Чтение онлайн

— Я не убивала Маркуса Лэнскомба, — мягко напоминаю я ему.

— И всё же, — ворчит он.

Я потираю лоб.

— Сколько ещё людей заметили?

— Что ты выиграла битву, в которой победить было невозможно? Никто. Я даже связывался с МИ-7, — в его тоне слышится нотка отвращения. — Очевидно, что их стандарты упали. В моё время было бы проведено полномасштабное расследование.

Я не должна чувствовать облегчения, но я чувствую.

— Что ж, — говорю я бодро, — я уверена, что всё это достаточно скоро уляжется.

***

В конце концов, требуется три дня — и немалые усилия с моей стороны, чтобы ответить на бессмысленные вопросы — прежде чем папарацци покидают улицу перед зданием «Нового Порядка». Дрехлин тратит время на то, чтобы почти ежечасно жаловаться. Он прислал нам счёт за потерю дохода от всех клиентов, которые внезапно отказались от операций по удалению корневых каналов. Я предлагаю оплатить, хотя и надеюсь, что до этого не дойдёт. Содержание собаки, которая ест почти всё подряд, обходится мне дороже, чем я думала.

С некоторым облегчением я наконец-то выхожу на улицу, чтобы выполнить настоящее задание. Я работаю в паре с Мэттом, и это почти как в старые добрые времена. Жаль, что он так серьёзно отнёсся к моим указаниям «одеться для ночной прогулки по городу». На нём лиловый бархатный костюм, узкий галстук и рубашка с узором в огурчик. Он больше похож на ходячую гостиную девятнадцатого века, чем на сексуального вампира двадцать первого века. До того, как на него подействовали чары О'Ши, у него был обширный модный гардероб. Откуда взялся этот наряд, я понятия не имею.

Решив не ввязываться в долгую дискуссию о достоинствах бархата, я не комментирую его наряд. Вместо этого я беру его за руку, когда мы паркуемся за углом эксклюзивного ночного клуба, на который мы нацелились, и указываю ему в направлении очереди.

— Тебе нужно попасть внутрь, — инструктирую я.

— Почему ты не можешь пойти со мной?

— Я не могу позволить, чтобы меня узнали. Я подожду здесь, на тот случай, если Бергман выйдет. Нам нужно прикрыть все тылы.

— Хорошо, Бо, — он энергично кивает. — Ты уверена, что они впустят вампира?

— Они впустили Бергмана, — я протягиваю Мэтту маленький фотоаппарат. — Если увидишь что-нибудь подозрительное, сделай несколько снимков. Нам нужны доказательства того, что он работает на Стюарта, прежде чем мы начнём действовать.

Я легонько подталкиваю его локтем и наблюдаю, как он пробирается в конец очереди. Он тут же заводит разговор с симпатичной блондинкой. Несмотря на его странный наряд, она, кажется, поддаётся на его ухаживания. Я улыбаюсь с мрачным удовлетворением, затем перехожу дорогу и поднимаюсь на крышу здания напротив.

Один из барменов рассказал нам о деятельности Бергмана Стюарта. Это был смелый поступок, учитывая, что вампир посещает этот клуб почти ежедневно, и руководство относится к нему как к желанному гостю. Но подсыпать людям в напитки и продавать запрещенные наркотики — это не то, к чему стоит относиться легкомысленно, особенно в наши неспокойные времена. Всё, что нам с Мэттом нужно сделать — это получить доказательства.

С моего наблюдательного пункта мне хорошо виден вход в клуб и переулок слева, где, по-видимому, заключаются сделки. Я устанавливаю камеру дальнего радиуса действия, чтобы получить наилучшие ракурсы, и делаю несколько пробных снимков. Удовлетворившись, я сажусь и жду.

Вскоре Мэтта и его новую спутницу впускают в клуб. Ему потребуется некоторое время, чтобы найти Бергмана и связаться со мной, поэтому я присаживаюсь на корточки и осматриваю очередь ожидающих людей. Некоторые выглядят нетерпеливыми, в то время как другие, похоже, скучают. Для посещения клуба время ещё раннее, но это место, по-видимому, популярно как среди трайберов, так и среди людей. Чтобы скоротать время, я смотрю на каждого в очереди, пытаясь решить, что для них является главным мотивом прихода сюда — потанцевать, выпить или подцепить кого-то. Только когда мой взгляд падает на напряжённо стоящую молодую женщину, я замечаю что-то выбивающееся из нормы.

Похоже, она одинока. Само по себе это не является чем-то необычным: я заметила нескольких других одиноких женщин, которых отнесла к категории «подцепляющих». Она одета в типичный для ночного клуба дресс-код — короткую юбку, туфли на высоких каблуках и симпатичный топ, но при ней нет сумочки, и я была бы удивлена, если бы в её облегающей одежде нашлись какие-нибудь карманы. Кроме того, несмотря на прямую спину, её правая рука опирается о стену, как будто в её организме уже столько алкоголя, что она боится упасть.

Когда очередь продвигается вперёд, она делает крошечные шаркающие шажки. Её голова заваливается то вперёд, то в сторону, и, хотя я не могу сказать наверняка с такого расстояния, могу поспорить, что её зрачки расширены. Я быстро принимаю решение и поворачиваю камеру, чтобы сфокусироваться на ней. Однако, прежде чем я успеваю сфотографировать её лицо, один из вышибал проходит вдоль очереди и кивает ей.

Мои глаза сужаются. Человека в её состоянии следует посадить в такси и отправить домой, а не предоставлять ему льготный доступ. Дородный вышибала, похоже, прекрасно осведомлён об её состоянии. Не говоря ни слова, он берёт её за руку, чтобы помочь пройти к выходу. Когда я вытягиваю шею, чтобы лучше видеть, я вижу, что он практически тащит её. Интересно.

Я нажимаю кнопку связи.

— Мэтт, где ты?

— Прошу прощения?

— Где ты?

— Прошу прощения?

Я раздражённо закатываю глаза и пытаюсь ещё раз.

— Где. Ты? — я произношу это так громко, как только осмеливаюсь.

— О, извини, здесь немного шумно. Я наблюдаю за Бергманом. Он сидит за столиком с несколькими другими.

— Вампиры?

— Нет, люди. Может, мне начать фотографировать?

Было бы неплохо узнать, кто такие спутники Бергмана, но я не могу избавиться от ощущения, что с этой девушкой что-то не так.

— Вообще-то, не мог бы ты пройти в переднюю часть зала? В зал входит молодая женщина в чёрной мини-юбке и розовом топе. Брюнетка. Выясни, куда она идёт.

— Прошу прощения?

Я стискиваю зубы.

— Я сказала, в зал…

— Подожди, — перебивает Мэтт. — К Бергману подходит женщина. Каштановые волосы, розовый топ. Кажется, она немного неуверенно стоит на ногах.

Я тихо шиплю.

— Присмотрись к ней.

— Прошу прощения?

Я впиваюсь ногтями в ладони. Мэтт не виноват, что в клубе так шумно. Он также не виноват, что, благодаря моему статусу второстепенной знаменитости, всё пройдёт легче, если я останусь на улице. Хотя это чертовски раздражает.