Чтение онлайн

Губернатор Марлен Дубовый Лист поднялся на ступени. Его плащ из тяжелого бордового сукна шелестел при каждом движении, а в руках он держал старинный свиток — не столько документ, сколько реквизит, символ традиции. Толпа притихла. Даже воробьи, суетливо прыгавшие по крышам, замерли в ожидании.

Марлен с театральным шуршанием развернул свиток, прокашлялся и начал:

— Дети Тихой Лощины! В этот день, когда земля отдает нам плоды своего труда, мы вспоминаем Семь Героев — тех, кто когда-то отстоял наш край. Их имена стерлись временем, но дух их жив в каждом колосе, в каждом доме, в каждом сердце. Сегодня, как и века назад, мы избираем семерых — не воинов, но хранителей памяти. Тех, кому суждено вновь не дать злу найти путь к нашему двору. Пусть их смех, их игры, их маскарад напомнят нам: свет побеждает тьму не мечом, а верой!

Голос губернатора звучал ровно, но в глазах мерцала искорка — то ли от солнца, то ли от тайного удовольствия. Он знал: для большинства это просто повод выпить меда и потанцевать. Но для кого-то — как для Святозара — слова все еще имели вес.

* * *

А не об этом ли мне вчера с пеной у рта вещал белобрысый здоровяк?

Может он сегодня как раз здесь набегается и все-таки от меня отстанет? Хотя даже без него я прекрасно понимал необходимость покинуть гостеприимную деревню и двигаться дальше. Делать мне в Тихой Лощине было определенно нечего.

Тем временем Марлен объявил набор семи героев для славных подвигов, и первым вперед ожидаемо выскочил Святозар. Он расстался со своим мечом и кожаной броней, оставшись в простой рубахе, но даже так смотрелся крайне внушительно. Следом робко вышел Нохамар. За ним — Гоиль. Выпрыгнул, гремя мешочками, Карл. К ним присоединился незнакомый мне мужчина и даже одна женщина. Всего шесть человек. Седьмого явно не хватало.

Слово опять взял Марлен:

— Где же, где же славный герой? Кто спасет наш мир от зла? Кто не испугается и возьмет на себя смелость сразиться с демонами? — он шарил глазами по толпе, пока не встретился взглядом со мной. Его лицо исказила хитрая ухмылка. — Как же хорошо, что среди нас есть тот, кто уже показал свою доблесть! Тот, кто не побоялся нырнуть в неизведанное ради чужих для него людей! Настоящий защитник! Храбрец! И просто обворожительный молодой человек. Ден! Просим!

— Про-сим! Про-сим! Про-сим! — хором взялись скандировать жители, выталкивая меня наружу, как последний плевочек зубной пасты из тюбика.

Заговор! Они заранее все подстроили! Сговорились! Ну Автор, ну графоман проклятый! Чтоб тебя редактор заставлял каждую главу переписывать. Дважды!

Стоило мне оказаться возле помоста, как по лбу мне тут же чиркули измазанным сажей пальцем, а на шею повесили небольшой оберег, сплетенный из колосков пшеницы и синих васильков. Та же участь постигла и остальных «героев».

— Только посмотрите! — возликовал Марлен. — На них появились метки! Они избраны! Давайте же снарядим их на борьбу со злом!

По команде губернатора к нам подскочили жители и нахлобучили на головы шлемы, переделанные из ведер и глиняных горшков, а также выдали оружие: деревянные мечи, черенки от швабр и ножки от табуреток. Уверен, актеры погорелого театра выглядели бы лучше. Но деревенские искренне радовались и смеялись, так что их настроение понемногу передавалось и мне.

— Вперед, славные герои! — распорядился Марлен, махнув рукой в сторону поля. — Силы зла на подходе! Не дайте им добраться до деревни! Спасите нас!

— В бой, мои верные соратники! — подхватил Святозар, первым ринувшись в указанном направлении. — За Эларион! За Иллириум! Смерть демонам!

— Ура-а-а! — завопил Карл, рванув за воином. Горшок на голове оказался ему велик и постоянно сползал на глаза, но белколюда это ни капли не смущало. — За все хорошее против всего плохого! Даешь семь пятниц на неделе и шесть из них праздничных! Бесплатные орехи! Вечера историй! Счастье всем и каждому, и пусть никто не уйдет обиженным!

— Я победю всех демонов и стану новым лидером деревни! — орал Нохамар, размахивая деревянным мечом. — Вот увидите!

Делать нечего — я побежал вместе со всеми. Но и деревенские не отставали, преследуя нас по пятам. Дети гремели трещотками и свистели в берестяные свистульки, кто-то на ходу играл на лютне, кто-то дудел в дудку. Нашлись даже те, кому выпало стать на этом празднике бардами, и они громогласно выкрикивали сочиненные экспромтом эпические строфы. Правда проклятия Марфы им не хватало, а потому рифма хромала на обе ноги, а то и вовсе отсутствовала.

Но это никого не смущало. Веселье текло рекой.

Выскочив на поле, мы обнаружили на нем множество соломенных чучел, которых там не было еще накануне. Они определенно символизировали демонов.

Ночью, что ли, расставили? Вот это подготовка!

Первое, обогнав даже Святозара, сшиб и принялся кромсать Нохамар, но уже второе пронзил «копьем» и сам здоровяк.

— О, Святозар, гроза нечисти!

Твой шлем — как солнце в вышине!

Ты бьешь чучело — и в этом честь,

И слава ждет тебя в войне! — ни в склад, ни в лад продекламировал бард.

— Я чувствую их злобу! — подыграл воин. — Они шепчут. Они зовут. Но я не поддамся! В этой войне победа будет за силами добра и света!

— Ты бы еще с ветром сражался. — вздохнул я, шинкуя своего врага. — Смотри, у этого «демона» лицо довольное.

Ему и правда, кто-то подрисовал улыбку, но и это Святозара не смутило — он продолжал сеять «смерть» среди врагов. А рядом бард старательно отыгрывал свою роль:

— И Ден, мудрейший из героев,

Увидел шутку в злой игре…

Но все ж чучело повержено!

Слава вам, в вечерней заре!

Кажется, после бесед с Марфой даже я бы смог лучше. Но люди искренне веселились, и я решил не портить им праздник кислой миной. А вместо этого всей душой отдался процессу. Тем более, что, одолев «армию», мы вышли к целому валу соломы, на вершине которого стола самая настоящая соломенная крепость! Ее-то и стали штурмовать все без разбора — и герои, и обычные жители.

Крепость оказалась не так-то проста, и подступы к ней изобиловали ловушками. Одних осаждающих отбрасывало пружинными механизмами в сторону, другие проваливались в устланные пухом ямы, кого-то сбивали с ног замаскированные подушки. Особенно веселились дети, которые визжали от восторга и, забыв о главной цели, специально выискивали препятствия. Там же мелькал и пушистый беличий хвост.

Я же ни на секунду не усомнился, кто стал автором этого аттракциона, но получить в лицо бревном, пусть даже и мягким, мне не хотелось. А потому я нацепил очки Истинного Зрения и с легкостью обошел все ловушки. Тем более, что их особо и не маскировали. И таким образом я сам не заметил, как первым добрался до крепости и очутился на ее вершине с поднятым над головой оружием. Лицо же мое от уха до уха прочертила задорная улыбка.