Чтение онлайн

Только подобным познается подобное.

§ 3. Композиционная форма как художественный диалог

Проведенный в главе 1 сравнительный обзор становления композиционных категорий, показал относительность законов композиции, их зависимость от мировоззрения и вкусов, господствующих в отдельные исторические периоды. Стало очевидно, что композиционные построения зависят от художественной модели мира принятой обществом. При этом одни каноны сменяют другие, и постоянно «бесследно исчезают» целые эстетические направления с их, казалось бы, устоявшимися «абсолютными истинами».

Историческое влияние на композицию следует рассматривать как внешнее воздействие, а изменяющиеся вследствие этого композиционные законы как внешние законы. Внешние законы следует отличать от неподвластных социальным предпочтениям «внутренних» (имманентных) композиционных закономерностей, связанных с глубинной психологической природой человека. Анализ имманентных законов будет темой данной главы.

Вначале рассмотрим известнейший феномен восприятия – зрительные иллюзии.

Рассмотрим рис. 2.1 и 2.2. Геометрически правильная малая окружность воспринимается искаженно на фоне расходящихся линий (рис. 2.1). Квадрат на фоне окружностей кажется искривленным (рис. 2.2).

Рис. 2.1

Рис. 2.2

Мы привыкли называть такие явления «иллюзиями», не принимая во внимание, что наше восприятие очень сложно и способно охватить весь объект целиком, воспринимая детали как части целого. Мы не складываем целое из элементов – мы видим его сразу. Поэтому неверно называть это иллюзиями. Перед нами не ошибки зрения, а уникальная способность увидеть элемент таким, каким он действительно является в контексте целого, увидеть его трансформацию в зависимости от тех или иных взаимосвязей[6]. Перед нами редкий случай зримого проявления тайны композиции.

Окружность на рис. 2.1 одновременно является окружностью и не является ею. Если вырвать этот элемент из контекста целого, то он, конечно, будет восприниматься окружностью, но если рассматривать его в контексте, то это окажется совершенно иная фигура, которой в геометрии нет названия. На первом рисунке мы одновременно видим окружность и «не-окружность», на втором – квадрат и «не-квадрат»! Парадоксально, но в зависимости от взаимосвязей с целым один и тот же элемент в одно и то же время для нашего восприятия является и не является самим собой.

Приведенные примеры – не что иное, как наиболее простые композиции, а их парадоксальные свойства – основные имманентные композиционные законы, которые, по существу, и определяют, с чем мы имеем дело, – с композицией или нет.

Итак, в композиционной системе композиционные элементы многолики, «многосущностны». Они изменчивы, динамичны, – достаточно измениться окружению, и они уже не те. Поэтому, выражаясь несколько метафорически, основное логическое правило здесь неприменимо: в композиции элемент «А» может одновременно и быть, и не быть элементом «В».

В композиционном контексте элементы имеют другое значение, чем вне его структуры.

Рассмотрим этот непростой и очень важный вопрос, без которого невозможно понять специфику композиционного мышления.

Анализ вопроса о том, что композиционные элементы зависят от контекста, начнем с наиболее распространенных определений композиции и понятия «композиционный элемент».

Предложенный в XV в Л. Б. Альберти термин «композиция», многократно уточнялся, но единого определения до сих пор не существует. Приведем наиболее распространенные из них.

Итак, композиция – это:

– сопоставление[7] форм, при которых они связываются в новое целое высшего порядка (Ф. Шмит);

– форма столкновения[8] различных художественных традиций, диалектика «универсального» и «актуального», форма художественной полемики (С. Даниэль);

– пространственно-временной узел (В. Фаворский)[9];

– главная форма произведения, целостная форма отдельного произведения, выявление и построение смысловых связей, толкование сюжета (Н. Волков)[10];

– форма изображения, способ взаимоотношения и взаимодействия изобразительных средств, применяемых в данном произведении (П. Флоренский);

– соотношение отдельных частей (компонентов) произведения, образующих единое целое (Большая советская энциклопедия – БСЭ);

– творческая организация картины, по существу, отличная от понятия «компоновка» (Н. Крымов).

Как видим, оттенков и противоречий между определениями множество, и все же можно выделить нечто наиболее существенное. Композиция – это всегда:

– структура отношений между художественными элементами;

– пространственно-временной узел;

– форма столкновения различных художественных традиций;

– диалектика «универсального» и «актуального»;

– форма художественной полемики, образующая новое целое высшего порядка, в котором составляющие элементы меняют свою сущность в зависимости от контекста [1].

В любой структуре отношений между элементами значительно больше, чем самих элементов: так, если, к примеру, взять всего 6 элементов, то отношений будет (6 x 6 – 6) : 2 = 15, у 10 элементов – 45, а у тысячи – около полмиллиона!

Известно, что композиционные взаимосвязи образовывают «маршруты смыслового восприятия», которые, в конечном счете, определяют содержание произведения. Поэтому простого перечисления отношений между элементами для понимания всего многообразия семантических нюансов явно недостаточно. Поясним сказанное на примере.

Представим себе очень упрощенную «композиционную» структуру в форме восьмиконечной звезды (рис. 2.3).

Рис. 2.3

Попытаемся рассматривать эту «композицию». Вершины примем за элементы, а грани – за отношения между ними. Для 8 вершин (элементов) отношений (граней) будет относительно немного – 28. Если принять за вершины все пересечения граней (33), то отношений будет 528. Для такого простого изображения это немало. Если мы попытаемся охватить взглядом всю звезду в целом, пройдя последовательно от одной из восьми основных вершин к другим всеми возможными маршрутами, то их число окажется очень большим – 5! (факториал пяти), т.е. (1x2x3x4x5x6x7x8) = 40 320. А для всех 33 вершин нашей простенькой фигуры оно будет астрономическим: 33! = 8683317618812000000000000000000000000 = 8683317618812x1024

В любом произведении искусства компонентов неизмеримо больше, их сотни и тысячи. Поэтому анализ будет невообразимо сложен, ведь даже для одной сотни элементов получается фантастическое число смысловых маршрутов: 93326215x10150!

Совершенно невозможно представить истинную сложность построения и восприятия композиционной структуры, в которой не только элементы и взаимоотношения между ними, но и «маршруты» зрительного перехода от одного компонента к другому имеют смысловое значение. Невозможно, да и вряд ли нужно с математической точностью оперировать таким количеством смысловых объектов. Едва ли художественное восприятие проходит по пути простого перебора «маршрутов восприятия», ведь для их последовательного перебора не хватит не только человеческой жизни, но и возраста Вселенной. Видимо, поэтому, в теории композиции преобладают не математические, а описательные методы, а художественно-композиционное мышление, несмотря на редкие попытки формализовать проблему, в основном опирается на интуицию.