Чтение онлайн

– А я, думаю, в Афган податься. Во «Взгляде» идея такая образовалась, сделать сравнительные репортажи, о службе в нашем десанте, и американском спецназе. Мне предложили сделать серию репортажей с «отрогов Гиндукуша».

– Ты придурок? Какой Гиндукуш? Куда тебя несёт? Я вон, как устроился, и все равно стонал. Для службы нужна особая организация. Казарма, муштра, воинская дисциплина, поверь мне, там нет никакой романтики.

– Службу надо превращать в приключение, тогда все сложится. Танки, самолеты, пушки – это же продолжение детства. Это адреналин, гормоны, мужское начало.

– Ага. Стражи Добра, воины Света! Да, ты Лукаса* объелся? – усмехнулся Роман. Он немного лукавил. «Звездные войны» были гордостью его коллекции. – Кино все это.

– А по-моему, служить интересно…

– У тебя, точно крыша едет. Ты понимаешь, куда тебя несет? – все больше возбуждался Роман. – Там жуткая жара и злобные офицеры, гоняющие голодных салабонов*. Есть! Слушаюсь! Так точно! Армия – это бескрайняя тоска! И несвобода!

– Свобода это внутреннее состояние. Внешние ограничения – ерунда. Человек должен уметь быть выше обстоятельств. – Андрей неторопливо встал, оперся о соседнюю полку и стал отжиматься.

– Тебе точно крышу повредило! – покрутил пальцем у виска Роман. – Такую пургу несешь.. А качаешься, на что? К форме американских коммандос примериваешься?

– Примериваюсь! – выдохнул Андрей. – Ибо тело есть продолжение мысли, а не его обуза.

– А я, больше не готов служить. Ни в американской, ни в монгольской, ни даже в армии Папуа Новая Гвинея… Не хочу… Ни генералом, ни министром обороны. Отныне, исключительно цивильные костюмы – Джорджо Армани и Дольче Габбано, вот наша цель.

– Знаю я твои цели! Джинсы, бейсболка и брюнетки… Одна уже телефон сорвала. Когда будет, когда будет..

– О ком ты? Светке, что ли? Видел…. Часа три мозги лечила. Феминистка хренова. Я к ней под лифчик лезу, а она мне о загадочной женской душе. Мужчины, видите ли, должны признать, что загнали нашу цивилизацию в тупик. Бред какой-то. В конце концов, сообщила по секрету, что ей не хватает толстого негритянского члена…. Вот и вся загадка. Нет. Женщины это не цель. Джинсы…, другое дело.

– Люблю я женщин, но странною любовью! – подмигнул ему, Андрей. – А что тогда цель?

– Деньги! Успех! Сама жизнь!

– Не знаю! По-моему главное познание. Попытка хоть как-то разобраться в этой круговерти. Заглянуть в себя; оглядеться! Что-то не так, вокруг? Откуда в мире столько фальши, и лжи…

– Стоп! – Роман предупредительно выставил вперед руку. – Меняем направление. Лучше скажи, что это тебя носило в Саратов.

– Я же тебе говорил. За «кандидатскую» засел. – Андрей сел на полку и озираясь, продолжил понизив голос. – В общем, даже не знаю, стоить ли говорить тебе…

Продолжить, он не успел. В купе впорхнула Милица и зажужжала на колибри:

– Мальчики, я за косметичкой….

Порывшись недолго в своих вещах, так же быстро выпорхнула, на ходу одарив друзей воздушным поцелуем и очаровательной улыбкой.

– Не девка – ураган! – улыбаясь, сказал Роман.

– Огонь! – согласился Андрей. – Будет трудно без нее.

– Ты о чем? – поднял на него глаза Роман.

– Они заявление в ОВИР* подали. Хотят вернуться в Черногорию. Хотя, понятно, Подгорица станет перевалочным пунктом. Я через отчима посодействовал и все быстро решилось. Один звонок и…. дело в шляпе.

– Что тут скажешь. Меняются времена. Раньше, даже подумать о подобном не дали бы. Заставили бы челом бить, каяться, открещиваться от всех и вся. Но не сейчас. Складывается ощущение – бунт назревает в датском королевстве.

– Прям таки бунт!. Хватит нам, потрясений. – закачал головой Андрей.

– Может, так оно и лучше будет? – сказал Роман. – Я вот, тоже, твердо для себя решил. В общем, хочу уйти из «Аэрофлота». В бизнес подамся. Чувствую, пора. Да и двигать меня больше некому и некуда. Спасибо, Николаевичу, конечно, огромное и за внимание, и за квартиру, но дальше мне надо все самому.

– Брось прибедняться, Ром. Машина, квартира, положение. Сам не промах, умен и чертовски привлекателен. Правда, злые языки, отказывают в скромности…

– Скажу тебе прямо, друг. Клевета… Завистники. А если серьезно, чем выше я забираюсь по комсомольской линии, тем труднее скрывать свои неправильные корни.

– Надеюсь, твое заявление не пылится в ОВИРе? – покосился на него Андрей. – Ты же не бросишь меня?

– Если, как на духу, посещают дурные мысли. – глядя в окно, сказал Роман. – Да на кого тебя оставишь?

– То-то и оно. Без меня ты, как желторотый птенчик…

– Живи, спокойно. Пока… – сказал Роман. – А я, в бизнесе себя опробую. Должен же кто-то заниматься нашим будущим. Но из комсомола уйду. Уже решено. Бабками займусь. Я и фирму открыть успел. Кооператив. Компьютерами буду торговать, как ты советовал…

– Может, подождешь? Ты уже секретарь партийной организации огромного предприятия! Бизнес никуда не денется. В смутные времена всегда легче продвигаться по службе…

– Куда? – неожиданно, вспылил Роман, но тут же смягчил тон. – Куда можно продвинуть Шмулерсона Якова Абрамовича. Разве, что осваивать необитаемые районы Сибири.

– Богатствами Сибири будут прирастать капиталы Романа Белькевича! – Андрей в своем стиле перефразировал Ломоносова.

Но шутка не удалась. Роман только отмахнулся.

– О Господи! Кто бы избавил меня от объяснений с Николаевичем? – взмолился он. – Понимаешь, я чувствую открывающиеся горизонты. Я чувствую запах денег… Это гены. Они мне кричат, вперед, парень. Вон она, твоя лошадь удачи. Не пропусти….

– Тогда вперед. У тебя все получится!

– Посмотрим! Слушай, старик! Ты не забыл о моей просьбе? Я понимаю, что это наглость, но мне больше не к кому обратиться. Бабок катастрофически не хватает. Взносы, квартира, ремонт.

– Не забыл.

– Спасибо! Я и перед твоими, по уши увяз. – продолжил Роман. – Не знаю, как расплачиваться буду…

– Перестань! Матушка, души в тебе не чает. Ты, по-прежнему, ее любимчик.

– Хату увидишь, обалдеешь. Представляешь, у меня никогда не было собственности. И вдруг! Измайлово, это же тоже Москва?

– У меня есть десять тысяч долларов. Гонорар матери за кулинарную книгу. Можешь рассчитывать.

– Можно без инвалюты? Меня за эти десять тысяч на десять лет упекут. Уголовный кодекс никто не отменял.