Чтение онлайн

— Отдаю долг магистру Аллогарту, — царь Тритонтиды открыл сундук.

В нём лежал небольшой ларец и свёрнутое трубкой письмо.

— Раньше было два ларца, — задумчиво произнёс Ильдрим.

— Как говорилось в прошлом письме, артефакт последний, — сказал Гельгарот, беря ларец.

Герцог открыл его. Взорам героев предстал перстень с красным камнем, на котором изображался золотой герб Вемфалии — дракон, держащий в лапах щит и меч.

— Как я и думал, перстень наследного принца, — произнёс Гельгарот. — Все королевские регалии собраны. Осталось найти их владельца. Быть может, здесь мы найдём ответ.

Закрыв ларец и протянув его Ильдриму, Гельгарот взял письмо.

— «Я рад, что у вас всё получилось. А теперь возвращайтесь невидимой дорогой туда, где нашли первое письмо».

— Кентаврида, — заявил Ильдрим. — Первое письмо мы нашли там.

— Это понятно, — проговорил герцог. — Но что за невидимая дорога?

— Скорее всего, это курс корабля, — предположил тритонтийский царь. — Это своего рода дорога, но она не видна со стороны.

— Понятно, — Гельгарот вздохнул. — Значим, идём в Кентавриду. Вернее, плывём.

— Уверен, адмирал Гитон с радостью доставит вас туда на своём «Кархародоне» — заявил Нейдон.

Держа руках ларец с перстнем, Ильдрим наконец убрал его в торбу.

— Если всё решили, давайте выбираться из этого места, — подала голос Лугнуада.

— Согласен с остроухой, — поддержал её Берослав. — Не нравится мне тут. Сыростью пахнет.

— Верно, — кивнул Гельгарот. — Не будем терять времени.

И он первым направился к спиральной лестнице.

1Бак — надстройка в передней части палубы

2Бушприт — наклонная носовая мачта, выступающая впереди корабля

3Фок, грот и бизань — нижние паруса не первой, второй и третьей мачте трёхмачтового корабля соответственно

4Форштевень — деревянная балка на носу корабля

5Ют — надстройка на корме корабля

6Тридакна — гигантский двустворчатый морской моллюск

Клехторду II казалось, что вновь переживает одни те же события. Так похоже было его возвращение в столицу на то, что произошло перед смертью отца. Грант-Вельмбург вновь встретил его ночной тишиной и пустыми улицами, тонущими во мраке. Но рядом ехал не Балтар с чернеющей повязкой на левой глазнице, а магистр Аллогарт в развевающейся мантии.

— Хотите, я всё расскажу королеве, — предложил главный маг, когда они оба подъехали к мраморному крыльцу.

— Нет, — король покачал головой, — Это будет трудно, но я должен сделать это сам.

Клехторд и Аллогарт спешились. Слуги тут же взяли коней за поводья и увели на задний двор. Поднявшись по ступеням, король решительно направился в покои жены. За ним едва поспевал главный маг. Коридоры дворца словно молнии проносились перед глазами Клехторда II. Он, кивая на поклоны слуг, поднялся на третий этаж и остановился, увидев перед закрытыми дверям стоящего Балтара с согнутой в локте правой рукой, готовой в любой момент схватиться за меч.

— В чём дело? — спросил король.

— Её величество рожает, — ответил главный полководец и отошёл в сторону, пропуская короля внутрь.

Едва Клехторд распахнул тяжёлые дубовые двери, как покои королевы оглушил плач младенца. Король замер, смотря на ребёнка в руках у главной повитухи.

— Ты прибыл как раз во время, — улыбнулась Лариония, лежащая в кровати. — У нас родился мальчик.

Посмотрев на радостное лицо супруги, король внутренне содрогнулся, понимая, что вынужден перечеркнуть этот восторг. Он подошёл к повитухе, та понимающе кивнула и вручила ему сына. Едва сдерживая слёзы, Клехторд IIпокачал младенца, и тот успокоился.

— Поздравляем вас, ваше величество, — проговорили повитухи.

— Лариония, прости меня, — начал король.

— Не надо извинений, — отмахнулась королева, по своему поняв супруга. — Ты же приехал живым и здоровым. У нашего сына будет самый лучший отец.

— Нет, — Клехторд покачал головой. — Всё не так.

Качая сына, он виновато посмотрел на супругу.

— О чём ты? — удивилась Лариония.

— Я был у кармунезийской пифии, — продолжил король. — И она сказала…

Он запнулся, прижав к груди младенца.

— Наш ребёнок? — королева по движениям супруга догадалась, о чём тот собирается сообщить. — Что будет с нашим ребёнком?

— Он должен вырасти вне семьи, — наконец выдал король.

— Нет! — Лариония резко села, сбросил одеяло. — Верни его мне! Я никуда его не отдам!

Клехторд испуганно подошёл к кровати и протянул сына супруге. Та прижала его к груди, решительно посмотрев в глаза королю.

— Не отдам! — повторила Лариония.

Как и боялся король, радость в её голубых глазах сменилась на гнев.

— Как ты его назовёшь? — Клехторд попытался потушить злость супруги.

Лариония посмотрела на сына, затем перевела взгляд на короля и вдохнула, чтобы ответить.

Галеон «Кархародон» разрезал морские волны, двигаясь на восток. Очертания Тритонтийского архипелага давно пропали из виду, а материк Ларгона ещё не показалась. Вокруг снова простиралась безбрежная водная гладь. Ильдрим, стоящий на баке, обернулся и обвёл взглядом палубу. На юте Гельгарот беседовал с адмиралом Гитоном. Лугнуада присела на перевёрнутую бочку и пересчитывала стрелы. Играющий с матросами в кости Берослав сотрясал воздух ругательствами после очередного проигрыша. Облокотившись о фальшборт, Натанур задумчиво разглядывал волны.

— Впереди корабль! — крикнул вперёдсмотрящий.

Гитон посмотрел в подзорную трубу.

— Кентаврийская трирема, — сообщил он Гельгароту. — Может быть связано с вами?

— Возможно, — герцог пожал плечами. — Сблизимся, тогда узнаем.

Кивнув, адмирал направил трезубец к поверхности моря и сжал его. После зелёно-голубой вспышки в толще воды, волны сами собой принялись подталкивать галеон. Сначала зоркая Лугнуада, а затем и все остальные рассмотрели идущий навстречу корабль с торчащими из бортов вёслами. Стоящий на носу кентавр плавно двигал сжатыми в руках небольшими белыми флагами.

— Они просят, чтобы мы приблизились, — Гитон объяснил пассажирам знаки.

Сильнее сжав трезубец, адмирал ускорил движение «Кархародона».

— Это же «Нимфа», — Гельгарот узнал трирему, на которой он с Ильдримом перебрался из Софиополя в эльфийский Гвиндинас. — Не верю я в такие случайности.

Ильдрим тоже вспомнил этот корабль и его капитана — Яргоса. Тот появился на носу триремы и приветливо помахал рукой. Ответив ему тем же жестом, Гитон указал на трезубец. Яргос понимающе кивнул и дал приказ матросам убрать вёсла внутрь. Гитон взялся за трезубец обеими руками, по древку пробежали голубые искры. «Кархародон» плавно повернул перед самым носом «Нимфы», и оба корабля остановились, обратившись друг к другу левыми бортами. Тритонтийские матросы перекинули с галеона на трирему подвесной мост. Подошедший вслед за капитаном Яргосом вемфальский гонец ловко перешёл на борт «Кархародона».