Чтение онлайн

Я молчал, переваривая услышанное. В голове роились сотни мыслей, но одна из них превалировала над остальными. Он только что нарисовал мне картину будущего, и я, даже осознавая, что это всё ещё золотая клетка, пусть и неимоверно огромных размеров, допустил мысль, что это будущее стоит того, чтобы в него идти широкими шагами. Хотя бы для того, чтобы стать не неприлично богатым, а неприлично сильным, пользуясь теми ресурсами, что есть. А уж потом решать, что делать дальше. Сотрудничать с мастером или Академией, или послать их к чёрту и сваливать в свободное плавание. Мир большой, добуду себе тоже артефакт, к примеру, как его меч, на котором можно летать и просто свалю куда подальше.

– Я понял, мастер, – коротко ответил я, не став распространяться о своих мыслях.

– Вот и славно, – он похлопал меня по плечу. – А теперь давай выбираться отсюда. Нам ещё предстоит долгий путь домой. – Он уже дёрнулся, как остановился, спохватившись. – Чуть не забыл! Есть же ещё одно дело.

Мастер достал из своего пространственного хранилища разделочный нож, размером в руку и с металлом, отдающим глубокой синевой, явно тоже непростым и споро вскрыл тушу орлана, которая после смерти животного и выветривания ци, его защищающего, на удивление потеряла свою стойкость к повреждениям, достав из него духовное ядро.

Никакого сравнения с тем, что нашёл я, потому что это было с кулак взрослого человека размером и наверняка стоило тоже просто неприличных денег.

Впрочем, на него я и не думал претендовать, ибо убил орлана мастер. А вот за наводку на духовное растение было бы неплохо что-нибудь получить. Но это, пожалуй, тоже оставлю на откуп практику, потому что глупо требовать что-то, или тем паче ссориться с человеком, способным на равных сражаться с огромной птицей, взмахов крыльев срезающей верхушки у гор.

Я до сих пор с содроганием вспоминал свой глупый поступок в лесу, когда потерялся и угрожал охотникам. Где была моя голова вообще? Убили бы меня там и прикопали труп и все дела. Чудо… Не иначе чудом выжил.

А затем мы выбрались из расщелины. Точнее, мастер Чэн выбрался, одним грациозным движением выпрыгнув из провала, преодолев в этом прыжке сразу метров тридцать, на высоту десятиэтажного дома, приземлившись на усеянную обломками вершину скалы, а я, стиснув зубы и напрягая ноющие мышцы, карабкался следом, цепляясь за выступы и трещины, причём не через то место, которое я пролез, а через проделанное орланом. Когда я наконец вылез на поверхность, моему взгляду предстала картина полного разрушения.

Гнездо, ещё недавно бывшее исполинским сооружением из вековых деревьев и тонн земли, исчезло. Местами, то тут, то там ещё виднелись застрявшие в скалах брёвна, но это были буквально единичные пятачки, не идущие ни в какое сравнение с тем, что было тут раньше. В воздухе висела пыль, медленно оседающая в лучах закатного солнца, а туша орлана, с раскинутыми крыльями, которыми он словно обнимал скалу, лежала на краю, вмёрзшая в камень. Удар наставника, который он нанёс в голову, проморозил шею и грудь, а после его гибели, защитная оболочка из ци перестала защищать тело, и он теперь медленно превращался в промороженную колоду мяса. Так, наверное, и истлеет, а его кости будут вечно лежать на скале, обдуваемые всеми ветрами.

Мастер Чэн стоял на вершине, глядя на останки своего врага. Ветер трепал его изорванный ханьфу, но он, казалось, не замечал дискомфорта.

– Готов? – спросил он, не оборачиваясь.

– Да, – коротко ответил я. Ну не оставаться же мне тут жить?

Хотя, наверное, на месяц я бы задержался. Еда есть – туша орлана, вода тоже, причём насыщенная ци. Тут бы действительно помедитировать с месяцок, думаю было бы очень полезно.

– Вот и хорошо, – он повернулся ко мне. – Тогда пора вниз. Когда летели сюда, у подножия горы я заметил озеро. Как раз то, что нужно, чтобы смыть с себя грязь и кровь.

Он снова вынул меч из ножен, и клинок, повинуясь его безмолвному приказу, снова начал расти, превращаясь в знакомый мне уже летающий помост. Я, стараясь не смотреть на головокружительную бездну под ногами, шагнул на него, и меч, мягко оторвавшись от скалы, устремился вниз.

Мы нырнули в облака, и мир вокруг нас снова превратился в серую, влажную пелену. Я закрыл глаза, чувствуя, как мельчайшие капельки воды оседают на моём лице, смешиваясь с засохшей кровью орлана и моей собственной и в голове возникла непрошенная мысль. Если долго летать сквозь облака, то отмоешься или так и останешься грязным? Скорее всего второе. Просто промокнешь и замёрзнешь.

Спуск занял всего несколько минут, и когда облака расступились, я увидел озеро, лежащее в небольшой горной долине, окружённой отвесными скалами и густым, девственным лесом, в основном состоящем из исполинских сосен. Вода в нём была настолько чистой и прозрачной, что даже с высоты были видны каменные россыпи на дне и стайки серебристых рыб, беззаботно снующих меж подводных валунов.

Сейчас бы пикник тут устроить, а не вот это вот всё. Рыбку половить, шашлык, уху сварить…

Я только тяжело вздохнул про себя, но отметил, что в принципе мне ничего не мешает это организовать самому. Нужно только место найти и время.

Мастер Чэн посадил меч на небольшую травяную лужайку у самого берега и спрыгнул на землю. Я последовал за ним, и мы, не сговариваясь, стянули с себя остатки одежды, превратившиеся в окровавленные, грязные лохмотья, и вошли в воду.

Она была чертовски холодной, питаемая горными ручьями, но мне было плевать. Я уже не тот шестнадцатилетний пацан, который мёрз от прохладной водички из реки. Уверен, что смогу вытерпеть и более холодную воду, причём без особого ущерба.

Нырнув с головой, поплыл под водой, и открыв глаза, начал разглядывать каменистое дно, усеянное гладкой, разноцветной галькой. Красиво… Очень красиво. За такие виды на Земле люди готовы платить бешеные деньги, а я тут бесплатно наслаждаюсь. Ну правда только после того, как поучаствовал в битве с жутким монстром.

Под водой я проплавал несколько минут и только когда перестало хватать воздуха, вынырнул. Бросил взгляд на берег и увидел, что мастер Чэн уже выбрался наружу и стоит, растирая тело чистым полотенцем, которое он видимо, достал всё из того же кольца. Рядом с ним на песке лежали два комплекта свежего, аккуратно сложенного ханьфу. Одно простое, но добротное, тёмно-синего цвета, явно предназначенное для меня, а второе, его собственное, подходящее статусу магистра.

– Одевайся, – бросил он, кивая на одежду. – Практик, болеющий простудой это конечно нонсенс, но незачем испытывать тело на прочность без нужды.

Я выбрался из воды, чувствуя себя обновлённым, и принялся одеваться. Ханьфу оказалось мне почти впору, и его тёплая и мягкая ткань приятно прилегала к чистой после купания коже. Я затянул пояс, поправил рукава и впервые за долгое время почувствовал себя человеком.

Мастер Чэн, уже полностью одетый и причёсанный, сидел на большом прибрежном валуне и смотрел на меня. В его взгляде читалось странное, какое-то оценивающее выражение. Я с запозданием вспомнил о своей царапине на лице, которая уже затянулась без следа. Заметил её, отметив аномальную регенерацию? Или уставился по какому-то другому поводу?