Чтение онлайн

Воздух в центре комнаты, в нескольких шагах от меня, едва заметно пошёл рябью, словно над раскалённым камнем в полуденный зной, и из этой ряби соткалась фигура.

Передо мной стоял я. Абсолютно точная копия, стоящая неподвижно, и глядящая мимо меня пустыми глазами, и только по лёгкой голубоватой дымке, пробегавшей время от времени по контуру тела, можно было догадаться, что это не человек из плоти и крови, а работа Кодекса.

Я медленно, обошёл голограмму кругом, и даже провёл сквозь неё рукой, но она никак не отреагировала, продолжая стоять столбом. Зато передо мной, транслируемое браслетом, появилось новое подменю.

Выберите режим тренировки. На основании изученных трактатов, анализа имеющихся мышечных паттернов и совокупности знаний носителя доступны следующие варианты обучения: кулачный бой, бой на мечах, физическая тренировка.

Ошибки выполнения подсвечиваются цветом. Багрово красный – критическое несоответствие, алый – значительное отклонение, оранжевый – грубая ошибка, жёлтый – требуется корректировка, зелёный – допустимый уровень, лазурный – идеальное повторение.

Я задумчиво почесал подбородок.

Получается, если я найду свитки по обучению техники владения каким-нибудь оружием, по типу самоучителей, то Кодекс просканирует и их и добавит в базу? Звучит слишком хорошо, чтобы быть правдой, потому что функционал сам по себе впечатляющий, этакий личный учитель, доступный в любой момент времени, но если я правильно понял, то всё намного круче. Ведь духовный талант к быстрому обучению должен и тут дать мне фору?

Я решил начать проверку с физической тренировки. Всё-таки ночь на дворе, и махать мечом в тесной комнатушке, было бы не лучшей идеей. Ещё разбужу владелицу здания, и она придёт смотреть, чем это я тут занимаюсь. А учитывая её сальные взгляды на меня, и само поведение, не хотелось бы доводить дело до греха. Ну её.

Как только я озвучил свой выбор, фигура напротив меня перестала быть недвижимой статуей. Она плавно, совершенно беззвучно перетекла в первую стойку, ноги чуть шире плеч, колени полусогнуты, спина прямая, ладони раскрыты и опущены вниз и замерла, словно приглашая меня сделать то же самое.

Я попытался повторить показанное, и тут же моё собственное тело, вернее, его отражение в голограмме, словно покрылось пятнами. Колени у меня были согнуты чуть сильнее нужного, и по ним разлился яркий оранжевый свет. Левое плечо, которое я задрал вверх, заполыхало густым алым, а спина, которую я считал прямой, на деле оказалась слегка скруглена в грудном отделе, и Кодекс услужливо подсветил эту зону ядовитым жёлтым.

Это было, мягко говоря, унизительно, потому что я-то думал, что способен повторить то, что мне показывают, но одновременно и невероятно полезно. Я начал корректировать позу, глядя на голограмму, и стоило мне чуть довернуть таз, опустить плечо и выпрямить шейный отдел, как цвета начали блекнуть, сменяясь сначала зелёным, а потом и вовсе исчезли, оставив фигуру ровно той же голубоватой призрачной копией, что и прежде. На это ушло минуты три, но ощущение было такое, словно я заново учился стоять.

Дальше началась серия движений, отдалённо напоминающая какой-то вариант укрепляющей гимнастики. Голограмма плавно перетекала из одной позиции в другую, медленные приседания на одной ноге с поворотом корпуса, наклоны, при которых вторая нога уходила вверх параллельно полу, прогибы, статические удержания, от которых я, несмотря на свою вроде бы новую силу и выносливость, моментально уставал и готов был бросить занятие.

Мне казалось, что я выполняю всё безупречно. Но нет, то пятка отрывалась на полпальца раньше нужного, то кисть ломала линию предплечья, то дыхание сбивалось не в том моменте, и тогда солнечное сплетение загоралось глухим красным, оказывается, задержка воздуха на усилии была здесь критичной, и я ещё и дышал неправильно, то голову я держал неправильно, высматривая неточности в голограмме.

Кодекс видел каждую ошибку и микроскопическое отклонение от эталона, и безжалостно подсвечивал их, заставляя меня снова и снова возвращаться в исходную точку и повторять движение раз за разом, чтобы прочувствовать правильную траекторию.

Пот ручьями стекал по вискам и спине, рубаха прилипла к телу, а мышцы гудели так, будто я таскал мешки с песком пару дней без передыха. Но я держался, потому что заметил, что духовный талант, отвечающий за аномально быстрое обучение, работал на полную катушку. Хватала десятка повторений, чтобы тело уже легче воспринимало неестественные позы и Кодекс не подсвечивал их как ошибочные. Я буквально спинным мозгом чувствовал, как каждое исправленное движение врезается в память, минуя обычные этапы многократных повторений. Там, где обычному человеку потребовались бы дни, а то и недели, чтобы заучить эту последовательность, мой мозг и моё тело справлялись за считанные минуты.

И как-то так получилось, что за занятиями я провёл всю ночь, не обращая внимание на течение времени и от них меня оторвал стук в дверь.

Я досадливо поморщился, осознав, что не успел проверить ни кулачный бой, ни бой на мечах, деактивировал Кодекс, одёрнул штору, впуская в комнату утренний свет и выдохнул, открывая дверь.

– Господин Ян! Господин Ян! Вы не спите?

Служанка стояла на пороге и по цыплячьи вытягивая шею, с любопытством осматривала комнату. Видимо я всё же слегка шумел.

– Что случилось? – Спросил я, набрасывая ханьфу и затягивая пояс.

– Госпожа Ли велела передать, что завтрак готов! И чтобы вы спускались через десять минут!

Завтрак? Кажется, я провёл больше времени за кодексом, чем планировал. С другой стороны, раз теперь у меня был какой-никакой, но план по использованию ресурсов Академии, а значит, пора воплощать его в жизнь. Рано или поздно мастер Чэн, как и любой человек деловой закалки потребует прибыль со своих инвестиций и лучше, к этому моменту быть готовым.

– Хорошо, сейчас спущусь. – Ответил я, натягивая сапоги.

Через пару минут я вышел и добрался до лестницы и замер на пороге общей комнаты.

Стол буквально ломился от угощений.

И нет, я не преувеличивал. Деревянная столешница, обычно пустая или накрытая одной-двумя тарелками, сегодня была заставлена так плотно, что некуда было поставить локти. Паровые булочки баоцзы с защипами сверху, лежали в бамбуковой корзине. Рядом с ними находилась тарелка с рисовой кашей, три вида соленьев и огромный зажаренный до хрустящей кожицы карась. И это было только начало.

У меня глаза разбегались от количества еды, а неугомонный желудок предательски заурчал.

– Проходи, Ян. – сказала госпожа Ли, жестом приглашая меня к столу. – Садись, позавтракай с нами.

– С нами? – Удивлённо спросил, поглядывая по сторонам в поиске гостей. – Мы кого-то ещё ждем?

– Нет, – ответила она, закинув ногу на ногу, – только мы вдвоём. Кто знает, вдруг тебе сегодня понадобятся силы.

Я не заставил себя упрашивать. Каша оказалось жуть как хороша, а госпожа Ли, по какой-то причине вырядилась ярче обычного. Впрочем, плевать на неё. Булочки, мягкие и сочные, интересовали меня гораздо больше, впрочем, как и жареная курица, приправленная имбирём.