Чтение онлайн

В каждом выпуске «Всезнайнаучфильма» рассказывалось обо всём, что придумывал Знайка. Если идея воплощалась — например, строилось какое-нибудь новое здание или изобреталось новое приспособление для того, чтобы ускорить работу, например, на общественной бахче, то всё это отображалось на экране. А если идею не так-то легко было воплотить в жизнь, то показывали парадный вход в большое серое здание с табличкой, на которой было выгравировано неимоверно мудрёное и сложное слово «Всезнайнаучакадемцентр», после чего на экране тотчас же появлялись ученые коротышки, которые занимались всякими научными разработками идей Знайки. Здесь работали не только лунные коротышки, но и друзья Знайки, прилетевшие вместе с ним на Луну Фуксия и Селёдочка, астроном Стекляшкин, академик Звёздочкин и инженер Клёпка. Все они ни без умолку говорили о том, чем хороша та или иная идея, демонстрировали какие-то непонятные эксперименты или просто хвалили Всезнайку, называя его самым умным и гениальным коротышкой во всём лунном мире.

Кроме собственных идей Знайки, во «Всезнайнаучакадемцентре» разрабатывались идеи, о которых Знайка узнавал от Жулио, так как Жулио часто ездил в Страну Свободных Коротышек для того, чтобы Знайка имел представление, что там у них творится, и что придумывают тамошние учёные. Если идеи, о которых Жулио узнавал от тамошних знакомых учёных коротышек, были интересными, Знайка сразу же организовывал во «ВНАЦ» (так для удобства и краткости назывался «Всезнайнаучакадемцентр») всяческие исследования, и если что-то из этого получалось, то на киностудии снимали фильм, который назывался «Лунные достижения в Стране Сознательных Коротышек». Откуда взялась идея, фильм, конечно, не сообщал, зато Знайка расхваливался на все лады! И это было разумно. Во-первых, послушным коротышкам было вовсе не интересно, откуда на самом деле взялась та или иная идея, а во-вторых, позволить, чтобы сознательные коротышки стали думать, что свободные коротышки тоже были умными, Знайка не мог. Ведь тогда все бы стали друг другу завидовать! А зависть, по личному и справедливому мнению Знайки, никогда ни к чему хорошему не приводила.

Через минуту после того, как Знайка нажал все кнопки на своём столе, двери по всему зданию захлопали, и в кабинет к Знайке стали сбегаться его советники. Рассевшись по местам, они внимательно уставились на Знайку и затихли.

— Уважаемые советники! Сегодня нам предстоят очень важные лунные дела, — начал Знайка. — Мы должны обсудить наши достижения.

— И какие же такие у нас за последнее время достижения? — насмешливо спросил Ворчун.

— А такие! — с лёгким раздражением ответил Знайка. — Вот, например, раньше талончики на питание у нас были на белых бумажках, а теперь — на разноцветных.

— Тоже мне, достижение, — съязвил Ворчун. — Бумажки раскрасить.

— Или, например, раньше коротышки на общественной бахче работали весь день, а теперь на час меньше.

— Ага, зато теперь на каждого не по три, а по две тыквы приходится. Ну-ну, посмотрим, чем эти важные достижения закончатся, — недовольно буркнул Ворчун.

Знайка раздражённо заложил руки за спину и с нажимом продолжил:

— В общем, учитывая, что всё и так ясно, предлагаю прекратить дальнейшее перечисление всех наших достижений и единогласно признать их значительными. Кто против единогласного мнения?

— Советники закивали головами в знак согласия, один только Молчун не стал кивать вместе со всеми, а Ворчун сердито сказал:

— Я против единогласного мнения. Достижения как достижения. Не такие уж они и значительные. Если вообще это достижения, а не наоборот.

— Ладно, — согласился Знайка. — Можешь быть сколько угодно против нашего единогласного мнения. На то ты и Ворчун. Ну, а теперь мы хотим заслушать научный доклад профессора-академика Звёздочкина и его помощника астронома Стекляшкина.

Звёздочкин встал, потёр свой нос, развернул тетрадь, вздохнул и начал бубнить:

— Ввиду того, что Вселенная состоит из небесных тел, которые двигаются из одной точки в другую, и у коротышек тоже есть тела, которые передвигаются из одной точки в другую, мы рискнули сделать вывод, что между движением небесных тел и жизнью коротышек существует явная и очень тесная взаимосвязь.

— Ну и вывод, — буркнул Ворчун. — Небесные тела с коротышечьими туловищами сравнивать!

— А чем это тебе не нравится вывод Звёздочкина и Стекляшкина?

— А тем, что небесное тело движется куда надо, а коротышка куда хочет.

— Интересно, — прищурился Знайка. — Как это куда хочет? Это, Ворчун, речи неверные. Это где-то там, на обратной стороне Луны, ихние недисциплинированные коротышки ходят куда попало, а наши сознательные коротышки — это коротышки правильные, они ходят туда, куда надо.

— Это верно, — вздохнул Ворчун. — Послушные у нас коротышки. Аж скучно. Вот только одного я не пойму: при чём тут вообще эти небесные тела?

— А при том, что ты в астрономии не разбираешься, так вот сиди и помалкивай! — прикрикнул на него Знайка.

— Тоже мне, астрономы выискались! — не унимался Ворчун. — Ты, Стекляшкин, когда небесные тела-то в последний раз видел? Сидишь тут внутри Луны и глазеешь в свою трубу не на небо, а на обычную лунную скорлупу, только умный вид делаешь. Тоже мне, астрономы… Одно только название!

Звёздочкин и Стекляшкин переглянулись, опустили головы и покраснели.

— Это же невозможно! — занервничал Знайка. — Ты, Ворчун, только и делаешь, что перечишь единогласному мнению и нарушаешь дисциплину. В общем, я предлагаю оценить научный доклад Звёздочкина и Стекляшкина как выдающееся достижение в лунной науке и похвалить обоих учёных. Такое моё единогласное мнение. Кто против?

— Я против, — упрямо сказал Ворчун.

— Так ты что, предлагаешь, отругать Звёздочкина и Стекляшкина?

— Нет… — потупился Ворчун. — Просто пусть в следующий раз не думают, что тут сплошные дуралеи сидят.

— Так-так, — забарабанил пальцами по столу Знайка. — Что ж, перейдём к следующему пункту. Уважаемый Жулио! Отчитайтесь, пожалуйста, о предстоящей поездке в Страну… так сказать, свободных коротышек.

Из-за стола поднялся полненький выхоленный коротышка с хитрыми глазками. Он взял знайкин стакан с водой и выпил его залпом.

— Вы позволите? — извиняющимся голосом спросил он у Знайки.

— Конечно, конечно, уважаемый Жулио, — покровительственно ответил Знайка. — Пейте на здоровье. Продолжайте.

Жулио развернул блокнот и начал свою речь:

— В наших общих интересах, уважаемый Всезнайка, согласиться принять участие в одном мероприятии, предложение о котором поступило… м-м-м… как это сказать потактичнее, с той стороны. Речь идёт о футбольном матче между командами Страны Сознательных Коротышек и Страны так называемых свободных коротышек. Я ничего не путаю, уважаемый Всезнайка? — и Жулио подобострастно посмотрел на Знайку.

— Продолжайте, уважаемый Жулио, — благосклонно согласился Знайка. — Вы всё правильно говорите.

— Футбольный матч предполагается провести на нейтральном острове под названием остров Согласия. Это название придумал и одобрил уважаемый Всезнайка, поэтому мне необходимо поставить в известность об этом руководство… м-м-м… наших соседей. А сам футбольный матч — это прекрасная возможность утереть носы свободным коротышкам, чтобы они не очень-то задавались! А чтобы всё было честно, отбирать лучших футболистов и тренировать нашу команду буду я, так как будучи министром иностранных лунных дел считаю это своим долгом. Команду наших противников подготовит небезызвестный всем вам дон Мигель, так как он тоже министр по иностранным делам. На днях он прибудет с той стороны Луны с дипломатическим визитом. Кроме этого… — Жулио перевернул листок блокнота. — Уважаемый Всезнайка подал мне идею придумать что-нибудь эдакое, чтобы продемонстрировать тамошним жителям, в чём мы их превосходим. Для этого, уважаемый Всезнайка, я подумал и хочу предложить свозить туда, на остров Согласия, хор коротышек из театра в городе Пильбурге, которым руководит известный режиссёр Бантик. Хор может выступить в перерыве между матчами, чтобы никто не заскучал. Тем более, что мной установлено, что хора коротышек у наших… м-м-м… соседей нет. Вот и весь мой отчёт!