Чтение онлайн

— Дерёшься, как мальчишка, А-Син!

— А ты болтаешь, как девчонка! — выпалила Ань Син, вдруг осознавая — она, на самом деле, вернулась в беззаботное детство.

Во времена, когда они вместе с Сюэ Цзяном лазали по крышам дворцов, забирались в винные погреба семьи Ань, не слушались наставников и сбегали с медитаций. Она сама не заметила, как слезы мелким бисером покатились из глаз, превращая её в настоящую маленькую девочку.

— А-Син… А-Син… — Сюэ Цзян бросился за ней и принялся гладить по спине. — Я сказал что-то не то? Прости… прости, А-Син!

Он порылся за поясом, извлекая двумя пальцами серебристый фрукт. Увидев который, Ань Син громко всхлипнула, прикрывая лицо ладонями. Точно такой когда-то держал Фан Синюнь, когда она поймала будущего ученика дворца Дафэн в императорском саду. Но этого больше никогда не повторится!

— А-Син, да что с тобой?!

Нет, так нельзя. Её слёзы неуместны. Она решительно вытерла щеки рукавом и посмотрела на встревоженного друга.

— Украл плоды бессмертия из императорского сада? Знаешь, какое наказание полагается за такой грех?

Уголок губ Сюэ Цзяна дрогнул, изображая ухмылку.

— Знаю, мэймэй. Небесные молнии. Но ты же никому не скажешь — правда?

— Глупый… — прошептала Ань Син.

Ей есть чему радоваться! Друг детства не стал одним из тех, кого на небесах презрительно зовут демонами. И Хун Сянъюнь больше не Тёмный владыка Цуймингуй. Что касается Ин Сянхуа и Фан Синюня... Она обязательно найдёт их в мире смертных! Не нужно зря плакать.

— Держи... — Сюэ Цзян достал из-за пояса ещё один плод бессмертия и доверчиво протянул ей.

— Хочешь, чтобы и меня поставили под небесные молнии? Это больно.

— Будто тебя ими били!

Били… Били так, что спина превратилась в дырявую занавеску. Только это произошло в далёком будущем, до которого теперь не дотянуться.

Она отвела взгляд и азартно вгрызлась зубами в нежную кожицу. Прохладный сок сразу потёк в рот, обволакивая язык. Почему все плоды бессмертия такие невкусные?

***

В следующие дни Хун Сянъюнь превратился для неё в неуловимую лунную дорожку на поверхности воды. Где бы уважаемый Бог войны не появился, стоило Ань Син захотеть встречи с ним, как тот бесследно исчезал. Иногда успевая сослаться на неотложные дела. Но чаще за супруга говорили прислужники дворца Гуанхуэй: занят, только что отбыл по нуждам небесного двора, ушёл на короткую медитацию, вызван к Небесному государю.

Игра в догонялки стала утомлять, и Ань Син благоразумно отказалась от тщетных попыток поговорить с супругом. Если тебя не хотят слышать, что толку от крика на самой высокой пагоде?

Однажды это уже было с ними. Он сидел на уступе горы Шэньчжиянь, она стояла перед ним на коленях, умоляя не атаковать Небесный город всей сокрушительной магией Дьявольского циня.

Ань Син тогда хорошо запомнила — главу Асюло невозможно заставить делать то, чего он не хочет.

Поэтому когда к ней наведалась Су Жэ, она обрадовалась — увидеть благожелательную улыбку прислужницы из родного дворца куда лучше, чем прямую спину Хун Сянъюня, не желающего встречи лицом к лицу.

— Супруга Ань, генерал просил передать тебе сутру сердца.

Ань Син приняла заметно истрепанный свиток и собралась убрать его в стол.

— Супруга Ань, взгляни сейчас, — Су Жэ неожиданно проявила настойчивость.

Что-то здесь не так! Ань Син потянула золотистый шнур, стягивающий свиток, не отрывая глаз от лица прислужницы. Та явно хотела что-то сказать, но раздумывала — стоит ли делать это сейчас?

— Ты, ведь, не только ради сутры пришла ко мне, Су Жэ? — мягко спросила она.

— Супруга Ань проницательна…

Ань Син показалось, что прислужница облегчённо выдохнула — некоторые беседы начинать сложнее, чем кажется на первый взгляд.

— Генерал Ань отбывает в мир смертных по приказу уважаемого Бога войны. Не хотела бы супруга Ань пожелать отцу доброго пути?

Су Жэ больше не называла её младшей госпожой, словно прочертила границу на карте. А свадьба — та самая черта, разделяющая два соседних государства, о которой нельзя забывать. Их дворцы, хотя и дружелюбны друг к другу, но отныне принадлежат разным хозяевам.

— Отец сам сказал тебе об этом?

— Нет, супруга Ань, — возразила Су Жэ.

Выходит, матушка озаботилась тем, чтобы дочь пригласили домой? Ань Син положила сутру сердца на стол и, поднявшись на ноги, расправила платье. В этой реальности она больше не носила мужские одежды, стараясь походить на благовоспитанную супругу одного из высших богов Девяти Сфер.

— Хорошо, Су Жэ, можешь идти. Я навещу родителей чуть позже.

Прислужница послушно удалилась. Ань Син же решила пройтись по Небесному городу, давая себе время привести мысли в порядок. Раньше она редко бывала на улицах, предпочитая мгновенно перемещаться в пространстве.

Город из нефрита, мрамора и золота ничем не отличался от своей копии в будущем. Разве что выглядел немного оживленнее. Ань Син по пути встретилось несколько младших небожителей, приветствовавших её с большой охотой. Этого она не замечала раньше. Выходит, положение супруги Бога войны так же почётно, как и место хозяйки одного из великих дворцов? Забавное открытие!

Погружённая в свои мысли, Ань Син едва не столкнулась с высоким небожителем, стоящим в тени придорожных слив мэй и в изумлении застыла на месте.

Тот бросил на неё внимательный взгляд, и она узнала бессмертного, которого предпочла бы и вовсе не видеть. Чэнь Чжэкай! Слепой затворник из пещеры на горе Шэньчжиянь. Правда, теперь он вполне зряч — темные глаза светились неподдельным интересом, медленно ощупывая каждый цунь её тела. А ещё он из скромного совершенствующегося, жаждущего второго вознесения, превратился в хозяина дворца Юньци — настоящего Бога судьбы. На то указывал нефритовый жетон, висящий на широком поясе близ шиву из серебряных колец.

[шиву — поясная подвеска из драгоценных материалов]

С Богами судьбы у неё как-то не складывалось. Чэнь Синьюэ из прошлого она видела мельком, а Цай Чжэань из будущего, назвавшийся другом, едва не убил её, используя любимый веер, отобранный у матери.

Лучше пройти мимо. Но разве такой маневр не похож на бегство трусливого кролика, пытающегося обойти силки?

— Ань Син приветствует Совершенного владыку! — она заученно поклонилась, пряча глаза.

Теперь ей всегда и везде приходится низко кланяться. Как раздражает! К сожалению, это мимолётное чувство не укрылось от внимательного Чэнь Чжэкая. Вместо того, чтобы ответить кивком, он невежливо придержал её за широкий рукав платья, не позволяя уйти.