Чтение онлайн

— Мы несовместимы.

— Почему? — воскликнул он.

— Потому что, я больше зарабатываю.

Евгений с силой сжал столешницу. Света покачала головой и сама захотела выйти.

— Шучу, — сказала Нина, очищая терку. — Я не такая сука, как кажусь с первого взгляда.

Евгений заколебался, чувствуя, как под взглядом ее бездонных голубых глаз бесследно улетучиваются обида и непонимание.

— Необыкновенная.

Нина посмотрела на него с такой таинственной и грустной улыбкой, что он окончательно потерял голову, потом повернулась к Свете и весело сказала:

— Может все же не будем добавлять ему редьку в кофе? — И они с облегчением рассмеялись.

Лениво пережевывая горячий пирог, Евгений думал о том, что завтрак прошел просто чудесно. Нина совершенно околдовала его. Теперь, после их разговора перед завтраком, ее отношение к нему неуловимо изменилось. Она обращалась с ним с непритворным интересом и добротой, улыбаясь шуткам, но одергивая себя, когда вдруг снова вспоминала, что он наемный служащий ее клиники. От размышлений Евгения отвлек голос Нины.

— Я разговаривала с Иннокентием Петровичем, нашим главврачом, и он предложил взять руководство клиникой на себя, но только при условии, что я не буду журить за ошибки, которые неизбежны, ожидая совершенства с первого дня. Света говорит, что это прекрасный поворот событий — сохранить семейный бизнес, держать всех вместе, а самой… уехать и руководить дистанционно, может быть, периодически вас навещая. Например, раз в полгода или раз в год. А что вы думаете по этому поводу?

— Я думаю, что ваша подруга совершенно права. Честно говоря, я сам собирался посоветовать вам и Иннокентию Петровичу это сделать.

Мысль о том, что ей придется как крысе бежать из родного города, ужасно расстроила Нину.

— Вы даже представить себе не можете, как мне приятно, что группа людей с которыми нас связывают только деловые отношения и заботы требует меня в роли начальницы и требует объяснений в том, что их совершенно не касается, — немного огорченно закончила Нина.

— Я понимаю вас, но к сожалению выбор заранее ясен — либо работать как сейчас, на волне успеха и подъема, либо позволить вам отдать клинику непонятно кому, терять энергию, подстраиваясь под новое руководство и еще не ясно, что из этого получится и получится ли.

Нина еще немного поколебалась и наконец, тяжело вздохнув, согласилась:

— Ладно. Я так и сделаю. Но Иннокентию Петровичу потребуется мужество.

— Хотите, я буду помогать ему? Может быть, и вам понадобиться поддержка?

— Я действительно могу на вас рассчитывать?

«Можно ли рассчитывать?» — кисло улыбнулся Евгений. Да ради нее он готов был на все что угодно — проскакать на коне, отрыть клад, победить чудовище… Черт побери, он бы даже согласился помыть посуду!

— Учитывая то, что интерес к медицине не последняя из причин, по которой я сегодня пришел сюда, — сказал он, подходя к мойке и поднимая губку для мытья посуды, отжатую Светой, которая отошла к телефону, — это самое малое, что я могу для вас сделать.

— Я… я даже не знаю, как отблагодарить вас, — просто сказала Нина и полезла за сигаретой, не зная куда деть свои руки.

— Как насчет того, чтобы сходить в театр на следующей неделе?

— В театр? — ужаснулась Нина. — Туда же надо наряжаться и краситься.

Чудовище, которое Евгений хотел победить ради нее, вдруг ощетинилось и пыхнуло жаром, конь проскакал мимо, а клад оказался на самом дне пропасти — огромной и непреодолимой.

— Я знал, что эта перспектива вас обрадует, — попытался отшутиться он.

— Вы меня не правильно поняли, — извиняющимся голосом сказала Нина, положив руку ему на запястье. Чувствовалось, что она искренне корит себя за несдержанность. — Честно. Просто дело в том, что я… я с некоторых пор ненавижу когда на меня обращают внимание. И когда меня разглядывают, даже если это культурное пространство театра.

— А вам никогда не приходило в голову, что нужно ходить в такие места вместе с другом и ваше чувствование себя тогда окажется вне опасности? — спросил Евгений, невольно смягчаясь. — Вдруг вы решите, что он в состоянии защитить вас от общества? Даст вам то чувство безопасности, которое вы испытаете сменив спортивные штаны на платье? А если вы поверите, что вместе с другом хорошо и вам за вашу красоту естественно ничего не будет?

— А если эта ложка, которую вы так усилено оттираете губкой, вдруг решит стать зеркалом и попросится ко мне в косметичку? — насмешливо отпарировала Нина, ясно давая понять, что не готова с ним откровенничать.

И в этот момент Евгению отчаянно захотелось провожать ее после работы домой и целовать на прощание. День за днем. Правда, в его мечте прощальные поцелуи с каждым разом должны были становиться все более пылкими.

— Так как насчет театра на следующей неделе? — продолжая мыть посуду, поинтересовался он.

— Я не могу. По вторникам и пятницам у меня бассейн.

— Может прогуляете?

— Считайте, что мы договорились, — о чем-то ненадолго задумавшись, ответила Нина, параллельно подавив небольшой всплеск отчаяния по поводу того, что Лужин собирается испробовать на ней свои чары.

— Может быть, вы пригласите и Свету с мужем Сережей? Кстати, они молодожены.

— Чего ради?

— Мне начинает казаться, — насмешливо сказала Света, появляясь на пороге кухни, — что вы позабыли о ключе от кабинета, за которым приезжали.

Услышав ее голос, Евгений покраснел и закрыл глаза, судорожно подбирая хоть какое-нибудь объяснение собственной невоспитанности.

— Не подумайте, что я всегда такой… непоследовательный. Просто я точно знаю, что если они пойдут с нами, то Иннокентий Петрович тоже захочет присоединиться. А мне бы очень хотелось хотя бы вечером отдохнуть от его общества, поэтому я и предложил… то, что предложил. Произнеся всю эту чушь, Лужин наконец решился открыть глаза и обнаружил, что обе девушки явно забавляются его смущением.

— Думаю, мы зря лишили его редьки, — заявила Света.

— Согласна, — кивнула Нина. Евгений даже не успел порадоваться что так глупо и легко выкрутился, когда Света добавила:

— Потому что, он врун.

— Врун, — еще раз согласилась Нина, понимающе улыбнувшись.

— Кстати, насчет ключей от кабинета, — внезапно сказала Света, резко переводя разговор в серьезное русло и обращаясь к Нине за разрешением, — они лежат в спальне, в тумбочке, пожалуй, пойду принесу их.

— От гаража не возьми ненароком, — вступила в разговор Нина.