Чтение онлайн

— Приветствую подданных Осиристана, — тритон с высоким гребнем взошёл на борт галеры и, заметив отряд Гельгарота, добавил. — А также подданных Вемфалии, Эльфентира и Лесоземья. Я адмирал Гитон Колмалан, сын Вансента, капитан галеона «Кархародон».

— Колмалан? — Гельгарот вопросительно посмотрел на нового знакомого. — Вы случайно не родственник?

— Да, — кивнул Гитон. — Я племянник царя Нейдона.

Он снова осмотрел команду и пассажиров «Газели».

— Кто здесь капитан? — спросил адмирал.

— Себекрок пал в сражении с пиратами, — ответил Ратотис и, представившись, заявил: — Я беру на себя командование галерой.

— Рад знакомству, — Гитон почтительно кивнул. — Простите, что не успели раньше. Пираты устроили бой около острова Бергам. Я думаю, чтобы нас отвлечь.

— Хитрые собаки, — Берослав сжал зубы.

— Могу ли я узнать цель вашего плавания в тритонтийских водах? — адмирал посмотрел на Ратотиса.

— Я исполняю приказ фараона и доставляю вам отряд Гельгарота, герцога Своршильдского.

— Нам нужно видеть царя Нейдона Седьмого, — добавил герцог, показывая жемчужную пластину, добытую в Кармунезии.

— Я с удовольствием доставлю вас его величеству. — Гитон гостеприимно указал на свой корабль. — Уверен, вам удобнее будет продолжить плавание на «Кархародоне».

— Но фараон приказал мне доставить их на территорию Тритонтиды, — возразил Ратотис.

— И вы это сделали, — ответил на то Гитон. — Палубы всех кораблей царского флота считаются продолжением территории Тритонтийского царства.

— Раз так, то мне нечего сказать. — Ратотис развёл руками. — Разве что осмелюсь попросить у повелителей морей помощь в возвращении к родному берегу.

— Я направлю вам несколько своих матросов, — заверил Гитон. — Они помогут вам вернутся домой.

— Благодарю.

Осиристанский генерал и тритонтийский адмирал пожали друг другу руки. А Гельгарот и его спутники перешли на борт галеона.

Ветер ударил дюну и поднял в воздух тучи песка. Продолжая движение, буря словно вскапывала поверхность пустыни. Песчаное облако скатывалось к морскому берегу. В жёлтой массе появилась чёрная точка. Отчаянно взмахивая крыльями, ворон пытался уйти с пути стихии. Он свернул влево, пропуская бурю, и приземлился. Вокруг птицы заклубился дым. Кронвард принял человеческий облик. Достав плод беллового дерева, полувампир встряхнул его. На поверхности увеличившегося шара появилось лицо императора Цертанара.

— Я рад, что ты жив, — проговорил тот. — У тебя всё получается. Просто наши враги оказались не такими слабаками, как казалось изначальна. Сейчас лети к северо-западному побережью Кентавриды. Я уже и без Ордвилла понял, что после Тритонтиды они отправятся туда.

Кронвард кивнул и убрал сжавшийся плод беллового дерева. Снова вокруг него заклубился дым. Из серого облака с карканьем вылетел ворон и направился в сторону Золотого моря, отделяющего Осиристан от Кентавриды.

Показавшийся с правого борта акулий плавник отбросил мысли Ильдрима о неправильном названии Акульего моря. Галеон «Кархародон» входил в Лососевый пролив между островами Тенерфис и Ласканар. С обеих сторон на скалах возвышались маяки, сложенные из мрамора. Вокруг каждой башни обвивались скульптурные изображения щупалец осьминога, которые не могли не напомнить о недавнем сражении с кракеном. На звук конха Гитона смотрители маяков ответили сигналами, поданными с помощью зеркал. По мельканию отражения солнца адмирал понял, что им открыт проход во внутренне море Тритонтиды, окружённое архипелагом.

— Здесь вы в безопасности, — объявил Гитон пассажирам. — Ещё немного, и мы приплывём в Немарсид.

Тритонтийская столица, расположенная на юго-западном побережье острова Криталант, самого большого в архипелаге, уже показалась на горизонте. Пассажиры «Кархародона» ясно видели фонтаны, бьющие между башнями, превосходя их высотой. Перед носом галеона проплыла стая дельфинов. По левому борту из воды поднималась скала, на которой суетились крикливые чайки. Справа на поверхность выпрыгнули летучие рыбы, они описали в воздухе пологую дугу и скрылись в глубине.

— Красиво здесь, — вырвалось у Лугнуады.

Получив сигналы с маяков, служители открыли украшенные барельефами морских коньков ворота, ведущие в городскую гавань. Встав на бак, Гитон опустил к морю трезубец, принявшись управлять галеоном с помощью водной магии.

— Не пойму, — Гельгарот пожал плечами. — Если они так повелевают водой, то зачем им обычные корабли с обычными парусами и рулями?

— Просто они бережно относятся к традициям, — объяснил Ильдрим, с интересом разглядывающий тритонтийскую столицу.

— Правильно, традиции нужно беречь, — согласился Берослав. — Да и если вдруг вся их маги пропадёт, не оставаться же им беспомощными. Вот и не разучиваются в управлении обычными кораблями.

Подчиняясь трезубцу Гитона, «Кархародон» аккуратно встал у причала рядом с «Ридельмаром», тритонтийским флагманом, капитаном которого являлся сам царь Нейдон. Матросы спустились и быстро пришвартовали галеон. Вслед за Гитоном путешественники спустились по трапу и осмотрелись. Чаши видимых издалека фонтанов оказались сложенными из рифлёных раковин гигантских тридакн6. Вглубь острова шли широкие каналы, заменяющие Немарсиду улицы.

— Я проведу вас к царю Нейдону, — Гитон спустился к набережной одного из каналов и указал героям на гондолу. — Усаживайтесь поудобнее.

— Надеюсь, мы не будем опускаться под воду, — Лугнуада съёжилась.

— Тритоны способны жить как под водой, так и над ней, — объяснил адмирал, убирая трезубец в крепление за спиной. — Но мы всегда с уважением относились к сухопутным, потому часть нашей столице находится на суше. И тронный зал царского дворца для удобства приёма иностранных гостей полностью расположен в надводной части. Так что те из вас, кто не умеет плавать и боится воды, не должен испытать сильного волнения.

— Не бойся остроухая, не утонешь, — усмехнулся Берослав.

— Я и не боюсь, — огрызнулась Лугнуада. — За себя бы поволновался.

— А что я? — леший пожал плечами. — У нас, в Лесоземье, полно рек и озёр. Мы все прекрасно плаваем.

— И я уверен, что эльфы тоже дружат с водой, — Ильдрим вступился за Лугнуаду. — Они ведь живут на острове. А лунные эльфы так вообще бывалые моряки, уступающие в мореходном искусстве только тритонам и йотунам.

— Ладно, поверю тебе на слово, — кивнул Берослав, подозрительно скосившись на эльфийку.