и чего-то опьяняюще сладкого, похожего на растение, которое я не могу идентифицировать.
— Извини, — быстро говорит Кензи, морщась. — Он просто появился из ниоткуда. Напугал меня так, что я разлила повсюду горячий шоколад. Я сейчас вернусь… К тому же, похоже, тебе, возможно, нужно немного поболтать со своим квинтетом, — застенчиво добавляет она, бросая мне извиняющуюся улыбку, и спешит проскользнуть в уборную.
Крипт изучает меня, и я пытаюсь игнорировать его взгляд, задерживающийся на моих губах, и то, как это заставляет мои бедра сжиматься без моего разрешения.
— Где ты была?
Его голос хриплый, удивительно… эмоциональный? Этого не может быть.
— Странно, что ты не знаешь, раз уж преследуешь меня из Лимба.
Но слава гребаным богам, что он не стал свидетелем моего маленького инцидента раньше. Мне нужно любой ценой избежать того, чтобы он узнал о чем-либо подобном.
— Ответь мне, дорогая.
Звенит колокольчик. Я оглядываюсь, ожидая увидеть Сайласа, но с удивлением вижу Бэйлфайра, входящего в «Ведьмино Зелье» вместе с ним. Оборотень, конечно, быстрым шагом направляется ко мне, и едва оглянувшись на остальную часть пекарни, встречается со мной взглядом и заметно расслабляется.
Когда они приближаются, я не могу ускользнуть от пристального рубинового взгляда Сайласа. Он оглядывает меня чересчур собственнически, а затем резко останавливается на месте, как только подходит к столу. Он глубоко вдыхает, прежде чем злобно выругаться.
— Я спрошу это только один раз. Почему, черт возьми, от тебя пахнет кровью?
Двое других напрягаются, и Бэйлфайр тоже проверяет воздух и рычит. Благодаря своему отвратительно крупному мускулистому телу, он едва помещается со стороны Кензи в кабинке, а затем спрашивает. — Ты ранена? Где? И что еще более важно, кого я сегодня превращу в гребаный пепел?
Боги. Они ведут себя так, словно я сделана из стекла. Как смешно.
Но я не собираюсь их поправлять. Пусть лучше они думают, что я слабая и беспомощная. Они не захотят цепляться за слабого хранителя, и чем больше людей недооценивают меня, тем больше у меня будет возможностей сделать то, ради чего я пришла сюда.
Поэтому я выбираю легкий выход и лгу, не моргнув глазом. — Менструация вряд ли оправдывает такие экстремальные реакции.
Сайлас хмурится, в его тоне сквозит скептицизм. — Я не учуял твоих месячных за обедом.
Фу. Кровавые фейри такие чертовски странные. — Вскоре после этого наведалась тетушка Флоу (Прим. Разговорный эвфемизм для менструации.), причем крайне неприятно.
Крипт исчезает с другой стороны от меня, не сказав ни слова. Я так понимаю, он не из тех, кто когда-либо говорит, куда идет или когда придет. Часть напряжения спадает с плеч Бэйлфайра, и, наконец, его рот растягивается в кривой ухмылке.
— Я слышал, тепло помогает при судорогах. Секс тоже. Я более чем рад помочь.
Я закатываю глаза. — Как благородно с твоей стороны.
— Мы просто хотим помочь тебе, Бу. Вот и все. Пока ты вежливо не попросишь о большем, — добавляет он, легко возвращаясь к своему кокетливому обаянию теперь, когда он не беспокоится о моей безопасности.
Сайлас пододвигает стул к концу кабинки и внимательно оглядывает меня, как будто ищет любой признак того, что я лгу о том, что не пострадала. Я думаю, фейри всегда должны задаваться вопросом, не лгут ли другие люди, поскольку у них нет такой способности.
Его внимание задерживается на моих волосах, где раньше они были перепачканы кровью, и я не упускаю из виду то, как его язык проводит по нижней губе — всего один раз, медленно.
Верно. Фэйри крови.
Но прежде чем он успевает сказать что-либо еще, Кензи возвращается из уборной и садится рядом со мной, переводя взгляд с одного на другого пугающе сильного наследника. Несмотря на то, что она занимает скромное место среди наследников Эвербаунда, она некоторое время знакома с Бэйлфайром, но по тому, как она таращится на Сайласа, очевидно, что она не знает, как завязать светскую беседу с учеником Гранатового Мага.
Кажется, Бэйлфайр уловил ее колебания и, схватив с моей тарелки отломанный кусочек печенья, отправил его в рот. — Не позволяйте нам прерывать ваши девичьи разговоры. Мы просто решили проверить, как там моя пара, после того как она внезапно пропала с радаров.