Код личности 5
Шрифт:
А что надо, так это поработать.
Много. Много поработать!
Что там эти чертовы англичашки опять мутят?!
Глава 4
Вернувшись домой с более чем успешной вылазки, следующий день я посвятила контрольной ревизии своих антикварных запасов и выделила в мастерской уголок для вещей, которые требовали к себе внимания реставратора, поставила сейф для изъятых украшений, магией переплавив металлы в слитки, а камни рассортировав по видам и размерам в универсальные мультибоксы на будущее, а те картины, которые вызывали сомнение в возможности реализации (ту же Мону Лину), я тщательно упаковала и, на следующее утро, изменив внешность, съездила до центрального почтового отделения Москвы и отправила посылку на адрес императорского музея.
В дар от Доброжелателя.
Ну а что ещё с ними делать? В подвале хранить?
На следующий день я связалась с Ивановым и порадовала его ещё пятью позициями, а он сам, сияя, как новенький самовар, передал мне пригласительный на закрытый аукцион, который состоится через три недели, по секрету шепнув, что там будут выставлены вещицы интересующих меня эпох, так что мероприятие определенно стоит моего внимания.
— Большое спасибо, обязательно приду.
Пока же моего внимания требовал проект осетровой фермы и подготовка к балу офицеров, до которого оставались считанные дни. Знакомый курьер в форме императорской курьерской службы уже привез нам пригласительные, причем и на нас с Николаем, и для Зубаревых, и для Саши. Господин Леви уже прислал нам не только оба платья, как мы с ним договаривались, но и новенькую парадную форму для всех трех мужчин, причем причин тому было несколько: во-первых, Саша вытянулся ещё на несколько сантиметров и раздался шире в плечах, во-вторых, Николай похудел и я никак не могла его откормить, а Зубарев наоборот немного набрал вес, так что мужчинам тоже стоило обновить гардероб с учетом текущих реалий.
При этом господин Леви снова сшил мне платье на свой вкус, удивив тем, что сделал его отчасти похожим на форму офицера: строгое алое платье и кремовый жакет с золотыми пуговицами и эполетами. Но мне понравилось. Было в этом что-то… особенно торжественное.
Баронессе досталось платье в схожем стиле, но ярко-розовое, а жакет был нежно-пудрового цвета. Но тоже с золотыми эполетами.
Наконец настал тот самый день, когда мы расселись по машинам и отправились в Москву. Стараясь заранее не гадать о том, чем именно наградят моих мужчин, я предпочитала в принципе сильно ни на что не надеяться. Пусть станет приятным сюрпризом.
Чествовать героев войны планировали в том же самом зале, где праздновали Новый год, но на этот раз елки в центре зала не оказалось, хотя закусок и напитков было в избытке. Звучала музыка, смех, мужчин стало в разы больше и это не могло не радовать.
Заранее узнав у проводившего нас в зал лакея, что император почтит нас своим вниманием где-то через час, я с удовольствием прошлась по залу под руку с супругом, поприветствовав всех, кого знал он, и кого знала сама.
Заново познакомилась с майором Тимченко, который, конечно же, меня не узнал, но что-то кажется, заподозрил, узнав, что меня зовут Ева.
Увиделись мы и с Головиными, причем Михаил, как и мой супруг, ходил с тростью, но заверил нас, что это временно и он уже почти восстановился, но из-за излишне тревожной супруги, которая дохаживает последние недели беременности, предпочитает подстраховаться. Поправившаяся в щечках и особенно талии Ксения сопровождала его неотлучно, но выглядела больше счастливой, чем тревожной, и можно было лишь порадоваться за эту пару.
Дарья с Аристархом подошли к нам сами. На левой щеке княжича розовел глубокий шрам, а на глазу была повязка, но сам он держался невозмутимо, и с удивившим меня уважением поздоровался за руку сначала с Николаем, а затем и с Сашей. Как я позже узнала, они воевали неподалеку и несколько раз их полки приходили на выручку друг другу.
Где-то на периферии мелькал Даниил, но подойти не рискнул. Видела я и князей, но сама не спешила привлекать их внимание. Не те это мужчины, с кем стоит общаться без весомого повода.
Наконец зазвучал гимн Российской империи и гости словно по мановению волшебной палочки расступились ближе к стенам, оставив центр зала пустым.
К нам вышел император с супругой и старшим сыном Алексеем. Мальчику было всего двенадцать, но он был рослым и невероятно серьезным, а парадная форма кадета придавала ему ничуть не меньше солидности, чем остальным присутствующим на торжестве офицерам.
Рядом с императором справа и слева замерли помощники и князья из военных ведомств, и после торжественной речи о том, как Василий пятый горд чествовать героев и победителей войны, началась церемония награждения. От малого к большему.
Сначала наградили медалями за отвагу и мужество, проявленные в бою. Следом тыловиков и снабженцев. Затем орденами тех, кто проявил себя во время прорывов, занятий ключевых точек и особенно за ликвидацию колдунов, которым был присвоен высочайший класс опасности.
В число последних вошли все до единого офицеры, которых мне удалось освободить из казематов, причем посмертно орденов были удостоены и погибшие Шляпин с Рубцовым. Награды вручили их семьям. Николаю торжественно вручили орден Святого Георгия, который он получил лично из рук императора, а Сашины деяния и вовсе зачитывались минуты три, после чего ему на грудь был прицеплен орден Святого Андрея Первозванного — высший орден империи, которым награждали лишь за действительно выдающиеся заслуги.
А потом… начали неожиданно награждать женщин.
В основном с даром исцеления, кто отправился ближе к фронту и помогал в госпиталях на добровольных началах. Кто-то организовывал поставки вооружения и продуктов за свой счет. Кто-то сумел вычислить шпиона.
Но сильнее всего меня удивило другое.
— На торжественное награждение приглашается графиня Евтушенко Ева Александровна!
Эй-эй?! За что?
Где я спалилась?
Искренне недоумевая, но стараясь не хмурился, а благодарно улыбаться, я на нетвердых ногах приблизилась в государю, отдельно отметив, каким пытливым взглядом он пробежался по моей фигуре, внимательнее всего изучив лицо и глаза, после чего что-то явно для себя решил и улыбнулся чуть мягче.
— За проявленные героизм и стойкость, а так же грамотные действия во время Новогоднего бала, спасшие не одну жизнь, графиня Евтушенко награждается орденом Святой Екатерины первой степени!
А-а, вот что вспомнили. Ну ладно. Можно выдохнуть.
Дождавшись, когда орден прицепят к жакету, я присела в низком реверансе, благодаря за оказанную честь, а потом, не теряя достоинства, ретировалась обратно к мужу. В его взгляде застыл вопрос и легкое недоумение, а я вспомнила, что до сих пор не рассказала ему о том эпизоде. Ну ничего, успею.
Напоследок наградив орденом Святой Анны княгиню Воронцову за помощь в организации логистики, император снова поздравил всех нас с победой, и официальная часть плавно трансформировалась в неофициальную: танцы и фуршет.
Заиграла громкая музыка, народ встрепенулся и как-то разом загомонил, все начали поздравлять друг друга, а к нам безо всякого предупреждения подошел князь Долгоруков и, не забыв представиться, поначалу завел вежливый разговор о выдающихся достижениях нашей семьи, а потом, словно невзначай, поинтересовался у Саши: