Чтение онлайн

Я медленно повернул голову.

— И?

— И если вы позволите им занять их под вашим словом… — он сделал паузу. — В укреплениях им будет споконее. И им сейчас спокойствие нужно более всего. А у вас в замке появится новая сила.

Тон его был ровным.

Я посмотрел на стены Балдгара. Я слишком привык, что у меня всегда за спиной самая большая толпа.

Скоро внутри окажется довольно много интересантов — люди Вирака, Роннеля и Маделара. Уже делят, уже меряются, уже присматриваются. А ещё Адреан так и не пришёл меня навестить.

Зартан, ископаемая многоножка из зада демона, смотрит со стороны. Он не знает, что связывает меня с этими людьми. Паутину обязательств, родственных связей и, в случае с Адреаном, даже дружбы. Вот только со стороны чаще всего лучше видно.

Ещё одна сила. Не их. Моя. Да, лишней не будет. Ух, Сперат, пока ты прёшь демона, я совершаю ошибки. Надо было взять с собой Стражу Караэна.

— А если зеленые предадут? — спросил я, больше чтобы оценить расклад.

— Тогда они окажутся внутри замка, — спокойно ответил Зартан. — Окружённые вашими союзниками. Без кораблей. Без выхода. Это будет ошибка с очень короткими последствиями.

Я кивнул.

— Как ты им предложишь пойти в ловушку?

— Я скажу им, что в жизни бывают моменты, когда человеку дают не золото, а возможность стать частью истории. И что упустить такой момент — почти грех.

Я усмехнулся.

— Ты судишь людей по себе, Зартан. Они хотят выжить, разбогатеть, вернуться на свой берег, жениться на молодой красавице и жить уважаемым человеком.

Зартан почтительно поклонился.

— Вы мудры и проницательны, мой герцог.

Я снова посмотрел на башни.

Если зелёные займут их — внутри Балдгара появится гарнизон, который не принадлежит ни одному из Великих Домов Караэна. Так ли много это значит, если кастеляном замка будет Маделар? Это усилит их, а эти торговцы зерном и без того слишком сильны. Слишком сильны, но недостаточно лояльны. Им следовало приложить больше усилий в этой кампании.

— Пусть идут, — сказал я. — Под моим словом. И с моим знаменем при них.

— Разумеется, — кивнул Зартан. И принял из руки моего оруженосца копье с малым флажком. Стяг ему конечно же никто не дал.

Я тронул коня. В этом мире полно историй о том, как замок берут внезапным приступом, огнём или штурмовыми башнями. Штук десять хранила память Магна. Ещё столько же — историй успешных захватов, где всё вертится вокруг загадочной магии. Вот только это — на огромные пространства всего Регентства, Королевства и Железной Империи. Причём за триста лет.

Я хмыкнул, вспомнив хорошую шутку, которую не поймёт никто в этом мире.

Вот только замки то и дело переходят из рук в руки. Чаще всего — после неожиданных и странных смертей их сеньоров. Например, родственники со стороны жены вдруг оказываются хозяевами внутри стен. Сразу после того как прежний хозяин гибнет на охоте. И что поделать? Реже замки покупают — потому что продают замки ещё реже, чем осаждают. Но осады бывают удачными совсем уж редко.

Технически, я взял Балдгар скорее после осады. Забавно.

Мы въехали в открытые ворота Балдгара, и я впервые увидел замок не как угрозу издалека, а как вещь, сделанную руками людей, которые очень хорошо понимали разницу между забором от коров и овец, чтобы те не потоптали грядки, и людьми, которые лезут к тебе домой целенаправленно. Причём особой породы людей — с злобными рожами, острыми железяками и алчным упорством.

Снаружи ворота не были особенно примечательны: тяжёлая створка, обитая железными полосами, большие заклёпки, петли толщиной с моё запястье. Примерно то же можно было увидеть и в Караэне. Там городские ворота даже были заметно больше. Действительно большие отличия начинались дальше.

Сначала решётка. Железная, чёрная, с цельноковаными зубьями вниз, как гребень у хищной рыбы. Её подняли, но не до конца. Как нарочно, оставили на ладонь ниже моего шлема — пришлось пригибаться, чтобы проехать. Я загривком чувствовал, что надо мной висит немалый вес. Даже Коровиэль, который обычно презирает такие вещи, фыркнул и повёл ушами.

За решёткой шёл коридор смерти.

Он был длиннее, чем я ожидал. Не проход, а кишка. Камень с обеих сторон гладкий, вытертый, местами отполированный, как столы в таверне. На уровне груди человека стены почти не давали зацепиться рукой. Удобно, если кто-то начнёт биться в панике, пытаясь развернуться. Не за что цепляться. Скользишь, как мясо по разделочному столу.

Сверху над нами шёл потолок из тёмных балок и камня, и в нём я увидел круглые отверстия. Небольшие. Аккуратные. Убийственные. В Караэне про такие любят рассказывать, потому что сам Караэн привык больше к политике, чем к настоящим осадам: «дыры для кипятка», «дыры для раскаленного масла», «дыры для кипящего говна». Слишком замысловато, обычно оттуда просто швыряли камни.

По бокам, выше головы, через равные промежутки шли бойницы. Узкие, вертикальные, с расширением внутрь, чтобы стрелок мог вести оружие по дуге. Их было много. Слишком много. Так много, что коридор можно было просто залить перекрёстным огнём из луков и арбалетов.

И это был только первый отсек.

В конце коридора стояли вторые ворота. Не такие, как наружные: те были громким заявлением, эти мрачной угрозой. Ещё одна решётка, ещё одна створка, ещё один замок. И если первая решётка захлопывалась за спиной, а вторая опускалась перед лицом, человек оказывался в мешке. Стены слева и справа. Потолок с темными и подозрительными отверстиями сверху.

Я невольно отметил: даже если ворота захвачены, их ещё можно отбить. Заткнуть этот коридор, наделать из прорвавшихся трупов и снова вернуть ворота. Балдгар строили хорошо. Он уже был лучше чем Горящий Пик с кго коротеньким превратном коридором в десяток шагов.

Мы выехали из коридора в пространство между стенами, и тут стало понятно, что весь замок сделан слоями, как хорошая броня.

Сначала наружная стена. Она ниже, чем внутренняя, но это не значит «слабее». Это значит «первая». Её задача — задержать, сломать порядок, заставить поверить в успех, чтобы затем забрать этот успех обратно. По ней шла боевая галерея: узкая дорожка для людей, которые должны бегать и стрелять, а не любоваться видом. Там же были башни, но не такие, как любят рисовать на гербах. Низкие, толстостенные.

Башни наружной стены здесь были открыты сзади.

Не «без крыши», а именно без задней стены, обращённой внутрь замка. Снаружи они выглядели грозно: выступали вперёд, давали фланговый огонь вдоль стены. Но если враг захватывал наружную стену и пробирался в башню, он не получал убежища. Он получал ловушку, открытую внутрь, простреливаемую со всех высот. В такой башней нельзя закрепиться. Её нельзя превратить в маленький замок внутри замка. В неё можно только забежать и умереть.

Дальше, за наружной стеной, шёл промежуток. Не двор, а пространство, где враг должен оказаться лишним. В Караэне мы бы назвали это «межстенье», но по сути это был ров без воды — каменный, сухой, неудобный, с насыпями и уступами, чтобы люди ломали ноги и строй.