Чтение онлайн

— Снова активизировался Робин Гуд, ваше императорское величество. Почерк тот же. На этот раз в фокус его внимания попал Кокошников Сергей Аркадьевич, мелкий бизнесмен и глава преступной группировки в Мисайлово. За ночь обнесены его лавки с артефактами и ломбарды, уничтожен цех по производству наркотиков, и по пока неподтвержденным данным совершен налет на его дом. В шесть утра в сеть с иностранных серверов выложена качественно скомпанованная информация, компрометирующая Кокошникова. Грабежи, наркотики, похищения людей, рэкет. Сам Кокошников…

Князь кашлянул и поморщился.

— Застрелился.

— Сам? — Император недоверчиво приподнял брови.

— Следствие ведется, но возможно, что нет, — качнул головой князь. — Разбираемся.

Откинувшись на высокую спинку кресла, государь с минуту молча изучал своего подчиненного, который под конец начал ощутимо нервничать, после чего протяжно выдохнул и помассировал виски.

— Василий Андреевич, любезный… Вот скажи мне, почему о том, сколько гнуси у нас творится в столице, я узнаю не от Жданова, который курирует полицию, а от тебя и из сети? Когда ты уже доложишь мне о том, что чертов Робин Гуд… — император скривился, — арестован?

— Работаем, ваше императорское величество! — отчеканил Долгоруков как можно убедительнее. — Изо всех сил стараемся!

А сам в этот момент думал о пенсии, рыбалке, домике в деревне… И том, что не так уж и плох этот Робин Гуд. Был бы таких десяток, глядишь, и мир стал бы получше… А то, что методы у него не самые законные, его тоже понять можно.

Но императору лучше об этом не говорить. Не оценит.

— Работайте, Василий Андреевич, — посуровел государь, словно сумел каким-то неведомым образом подслушать его мысли. — Лучше работайте! И… да. Что там по офицерам? Готовы списки со всех их подвигами? Уже определились, кого и чем награждать будем? Бал через неделю, а у нас конь не валялся.

— Так точно, ваше императорское величество! — щелкнул каблуками князь, мысленно чертыхаясь, потому что конь и впрямь не валялся. Точнее начал, но… — Есть небольшая закавыка.

— Что ещё?

— Барон Бельков-Вяземский, ваше императорское величество. Согласно рапортам остальных офицеров, невероятной самоотверженности молодой человек.

— И в чем закавыка? — не понял Василий.

— Девятнадцать лет, — поджал губы князь. — До призыва на войну не служил. Лицензированный охотник. Дальний родственник баронессы Вяземской, усыновленный ею для передачи титула по наследству. Сама баронесса в конце прошлого года вышла замуж за генерала Зубарева.

— И-и? — Император слегка наклонил голову, всё ещё не понимая затруднений своего подчиненного.

— Есть подозрения, что парень универсал, — произнес князь главное. — На текущий момент уровня мастер. Более того, замечен контакт с объектом «Бабуля». По предварительным данным первый контакт состоялся около года назад.

— Вот как?

А вот это было уже действительно необычно…

— А что там по самоотверженности? В чем именно это выражается?

— Регулярные шпионские вылазки в стан врага, — начал по памяти перечислять князь, — грамотное руководство вверенной ему ротой, минимальные потери среди личного состава, успешное противостояние колдунам, лично уничтоженный полковник Исмаил и его яростная дюжина, что подтверждается из нескольких независимых источников, и самое главное, именно он обезглавил Аль Бадунамаха и вывез из Стамбула офицеров, загримировав их под дервишей. Помимо прочего с самого начала войны с ним был питомец — львиногривый огнеплюй. Самка. На её счету десятки уничтоженных гулей и сотни простых противников. К сожалению, во время взятия в плен животное убили.

— Жаль, — задумчиво кивнул император, в этот момент думая немного о другом. — А что по Крабину? Выяснили, чей человек?

— Выясняем, ваше императорское величество. Следствие ещё идет.

Посмотрев на князя так, что тот мысленно поежился и далеко не в первый раз чертыхнулся, император осуждающе качнул головой, но вслух произнес иное:

— Все документы по Белькову мне на стол, буду смотреть лично. Далеко пойдет юноша… Надо разыграть эту карту с умом. И бабуле пригласительный отправь.

— Опять же ворчать будет, — справедливо заметил князь.

— Ничего, — хмыкнул император. — Я вот тоже от многого не в восторге.

И вдруг вспомнил другое.

— А что там по графине Евтушенко с её уникальной техникой? Разобрались, кто её родители?

Князь с тоской подумал о том, что всё-таки надо было написать рапорт о сложении полномочий ещё неделю назад. Сразу, как кончилась война.

— Никак нет, ваше императорское величество. Официально она сирота, воспитывалась в детском доме Новосибирска, но есть подозрение, что информация недостоверна.

Василий мгновенно помрачнел, начиная сердиться.

— Но есть нюанс! — торопливо выпалил Долгоруков. — Она и барон Бельков-Вяземский — брат с сестрой. Двойняшки.

— Етить вас в дугу, Василий Андреевич! — возмущенно воскликнул государь. — У нас два гипотетических универсала и вы молчите?!

Князь виновато развел руками.

— Четкой информации нет, ваше императорское величество. Есть лишь ряд догадок и гипотез. Одна из основных рабочих версий — это дети княжны Софии, племянницы правителя Андорры, почти всю семью которого вырезали во время государственного переворота девятнадцать лет назад.

Василий нахмурился.

— Помню, помню… Нехорошо тогда вышло. И что? Почему именно эта версия рассматривается вами, как основная?

— Секунду. — Быстро найдя на своём коммуникаторе нужные фотографии, князь отправил их на печать, подключившись к цветному принтеру, который находился в кабинете, и уже через несколько мгновений положил на стол перед императором два фото.

Княжны Софии и графини Евтушенко. Обе миловидные блондинки с голубыми глазами, рост выше среднего, одна линия бровей, одна форма подбородка…

— Определенно сходство прослеживается, — задумчиво хмыкнул государь. — Но это не доказательство.

— По данным разведки отцом детей мог быть греческий подданный Алексис Карагианис, — многозначительно добавил князь. — Пропал с радаров примерно в то же время.

— А вот это интересно… — кивнул Василий, вспоминая, что сей непростой грек, являющийся элитным наёмником, действительно владел техникой белого пламени, но мало кто об этом знал. Обычно его противники не выживали и уже никому ничего не могли рассказать. — Что ж, продолжайте копать, но аккуратно. Нам не нужны враги в их лице.

— Так точно. Разрешите идти.

Взмахнув рукой, император отпустил Долгорукого, а сам взял в руки фото Софии и невольно окунулся в воспоминания двадцатилетней давности. А ведь он знал эту милую девушку. Был очарован даже… Увы, их пути разошлись раньше, чем это вылилось во что-то большее. А потом переворот, известие о смерти всей семьи, поиски, догадки… Всё тщетно.

А ведь это могли бы быть и его дети.

Но нет. Близости между ним и Софией не было.

Шумно вздохнув и поймав себя на мысли, что жалеет о несбыточном, император усилием воли выкинул нехорошие мысли из головы и сосредоточился на работе. Его супруга — замечательная женщина. И другой ему не надо.