Чтение онлайн

Баронесса наперегонки с Ванечкой бросились мне на шею, Назар Демидович и Артемий подошли степенно, но на лицах так же застыло выражение облегчения и счастья от встречи, а выглянувший из-за двери дворецкий украдкой стер со щеки слезу.

Позволив домашним выразить все свои чувства, я прошла в дом и сказала главное:

— Да, всё получилось. Они сейчас на границе, проходят контроль. Думаю, дня два-три — и их привезут в Москву, а там и по домам отпустят. Так что ждем.

— На почту уже пришло письмо, — кивнул Зубарев. — Вчера. Из императорской канцелярии. Отписались, что все пленные вызволены и после лечения их со всеми полагающимися почестями наградят и отпустят домой.

Кивнула ему с благодарностью, а следующие два дня разбиралась с делами, которые накопились за время моего отсутствия. На удивление их было немного, в основном отчеты о прекрасном состоянии дел. Всё-таки люди на меня работали грамотные, ответственные и за тот неполный месяц, что меня не было, прекрасно справлялись со всеми возложенными на них обязанностями.

Вот и хорошо.

Ещё неделю я провела в томительном ожидании возвращения своих мужчин. Удивительное дело, но это оказалось сложнее, чем перебираться через границу по горам, и хотя я старательно занимала себя делами, посетив и аномалию (два раза!), и все до единого производства, и службу в храме, и даже СПА, куда меня вывезла баронесса, по ночам я всё равно не находила себе места.

А если осложнения? А если ещё что?

Почему так долго?!

В сети при этом вовсю шло обсуждение уже подписанного мирного соглашения и трансляции видеосообщения султана с извинениями за все те недопустимые мировым сообществом зверства, которые творили его люди, причем в конце он всё вывернул так, что чуть ли не сам стал жертвой подлого темного колдунства и ни в чем не виноват. Но верные ему люди спасли и его, и страну, и ни в чем не повинных людей от страшной участи и теперь всё будет хорошо.

Ну-ну… Посмотрим.

Наконец на девятый день после того, как я сама вернулась домой, ближе к обеду у меня перед глазами вспыхнуло сообщение:

«Встречай».

Да!

В эту минуту я находилась в кабинете, работая с бумагами и прикидывая, где лучше всего строить осетровую ферму, потому что профессор уже включил рыбу в свой эксперимент, а ещё нам бы не помешали свежие инвестиции от какого-нибудь раскаявшегося, но обеспеченного преступника.

В итоге из-за стола я выскочила пулей, выбежала в коридор, в холл, промчалась мимо озадаченного Иннокентия, и вылетела на крыльцо.

И Саша, и Николай, одетые в новенькую военную форму, только-только вышли из такси, так что я силой заставила себя притормозить — выглядели мои мужчины хоть и вылеченными, но фигуры и лица всё равно были исхудавшими. Кормить и кормить!

Разрываясь от невозможности схватить обоих и чувствуя определенную неловкость перед Сашей, я торопливо подошла к мужу и крепко обняла его за талию, пытаясь не уронить, потому что увидела, что он стал хромать сильнее.

— Ева… — шумно выдохнул мне в волосы Николай и крепко обнял в ответ. — Как же я за тебя волновался, богиня моя…

— Папа! — раздался звонкий вопль Ванечки и мне пришлось уступить место Евтушенко-младшему, который как раз возвращался с прогулки из парка с няней Юлей.

— Ох! — с восторгом заявил Николай, когда сын, радостно хохоча, повис у него на шее. — Да ты настоящий богатырь, сынок! А вырос-то как!

Подошли и остальные, героев завели в дом и усадили в гостиной, сначала просто обняли, а затем и вовсе расцеловали-затискали, причем сильнее всех усердствовала тётя Роза, расчувствовавшись до слез, да и мне удалось обнять Сашу и аккуратно выведать подробности их возвращения и реабилитации.

Рассказывая вслух одно, мысленно Саша добавлял гораздо больше, в первую очередь успокоив меня тем, что мои ментальные закладки найдены не были и менталист пробежался лишь по верхам, причем довольно деликатно, и теперь все в ведомстве ищут героя по имени Евлампий, чтобы наградить и заручиться его поддержкой в будущем.

Хах. Обойдутся. Я вообще-то не ради награды это всё провернула!

То, что Саша гомункул, тоже не вскрылось, ему хватило уже имеющихся способностей, чтобы экранировать эту часть мозга от сканирования, в том числе и целительских манипуляций.

— В общем, внутренности нам подлечили, ногти-зубы вырастили, — усмехнулся он кривовато, — шрамы свели и велели ехать домой, отъедаться. Через две недели состоится торжественный прием во дворце с вручением наград и прочего. Пригласительные, насколько я понял, привезут чуть позже курьером.

— Две недели?! — возмущенно всплеснула руками тётя Роза. — Да вас только месяц откармливать!

И тут же не менее возмущенно перевела взгляд на меня:

— Ева, нам нечего надеть!

Многозначительно ей кивнула и чуть позже связалась с господином Леви, порадовав его новостью, что мужчины моей семьи вернулись с войны героями и нам нужны соответствующие наряды.

А откармливать мы начали их уже в обед. Бельков помог мне составить оптимальное витаминно-белковое меню, я сама провела не одну минуту на кухне, так что ни у Николая, ни у Саши не осталось ни шанса избежать принудительного кормления. Но они, как мне показалось, совершенно не были против.

После обеда я и вовсе утащила супруга в его спальню, многозначительно ткнув пальчиком на кровать, но вместо того, чтобы послушно раздеться и лечь, Евтушенко подошел ко мне, снова крепко обнял, и тихо-тихо, но пугающе проникновенно признался:

— Знаешь, за всю войну ни о ком так не волновался, как за тебя в эти дни. Ева! Ты совершенно сумасшедшая женщина! Так собой рисковать!

Тихонько выдохнув, чтобы не нагрубить, я просто обняла его в ответ и ласково произнесла:

— А каково мне было? Ты подумал? Знать, что тебя казнят и ничего не делать? Ну, вот… такая тебе жена досталась. Уникальная. — Фыркнула, ехидно улыбаясь, отстранилась и снова многозначительно указала на кровать. — Ложись. Трогать буду.

— Деспот ты мой домашний, — тихо рассмеялся Николай, глядя на меня таким сияющим взглядом, в котором плескался целый океан нежности, что я даже смутилась.

И снова потыкала пальчиком на кровать.

Ну а когда супруг, наконец, исполнил моё пожелание, раздевшись до плавок и вытянувшись во весь рост для начала на спине, я возмущенно всплеснула руками, изучив его выпирающие ребра и впалый живот, и показательно размяла пальцы.

— Вас вообще кормили или только по допросам таскали?! Возмутительно! А можно, я лично императору пожалуюсь?!

— Я надеюсь, ты не всерьез? — забеспокоился Евтушенко, а я уже пробегалась сияющими пальчиками по его коже, проверяя состояние внутренних органов и общий уровень здоровья организма.