Чтение онлайн

— Вломила-таки, шалава! У, сука позорная, из-под земли достану и на куски порву! — подпрыгнул на стуле Гнус.

— Закрой пасть! — рявкнул на него Сергей. — Вякать будешь, когда я разрешу, понял? Ты, мразь, приговор себе подписал, когда Смирнову изнасиловал!

— Ниче я не знаю, начальник! Какая такая Смирнова? — дурным голосом заблажил Гнус и вдруг выкатил глаза и стал жадно хватать ртом воздух. — Вызови «скорую», начальник, «скорую»! — вымученно прохрипел он и, упав со стула на пол, забился в эпилептическом припадке.

— Классно косишь! — похвалил Сергей, наблюдая за разыгравшимся в его кабинете представлением. Гнус, войдя в раж, весь посинел и играл так убедительно, что Сокольский даже начал сомневаться. «Черт его знает, может, он действительно припадочный, этого еще только не хватало!» — подумал он, но «скорую» вызывать не стал. Подскочив к Гнусу, он заломил ему руки и, надев наручники, связал его же ремнем в «ласточку». Гнус подергался немного и затих: изображать припадок в таком положении было невозможно.

— Твоя взяла, начальник, развяжи! — взвыл он, скорчив страдальческую гримасу.

— Ответишь на пару вопросов, тогда развяжу! — пообещал Сергей, еще сильнее затянув наручники.

— Ладно, задавай свои вопросы, только побыстрее, а то мочи уже нет терпеть! — простонал Гнус.

— Вот это другой разговор, и нечего было из себя партизана строить! — Сергей включил диктофон. — Итак, вопрос первый: кто с тобой еще насиловал Смирнову?

— Утюг… То есть этот, как его, Угрюмов Сева, кореш мой по охране.

— За что пытали девчонку? Только не юли, ответишь неправильно — оставлю так до утра! — предупредил Сокольский, и Гнус сразу поверил ему.

— Думали, она на вашу контору стучит, потому в оборот и взяли! — признался Гнус, сам удивившись своей искренности.

— Ну, допустим, я тебе поверил, — смягчился Сергей, немного ослабив узлы. — Ответишь на следующий вопрос, развяжу совсем! Где взял это кольцо? — спросил он, поднеся изъятый перстень к самому носу Гнуса.

— Вам-то до него какое дело? — изумился Гнус. — У Хлыща купил, а что? — насторожился он.

— Это не тот Хлыщ, что Слона по наводке Батона подставил? — поинтересовался Сергей, чувствуя, что сегодня его день.

— Все-то ты знаешь, начальник, развяжи, нормально по-бакланим!

— Сразу бы так, — проворчал Сергей, освобождая от ремней ноги Гнуса, но наручники оставил.

— Скажи, сколько ты хочешь, майор?

— Я с нетерпением жду ответа: что ты знаешь об этом кольце? — напомнил Сокольский, проигнорировав вопрос Гнуса.

— Хрен его знает, — пожал плечами Гнус. — Блин, ну, Хлыщ, падла, таки грязный «болт» мне втюхал! — с досадой выпалил он.

— Хлыщ поведал, откуда золотишко?

— Я не спрашивал…

— Ладно, при встрече он мне сам расскажет! — Сергей пристально посмотрел Гнусу в глаза и стал заполнять протокол объяснения. — Перейдем теперь к Смирновой, — строго произнес он, включив диктофон.

— Ну, майор, будь человеком, шо хошь вешай, только не ее!

— В зоне в авторитете хочешь быть? Это еще заслужить нужно!

— А нельзя как-нибудь вообще без срока обойтись? — хитро прищурился Гнус. — Может, договоримся, никто ведь нашего базара не слышал? Ты мне магнитофончик типа продай, ну, еще тот пакетик в придачу, а я тебе, в натуре, заплачу по-царски, не сомневайся!

— До чего же вы, насильники, гнусный контингент. Меня уже от тебя тошнит! — отрезал Сокольский.

— Послушай, майор, я все на себя возьму, что у вас там не раскрыто, только не клей мне изнасилование! — заканючил Гнус.

— Туфты мне не нужно, если у тебя есть еще грехи — пиши явку с повинной, на суде тебе это зачтется.

— А что в пакете, майор? Может, там наркоты в натуре хватит, чтобы сто семнадцатую перекрыть, так и дело с концом: клянусь, я в суде подтвержу, что это мой пакет! Как тебе такое предложение? С бабой-то еще хрен его знает, как оно обернется! Сто свидетелей подтвердят, что она проститутка, какое ж тут изнасилование — знамо дело, сама дала! Кстати, начальник, ее заяву ты мне так и не показал, откуда я знаю, может, ты меня на понт берешь?

— А что бычки на ней тушили — так сто свидетелей подтвердят, что у нее врожденная склонность к садомазохизму: стало быть, она сама попросила ей ребра сломать и зубы выбить — так, Гнус?

— Ну, майор, тебе б адвокатом работать — рубишь тему на лету — радостно осклабился Гнус, но тут же потух под суровым взглядом Сокольского.

— Все, Гнус, надоел ты мне сегодня! До утра в камере подумай насчет явки с повинной, хорошо подумай, потому что если я чего сам накопаю, тогда не обессудь — разговор уже другой будет! — предупредил он.

— Ну, как знаешь, начальник, я ж как лучше предлагаю! А от бабок ты напрасно отказался — все равно ни хрена у тебя с этой девкой не выйдет, откажется она от заявы, и дело с концом! — проворчал Гнус.

— Не переживай, не откажется! — «успокоил» его Сергей, выводя из кабинета. Передав Гнуса в дежурную часть, он подвел итог дня. Оперативная комбинация прошла как по маслу, но пройдет три дня, и Гнуса придется выпускать. В пакете — обычный крахмал, заявления Смирновой нет, кольцо таксиста к Гнусу, похоже, никакого отношения не имеет, вот и получается, что информации море, а зацепиться не за что. «Нужно все же дожать Гнуса и познакомиться с его подельником — Севой Угрюмовым по кличке Утюг. Наверняка тот уже знает о задержании Гнуса, и если не дурак, то лег на дно — ищи его теперь свищи!» — подумал Сергей и вдруг почувствовал какую-то неясную тревогу. Он позвонил домой и предупредил Машу, что, возможно, задержится до утра. Маша ужасно расстроилась (сегодня приготовила великолепный ужин и с нетерпением ждала его возвращения), но делать нечего, такая, видно, судьба у всех милицейских жен. Сергей как мог успокоил ее и, проверив пистолет, поехал в «неотложку». Сыщицкое чутье подсказывало ему, что Утюг сегодня там появится, если уже не появился…

Не решившись остановиться в гостинице, Резак временно поселился у старого кореша по зоне Юрки Дымаря по кличке Студент — единственного из его знакомых, кому он мог доверять. Дымарь сел за торговлю марихуаной в институтском туалете и к жизни среди воров и бандитов был совсем не готов. Блатные жестоко измывались над тщедушным очкариком, успевшим окончить три курса истфака, пока Николай не взял земляка под свою защиту. Зэки бывшего спецназовца уважали, и пользовавшегося его поддержкой Студента до конца срока никто не посмел пальцем тронуть. С тех пор он считал себя обязанным Резаку по гроб жизни.

Как ни доверял Николай Студенту, посвящать его в свои дела он не стал, обмолвившись лишь, что скрывается от ментов. Студент, придерживаясь принципа: меньше знаешь — крепче спишь, ни о чем Резака и не расспрашивал. Николай же ожидал звонка Лешего. В терпеливом ожидании он прожил у Студента без малого полторы недели, пока Леший, наконец, позвонил. Вор был немногословен: сообщив Резаку, что ему нужно быть завтра в двенадцать дня возле станции метро «Научная», он сразу отключился. Резак прибыл без опоздания. Ровно в двенадцать ноль-ноль к нему подошел широкоплечий парень в короткой кожаной куртке и, не представившись, сказал следовать за ним к припаркованному у обочины огромному джипу «Крайслер». В джипе его ждал Леший и с ним еще два неизвестных Николаю бандита.