Чтение онлайн

***

Еще толком до конца не проснувшись, я уже во всю воспринимала и обрабатывала информацию, которую только мог осознать спросонья мозг. На этот раз в себя я приходила спокойно, умерено, просто медленно избавляясь ото сна, причем уже подметила, что лежу на вполне себе удобной кровати, а откуда-то со стороны, похоже, из-за двери, до меня доносятся голоса. Потянувшись и вздрогнув от накатившего наслаждения, я перевернулась на бок, наконец-то продрав глаза.

Судя по всему, меня сбила машина. Вспомнив ощущения, вдруг накатившие вчера, стоило выбежать на дорогу, и сравнив их с теперешним состоянием тела, когда не болело вообще ничего, а было даже хорошо и уютно, я поморщилась. М-да... что-то тут совсем не вяжется. Я уставилась в противоположную стену, стараясь поправить неудобную одежду. Вариант с «вернулась обратно домой» не прокатывает с учетом того, что я вижу вокруг. Похоже на больничную палату, правда, без пикающих аппаратов и прочей медицинской техники. Просто четыре кровати, тумбочка, стул, стол, а еще куча шприцов, колбочек и ампул с лекарствами. Все та же проклятая одежда, в которой я сбежала из особняка... И запах... невыносимый просто.

Я зависла, вслушиваясь в речь знакомых голосов.

– ...проверял. Никого нет.

– Что, даже фрейлин его нет?

– Никого. Одни кости. Его точно прикокошил кто-то. Не удивлюсь, если эта девчонка.

– Я уверен, что она. Ты видел, как у неё волосы потемнели? Кажется, она баловалась со сменой рас, мы же её блондинкой нашли. Назер уже засек, что она склонна к сильной регенерации, а значит, явно из наших. Идиот, как ты не заметил, когда она выскочила на дорогу? На кой черт было так гнать?

– Откуда мне было знать?
– зашипел собеседник, и тут же я точно въехала, что речь идет именно обо мне.
– Думаешь, меня вина не грызет, что я девчонку сбил?

Достали они со своей "девчонкой". Как будто я какое-то надоедливое существо неопределенного возраста, которое бегает за гаражи и хамит всем подряд. Высунув из-под одеяла руку, я повертела перед глазами прядь волос. Здрасте, приехали... надеюсь, тело мое. Но волосы... Старый добрый горький шоколад, коим меня наградила матушка природа. А ведь еще у Паултома у меня был корявый блонд, вернее, светло-русый оттенок, напоминание, что не достаточно пойти в парикмахерскую и сменить прическу, чтобы сменить жизнь. И они какие-то через чур длинные. Я бы даже сказала, что сильные, только вот грязные... не мешало бы и помыться.

– Ладно, забудь. Гораздо важнее понять, как она оказалась вне своей Академии. Среди десниц я её ни разу не видел.

– Я тоже. Может, её родители скрывали? Из-за сильного дара?

– Слишком долго. Давно бы уже йорденлин нашел, а ей на вид не больше двадцати.

Ну да. Мне тоже все это очень важно и хочется понять, а еще я никак не вспомню, когда это меня украл караван цыган и утащил как потомственную ведунью по миру, дабы я могла совершенно оправдано и нагадать, и нагадить. Зато с возрастом угадали. Мне, право, девятнадцать. Было... а сейчас и подумать страшно.

– Надо её саму спросить. В любом случае, теперь её только здесь и оставят. Ей богу, лучше бы её Паултом убил.

У меня, похоже, должна быть истерика и непреодолимое желание вернуться в свой мир. Но хрена с два. Мне терять нечего, кроме жизни. Ладно, есть еще квартира без ипотечного проклятия и какое-ни-какое, а образование. Но красок и смысла все это не дает, так что я начинаю кое-что подозревать: то ли я настолько неадекватная, то ли детство в жопе заиграло, то ли и впрямь схожу с ума. Впрочем, это стало понятно еще во время ночного вызова ангела. Точно! Надо бы с теми двумя конторами попытаться связаться. Помощь, судя по всему, еще как пригодится.

– Ты едешь вечером?
– спросил голос, явно постарше.

– Практика, практика... только подумаю, что три месяца придется нянчиться с третьим курсом в Кранке, аж трясет. А потом с осени их третий у нас.

– Пусть тебя утешает мысль, что Василиса в такой же заднице, как и ты. Только если у тебя в потоке половина девки, то у неё сплошь мужики.

– Серьезно? Ты хоть понимаешь, каково мне с ними всеми? На днях Цэр залетела ко мне в комнату в одном полотенце, мол, этажом ошиблась! По-твоему, и Василисины пареньки так поступают?

– Нет, - старший хохотнул, - они её слишком боятся.

Интересно же тут дела обстоят с преподавателями! Несмотря на все попытки, остановить свою фантазию, уже строящую планы на соблазнение несоблазняемого, никак не получалось. В попытке привести себя в человеческое состояние и даже встать, страшно заскрипела кроватью, мигом застывая на месте. Отличная тут сигнализация, когда пациент в себя приходит, и не поспоришь даже...

– Проснулась, похоже.

Когда дверь открывалась, я уже готовилась к допросу с пристрастием, про себя решая, что пока лучше прикинуться дурочкой. Нет, не так, дурочка - это не моя прерогатива. Лучше скажу, что ни черта не помню до того момента, как они сгрузили меня в машину и увезли той крысе на ужин. Опыт говорил мне доверять, но проверять.

Тот, который старше (от тридцати до сорока), был чуточку крупнее и дико похож на Ману Беннетта, о существовании которого я узнала благодаря куче сериалов и фильмов, просмотренных в моменты, когда было либо скучно, либо мерзко. Другого не дано. В нем сквозило чем-то турецким. Наверное, это из-за смуглой кожи, темного ежика волос и щетины. Интересно, он тоже преподаватель? Другому было где-то двадцать пять. Этот мир - явно не тот случай, когда все парни стараются носить длиннющие косы. Не понимаю, радует меня этот факт или разочаровывает, но я определенно довольна хоть бы тем, что они выглядят вполне себе современно. Особенно это прослеживается в одежде. Такое ощущение, будто передо мной стоят два спецназовца какой-нибудь секретнейшей спецслужбы.

«Хорошо, что не лысые», - нервно подумала я, лежа не шевелясь и молча, как рыба.

Неудобная одежда натерла уже все, что только можно было натереть, и радости моей не было предела, когда на тумбочку рядом со мной положили какой-то пакет. Предполагалось - с одеждой. Если бы был выбор: миллион долларов или душ, я бы выбрала деньги, потому что там больше возможностей. Но помыться не помешает, реально. А еще я голодная...

– Это... вы меня сюда притащили?
– я посмотрела сначала на одного, потом на другого

Они встали рядом с моей кроватью, явно с любопытством рассматривая. А пока я спала это сделать нельзя было?

– Я - десница Ризер, но звать меня можешь просто Корн, - тот, что старше, представился. Руку протягивать не стал. Он только вытащил планшет и что-то начал там заполнять, попутно кивнув на второго. Не поняла! Машины, огнестрелка, гаджеты... где мои пера и сувои? Где лошади и кареты? Где мужики в сюртуках и с мечами наперевес?!

– А это - десница Фарданир.

– Не парься, зови Ранзес, - улыбнулся мне.
– А ты у нас кто?

Я задумалась, выпав немного из реальности. Маловероятно, что здесь все говорят по-русски. Скорее всего, мир просто подмял меня под себя, подыскивая схожие слова в языках, обозначающие одно и то же понятие. Лучше никому пока не говорить, что к чему. Как говориться, меньше знаешь - крепче спишь. А если точнее, меньше люди о тебе знают - крепче спишь ты сам.

– Надежда, - выдала я полное имя вместо привычного «Надя». Судя по всему, от меня ждали еще что-то.

– А фамилия?
– оторвавшись от планшета, уточнил Корн.
– Эсперанта - это же твое имя, я правильно понимаю? Нужна и фамилия.