Чтение онлайн

— Пришли, — он отбрасывает шлем в сторону и пару секунд поправляет волосы. — Терпеть не могу головные уборы, а ты? — бормочет он. Он замечает, что я в ужасе разинула рот, и вздыхает, как будто я идиотка. — Я пытаюсь помочь, — спокойно говорит он.

— Помочь? — кричу я. — Как помочь? Может, я и не хотела выступать на телевидении, но обрушить тут всё и убить кого-то едва ли поможет!

— Камера записывала, — мягко говорит он. — Теперь у всего мира будет ещё больше оснований считать тебя национальным героем. Какой термин мне следует использовать? — он хмурится. — Крутышка?

— Ты сумасшедший, — шепчу я.

Икс смотрит на меня с насмешкой.

— У меня есть планы на тебя. Мне нужно, чтобы ты стала героем, Бо. Мне нужно, чтобы весь мир поверил в то, что ты герой. И есть ли лучший способ добиться этого, чем показать, как ты избиваешь деймона Какоса в прямом эфире?

Я опускаю голову и смотрю в мёртвые, вытаращенные глаза Лэнскомба.

— Ты убил человека. Ты реально убил человека ради грёбаного пиара!

Икс пожимает плечами.

— Он это заслужил. Проверь его гримёрку.

Я отступаю подальше.

— Ты чокнутый.

— Нет, вовсе нет, — он слегка улыбается. — Ты поймёшь позже, когда я попрошу тебя об одолжении, которое ты мне всё ещё должна.

— Держись от меня подальше, фрик!

Он цыкает языком.

— И подумать только, когда-то ты была так напугана в моём присутствии, что едва могла говорить, — прежде чем я успеваю отреагировать, он подходит и щёлкает меня по подбородку. — Теперь ты почти совсем взрослая.

Я резко отстраняюсь, скрестив руки на груди. Икс склоняет голову набок, словно прислушиваясь.

— Интересно, — бормочет он, затем поднимает брови в моём направлении. — Мне пора идти. Скажи им, что ты ударила меня ножом в грудь, и я распался на части.

— Чё? — я тупо смотрю на него.

Он лезет во внутренний карман и достает пакетик, наполненный чем-то похожим на пепел. Он высыпает его на пол и указывает вниз.

— Это я.

— Ты маньяк-убийца! Тебя нужно остановить! — в моём тоне слышатся истерические нотки.

— Говорить, что я всё ещё жив, ни к чему не приведёт, Бо. Даже если ты скажешь, меня всё равно не поймают.

— Ты заметное лицо. Ты работаешь на «Улицы Пламени». И тебя видели в суде Агатосов.

— Не меня, а моё второе «я», — он улыбается. — Расскажи общественности, кто я на самом деле, и всё, что ты сделаешь — это посеешь панику. Они будут думать, что деймоны Какосы прячутся за каждым углом. Если ты хочешь, чтобы на улицах было ещё больше крови, тогда действуй. Но если ты ничего не предпримешь, я не буду высовываться — пока что, — он берёт меня за руки, и я не могу сдержать дрожь. — Поступи разумно, — он наклоняется и чмокает меня в щёку. Затем уходит.

Это бессмысленно, но я всё равно присаживаюсь на корточки и проверяю, как там Лэнскомб. Я закрываю ему глаза, когда дверь распахивается и появляется знакомый силуэт Майкла. Он подбегает ко мне и заключает в объятия, сжимая так крепко, что кажется, будто у меня вот-вот треснут рёбра.

— Эм, Майкл? Ты можешь меня отпустить? — пищу я.

Он отпускает меня и отстраняется.

— Я смотрел эфир. Я думал… — его голос затихает, и он внимательно изучает моё лицо. — Ты в порядке? Где деймон?

— Ушёл, — бормочу я.

— Куда?

Я отчаянно хочу сказать ему правду, но встречаюсь с его встревоженным взглядом и понимаю, что не могу. Если я это сделаю, он начнёт полномасштабную охоту на деймонов. Даже если за ним будет стоять вся Семья, Икс всё равно может победить. Деймоны Какосы чертовски сильны. Я с трудом сглатываю, про себя моля о прощении за ложь. Затем я указываю на маленькую горку пепла.

Майкл следит за моим пальцем и бледнеет.

— Ты убила его?

Я смущённо пожимаю плечами. К счастью, он этого не замечает, наклоняясь, чтобы осмотреть пепел.

— Никто никогда этого не делал, — бормочет он. — Только не с ними.

— Мне повезло, — говорю я. К горлу подкатывает желчь, и я понимаю, что меня вот-вот вырвет. Я выбегаю из студии и мчусь по пустому коридору в ближайшую уборную. Я едва успеваю добежать до туалета.

Закончив, я вытираю рот тыльной стороной ладони. Майкл, который был в достаточной степени джентльменом, чтобы держаться в стороне, пока я не приду в себя, обнимает меня за плечи и нежно убирает с лица пряди влажных от пота волос.

— Ты герой, Бо, — шепчет он.

Я зажмуриваюсь. Нет, я не герой. Я просто грёбаная лгунья.

Внезапно неподалёку раздаётся глухой удар, и я распахиваю глаза. Я смотрю на Майкла.

— Оставайся здесь, — мрачно говорит он, поворачиваясь на пятках.

Я ни за что не собираюсь этого делать. Я следую за ним, пока он крадётся по коридору. Дойдя до двери с бумажной табличкой «Маркус Лэнскомб», он прижимается к ней ухом. Он смотрит на меня и кивает. Я прикусываю губу.

Майкл отступает на шаг, и я напрягаю мышцы. Когда он пинком выбивает дверь, я оказываюсь рядом с ним. Однако вместо того, чтобы запрыгнуть внутрь, он расслабляется. Я выглядываю из-за его мускулистой фигуры. За вешалкой для одежды прячется молодая девушка.

Я осторожно отодвигаю Майкла с дороги.

— Привет, — тихо говорю я. — Всё в порядке. Теперь ты в безопасности.

На мгновение мне кажется, что она не собирается двигаться, но затем она неуверенно встаёт. Я понимаю, что она болезненно молода — вероятно, ненамного старше Rogu3. На её щеке багровый синяк. Маркус, мать его, Лэнскомб. Икс был прав. Я испытываю мимолётное удовлетворение от того, что он больше не причинит вреда ни ей, ни кому-либо подобному, прежде чем мои пальцы нащупывают в кармане маленький белый камешек. Я говорю себе, что Лэнскомб заслуживал того, чтобы его посадили в тюрьму, а не убили.

Когда я протягиваю к ней руку, снаружи слышатся тяжёлые шаги и приглушённые голоса. Девочка вздрагивает.

— Прибыла кавалерия, — тихо говорит Майкл.

Глава 2. Подмешать в напиток

Изначально я планировала добираться домой через лондонское метро. В итоге же я так долго рассказывала свою историю полиции и сотрудникам специального подразделения, не говоря уже о том, что каждый чёртов человек в здании, от Джойс и Джима до продавщицы чая, поблагодарил меня миллион раз, что беспокоиться не о чем — когда я ухожу, уже снова стемнело. Майкл исчез несколькими часами ранее, его тёмные глаза сверкнули в моём направлении, когда он махнул рукой на прощание.