Чтение онлайн

И все же совесть его мучила, и он становился все более раздражительным. Если поблизости оказывалась Рут, главный удар, порожденный его скверным настроением, приходилось выдерживать ей. Атмосфера предельно накалилась к концу второго дня, когда хорошая погода вдруг сменилась разразившимся ураганом с ливнем, что также не пошло на пользу нервам Филиппа.

Предлогом ссоры стала почта.

– Еще недавно вы по крайней мере признавали, что я "всего лишь очень хороший секретарь", - на гладких щечках Рут вспыхнули яркие пятна - признак гнева.
– А теперь даже не доверяете мне вскрывать почту!

– Прошу простить меня. Я знаю, что последние дни раздражен и веду себя ужасно. Никак кое-чего не дождусь, в этом все дело. Не могу понять, чем вызвана задержка.

– И все-таки не следует превращать меня в совершенно ненужный придаток к вашей студии!

– Я очень сожалею, если вы почувствовали недоверие с мо ей стороны, но я просто не могу себе позволить лишиться того, что ожидаю.

– В студии именно вы - источник путаницы и неразберихи. Гораздо больше шансов потерять что-то, если вы...

– Рут, прекратите ворчать! Когда женщины заводятся...

– Я лишь пытаюсь помочь, - запричитала она чуть не плача.

– Как с тем телефонным звонком от Эдди Медоуса?
– подкусил Филипп.

Он понимал, что был несправедлив, и, увидев в её глазах слезы, моментально пожалел о своих словах.

Не спеша она накрыла чехлом пишущую машинку, аккуратно сложила разбросанные на столе фотографии и слегка прикоснулась платком к уголкам глаз. Взяв шляпку и сняв с вешалки плащ, пробормотала:

– Наверно, вам пора подыскивать нового секретаря, мистер Хольт.

Высокие каблучки отстучали дробь по лестнице, и их хозяйка оказалась на улице. Хлопнула парадная дверь, и волна холодного сырого воздуха заполнила комнату.

– Только этого мне не хватало!
– Филипп упал в кресло и тоскливо уставился на кипу незавершенных дел.

Пять минут спустя в дверь позвонили. На пороге стоял Дуглас Тэлбот, стряхивая с зонтика капли дождя.

– Надеюсь, я не помешал, мистер Хольт. Я подумал, что это следует передать вам, - и он сунул Филиппу в руки небольшую посылку.
– Она пришла из Германии на имя вашего брата. Бог знает, почему её прислали в отель.

Филипп радостно схватил прямоугольную коробку с гамбургским почтовым штемпелем и неразборчивой датой отправления.

– Очень любезно с вашей стороны, мистер Тэлбот. Надеюсь, вам не пришлось проделать весь путь из Мейденхеда только для того, чтобы доставить эту посылку?

– О нет! Мне надо было договориться о работе у нас студентов школы общественного питания, что на Винсент-сквер. И миссис Кэртис пришло на ум: раз я буду в этом районе, могу захватить и посылку. Так что вам следует благодарить миссис Кэртис, а не меня.

– В любом случае я очень рад.

Хотя Филипп горел желанием открыть коробку, он не мог быть невежливым и потому предложил:

– Почему бы вам не обсушиться немного и не пропустить стаканчик?

Взглянув на часы, Тэлбот решил, что у него есть ещё время и принял приглашение. Поднявшись по лестнице и пройдя через студию, они оказались в квартире Филиппа. Тэлбот сел в глубокое кресло и вытянул ноги. Хозяин дома поставил на сервировочный столик бутылку виски, два стакана, сифон с содовой водой и занялся поисками сигарет.

– Как поживает миссис Кэртис?
– спросил он.

К тому времени, когда Филипп нашел сигареты, Тэлбот уже налил себе щедрую порцию "Хейга".

– О, все так же, - ответил он.
– Слабая нервная женщина.

– У неё достаточно причин, чтобы быть нервной, не так ли? Сначала самоубийство моего брата, потом автомашина, едва не сбившая её в Виндзоре, и, наконец, ужасное убийство её брата - и все за несколько недель - слишком много для любого.

– Да, думаю, бедной женщине пришлось нелегко, - согласился Тэлбот, хотя держится она стойко.

Филипп поднял стакан.

– Ваше здоровье!

После того, как гость сделал большой глоток виски, Филипп спросил:

– Как продвигается дело Квейла?

– Понятия не имею. Уверяю вас, полиция не доверяет мне свои тайны. Они приезжали в отель несколько раз, засыпали Ванессу и меня разными вопросами, но, по-моему, дело у них не движется. Поверьте мне, этот Гайд многого не добьется. Между прочим, как я понял, вы сказали ему, что Квейл приходил сюда и искал ключ.

– Да, именно так все и было.

– Как странно! Томас ведь прекрасно знал, что ключ принадлежит сестре, он - от её личных комнат.

– Инспектор говорил мне об этом.

– Я считаю, что Томас был в чем-то замешан, так сказать, был темной лошадкой.

– Вы хорошо его знали?

– Томаса? Нет, фактически очень мало. Откровенно говоря, эта показная любовь к никудышней собачке, эксцентричность в одежде... ну, мягко говоря, он был мне не по вкусу. Но готов держать пари на что угодно - он был в чем-то замешан.
– Тэлбот допил свой виски.
– Людям не втыкают нож в спину без всякой причины.

– Полагаю, вы правы, - мрачно откликнулся Филипп.

Взглянув на часы, Тэлбот поднялся.

– Мне пора идти. Благодарю за прием.

– Что вы, что вы. Я вам очень благодарен за посылку.

Филипп едва дождался, когда закроется дверь за напыщенным управляющим. Перепрыгивая через ступеньки, он стрелой помчался в гостиную и перочинным ножом вскрыл упаковку. Под оберточной бумагой был гофрированный картон, скрепленный резиновой лентой. А разрезав ленту, он увидел содержимое посылки - тоненькую книжку малого формата. Знакомую книжку. "Сонеты и стихотворения" Беллока - то же издание, которое читал Рекс, а потом украл Энди, но не тот экземпляр. В этом на форзаце незнакомой рукой была сделана надпись:

"Hier ist Buch das brauchst. Linderhof."

Смысл фразы Филипп понял не сразу, раздумывая, что означает последнее слово. "Это - книга, которую вы... "Хотели? Искали? Забыли? Купили? Любое предположение могло быть верным. Он внимательно всмотрелся в почерк, потом отправился в лабораторию, чтобы сверить его со снимком страниц книги регистрации гостей отеля. Отыскал запись доктора Линдерхофа - почерки совпали.

Еще немного поломал голову над надписью, тщательно перелистал книгу, но не обнаружил ничего нового. В конце концов взял листок бумаги, полученный от Клер Сэлдон и набрал записанный на нем номер телефона.