Чтение онлайн

А вот Адреан…

Он не понимает.

Что ж, надо дать ему время наедине с врагом. Пусть и мёртвым. И ему придётся понять, что это ничего не изменило. И что ему придётся терпеть боль потери и дальше. Всю оставшуюся жизнь.

Кто-то подхватил тело Аста за руку и ногу, и его выволокли, как тушу животного. Кант и его люди остались.

Они принесли кое-что. Оружие. Доспехи. И небольшой сундучок.

Я успел заметить, как Велинар бросил злобный взгляд на Эмму, пока преклонял колено рядом с ней. Кстати, чего это они вдруг? Трон и зал, что ли, на них так действуют.

Тем не менее, раз он злится, значит это она сама решила обогнать его на последнем рывке и принести мне хорошую весть.

Я с интересом посмотрел на Эмму. Амбициозная и красивая. Опасное сочетание. Надо будет отослать её в надел мужа и держать там, пока не родит десятерых. Это её должно немного угомонить.

— Мой герцог, кажется, это часть трона. Разрешите? — раздался рядом тихий голос.

Я недоумённо посмотрел в ту сторону.

Зартан.

Мысли в голове тянулись медленно и с трудом. Думать приходилось с усилием, будто толкая тяжёлые камни. Я устал. Давно забытое чувство.

Я попытался пропустить сквозь себя свой любимый магический энергетик и без удивления не почувствовал особых перемен. Раненое тело плохо восстанавливает манну. И ещё хуже её фокусирует. Я пробовал взбодрить себя и до операции, и после — получалось почти никак.

Исцеление работало куда лучше.

Зартан не стал дожидаться моего кивка и отправился к предметам, которые добыл для меня Кант со дна озера.

Я отметил меч, светящийся ровным синим светом в моём магическом зрении, и указал на него. Его дали мне в руки.

Остальное — в том числе доспехи — хозяйственно прибрали слуги моей свиты под надзором дядьки Гирена. По сути, мне было нужно просто периодически кивать, а всё остальное будет сделано за меня. Возможно, если я потеряю сознание, это никак не повлияет на происходящее. Люди вокруг в нужных местах громко орали одобряющие возгласы. Кант вежливо делился со мной добычей и рассказывал детали схватки. Несмотря на то, что ритуализировать это ещё не успели, в принципе все знали, что делать.

Похоже на то, как член семьи показывает подарки родным с первой зарплаты. Да, немного стеснительно. Всё же в первый раз. Но всё же свои люди. И Канта просто-таки распирало от гордости.

Мне оставалось его искренне похвалить после того, как он красивым жестом распахнул крышку сундука, явив плотные столбики вкусно поблёскивающих серебряных монет.

Уложены плотно. Тысяч пять, навскидку. Теперь следовало отдать ему половину… Хотя нет. Жирновато будет. Дам ему тысячу сольдо, и хватит. И, возможно, пусть заберёт шлем Аста. Не хочу его видеть на одном из своих.

Моё внимание привлекло сияние магии в перьях бронзового ворона. Второго, которого приладил Зартан на подлокотник трона. Зартан всё это время выразительно посматривал на меня. А я не замечал. Так. Пора сворачиваться. Мне определённо нехорошо. Зартан намекал на очевидное: зачем снимать с подлокотника трона украшение и вести его с собой? Учитывая, что Аст бросил жену и детей, списать это на сентиментальность трудно.

Я присмотрелся внимательнее и обнаружил, что узор перьев складывается в несколько букв. Складывался бы, если бы не вот эта часть. Я коснулся пера, которое было не на месте. И оно ожидаемо подалось под моими пальцами. Буквы сошлись.

Магическая энергия всполохом пробежала по фигуре птицы. Ворон раскрыл бронзовые крылья и гнусным голосом каркнул:

— Ложь!

Все застыли. Ворон крикнул это как раз в тот момент, когда Велинар говорил о том, что ещё на шлюпе Аста было золото и несколько сотен дукатов, но их трудно собрать со дна озера.

Я вздрогнул от неожиданности. Это подействовало хуже, чем мой магический энергетик, но сонливая усталость отступила. Ах да… Зартан говорил что-то о том, что Инобалы умеют распознавать ложь. В отличие от Кинжала Истины, впрочем, похоже, они сами решали, что из сказанного им ложь.

— Простите, мой герцог. Мы нашли сундук с дукатами, — выпалила Эмма. — Но сеньор Велинар уговорил всех поделить его между собой. Я была против с самого начала!

Зря, Эмма. Очень зря.

Ты привыкла к снисхождению, хоть всегда его отрицала. Даже одетая в сталь и владея огнём ты осталась женщиной и в момент опасности попыталась спрятаться за своими юбками. А стоило тебе промолчать. Думаю, все присутствующие что-то да украли за эти дни, лишь символическую часть поделив с Итвисом. Но это приемлемо, пока они сражаются и умирают за меня.

Или, как минимум, побеждают.

А сейчас одна дура ляпнула то, что подозревали все, и теперь это стало не поводом для шуток вполголоса, а громогласным обвинением. И что мне теперь делать?

Казнить единственного, кто действительно отличился, за воровство?

Глава 17

Отгул

— Я помню, сеньор Кант, как ты рассказывал мне о том, что сейчас есть способы для Караэна стать сильнее и занять важное место среди торговых путей моря. И как мне кажется, тогда тебе нужны были для этого деньги. И я велел тебе найти их самому.

От неожиданного вопля бронзового ворона в голове слегка прояснилось. Я лихорадочно подыскивал способ вытащить Велинара Канта из весьма опасной ситуации — да и себя вместе с ним, — буквально подсказывая ему правильные ответы. Как учительница школьнику.

Меньше всего мне нужны внезапные нудные выяснения, кто сколько украл и почему не поделился.

Кант оказался достаточно умен, чтобы понять, в какую неприятную дыру он провалился на ровном месте, но ему не хватало опыта ответа у доски, чтобы просто повторить сказанное мной. Он лихорадочно стрельнул глазами по сторонам, то ли ища путь к бегству, то ли в поисках подсказок. Наконец он прокашлялся и сказал:

— Мой герцог, я…

Он поднял на меня взгляд.

— Я просто не успел ещё рассказать все трофеи, взятые нами.

Я тяжело вздохнул. Сомнительная отмазка. Придется его всё же демонстративно наказать. Не так чтобы сильно — чтобы инициатива не была наказуема. Выставлю это так, будто это награда. И ушлю его подальше, чтобы он не мозолил тут всем глаза, напоминая, что меня можно обворовывать втихую.

— И теперь, когда у вас есть средства, сеньор Велинар, я ожидаю, что вы немедленно отправитесь в Селларе, чтобы исполнить данное слово, — подсказал я ему.

В этот раз он думал меньше и с облегчением согласился.

— Да, мой герцог. Поверьте, вы не ошиблись, доверившись мне. Каждый дукат будет вложен в дерево и сталь. Я сделаю вас герцогом моря!

Он вскинулся. Красивые слова.

— Ложь! — зазвенела крыльями проклятая птица.

В зале кто-то резко втянул воздух. Несколько человек почти одновременно повернули головы к Канту. Даже те, кто ещё минуту назад ухмылялся, вдруг стали серьёзными. Слишком многие уже знали, чем заканчиваются такие сцены.