Чтение онлайн

— Со временем, но не сразу! — ликование и злоба настолько переполняли графа, что он отбросил свою обычную сдержанность. — Лунный Бал состоится завтра ночью, а прекрасная Эльзи ни с кем, слышите, ни с кем не станет танцевать на этом Балу, потому что меня не будет рядом! И ее влюбленный менестрель останется с носом, Лунный Цветок не распустится над их парой, Айвену не удастся добиться руки Эльзи!

Женщины в ателье дружно вскрикнули, возмущаясь подлостью поверженного графа, и Эвелина, опомнившись, закричала:

— Остановите его, не позволяйте ему больше говорить!

— Не волнуйтесь так, графиня Роддерик. я уже сказал все, что хотел, останавливать меня надо было раньше, — старик засмеялся неприятным каркающим смехом. Сейчас, когда настоящие чувства сменили светскую маску, Эвелина не могла понять, почему граф д'Жене казался ей интересным мужчиной. Его светло-серые глаза горели злобой и ненавистью, лицо было искажено отчаянной яростью поверженного врага, не желавшего принять свое поражение, — в эти минуты Огюст д'Жене внушал ужас и отвращение, но никак не симпатию.

А граф д'Жене, перестав обращать внимание на Эвелину, пристально вглядывался в маленького толстячка, как будто решал для себя какую-то необъяснимую задачу. Бартоломью спокойно выдержал ненавидящий взгляд, и старик хриплым срывающимся голосом спросил:

— Кто ты такой? Мерзавец, разрушивший все мои планы, посмевший противостоять силе родовых артефактов? Кто?! Простой городской маг не может иметь такой силы!

— И тем не менее, я — простой городской маг, — серьезно и просто ответил Бартоломью. — Старший дознаватель Королевского Магического Сыска города Арма Бартоломью Форбенкс, боевой маг высшей квалификации.

— Дознаватель? Старший дознаватель сыска, боевой маг, подрабатывает в ателье?! Врешь, мерзавец! Ты затем и пришел сюда, чтобы арестовать меня, а все разговоры о женских тряпках были притворством!

— Ну уж нет, очень надо было Барти приходить ради Вас! — мадам Лилье, до глубины души оскорбленная словами о "бабских тряпках", немедленно бросилась в бой. — Перед Лунным Балом маги такие цены заломили, что не сторговаться! А Барти мой добрый приятель, вот и согласился помочь по старой дружбе. Кто же знал, что Ваша Светлость такой Подлостью окажется?

Старый граф расхохотался на слова модистки захлебывающимся, почти истерическим смехом. Смотреть на него было и неприятно, и жалко, поэтому, когда Бартоломью приказал стражникам увести арестованного, все в комнате вздохнули с облегчением.

— Думаю, девушке можно переодеться в свое обычное платье, — заметил Бартоломью, глядя на Эльзи, стоявшую спокойно и неподвижно, только руки ее все еще были сжаты, оберегая кольцо

— Да. да, конечно, — спохватившаяся Сесиль крикнула старшую помощницу, которая так увлеклась чаепитием с кучером графини, что пропустила все события, произошедшие в ателье.

Кэтрин в этот раз осталась рядом с графиней, она испуганно смотрела то на мага, то на маркиза, а потом задала самый волнующий ее вопрос:

— А что теперь будет с Эльзи?

— Да, да, конечно, — маркиз д'Анжу неподдельно обрадовался вопросу фрейлины, — что будет с моей Эльзи, господин главный маг? Когда она придет в себя?

Желание маркиза польстить не укрылось от Бартоломью, маг недовольно сморщился, но ответил, правда, не совсем то, что от него ожидали:

— Ваша дочь, господин маркиз, находится под воздействием, так называемого, кольца послушания, которое лишает человека собственной воли. К сожалению, граф д'Жене совсем недавно подверг маркизу влиянию жезла власти, а после этого отдал ей приказ не снимать кольца и не позволять другим лицам его снять. Вне всякого сомнения, сила воздействия жезла и кольца постепеноо рассеется, но на это необходимо время. Возможно, месяцы, а возможно и несколько лет.

— Как несколько лет? — ахнула Эвелина, внимательно слушавшая мага. — Но как же Лунный Бал? Маркиза д'Анжу не сможет присутствовать на нем?

— Почему же нет, такое вполне возможно! Но, к сожалению, госпожа маркиза полностью останется под влиянием магии кольца и, выполняя приказ графа, откажет в приглашении на танец любому, даже самому знатному кавалеру.

— Но если Эльзи д'Анжу ни с кем не будет танцевать, ее присутствие на Балу не имеет смысла! — графиня Роддерик посмотрела на маркиза в ожидании поддержки и удивилась довольному выражению его лица. Анри д'Анжу буквально сиял, как будто ему сообщили самую замечательную новость.

Уловив недоумевающий взгляд графини, маркиз приосанился и важно произнес:

— Я очень доволен Вашей работой. господин маг! Вы сделали все, как нельзя лучше, и я хотел бы отблагодарить Вас!

Анри д'Анжу начал доставать кошелек, но Бартоломью остановил его нетерпеливым движением руки:

— Вам не за что благодарить меня, господин маркиз! Это я должен быть Вам благодарен — за поимку преступников, применяющих родовые артефакты для подавления воли, маг получает вознаграждение из королевской казны и повышение в должности. Но объясните-ка мне, каким образом кольцо послушания оказалось на руке Вашей дочери? Его нельзя одеть силой или обманом, только добровольно. иначе магия кольца не сможет воздействовать на того, кто носит его на пальце.

— Видите ли, господин главный маг… — маркиз засуетился, пряча глаза и вытирая платком лысеющую макушку. — я сам уговорил Эльзи носить кольцо графа…Но, конечно же, я никак не мог заподозрить, что кольцо имеет такие необычные свойства…

— Не подозревали. вот как? И не заметили изменений в состоянии дочери? — вопрос графини Роддерик прозвучал язвительно и едко, и маркиз гордо выпрямился, показывая, что не желает терпеть оскорбительное недоверие по отношению к своей персоне.

— Граф д'Жене всего лишь пояснил мне, что кольцо приглушит эмоции моей Эльзи и не позволит ей наделать глупостей. А зная о ее чувствах к злосчастному менестрелю…Я — отец, Ваша Светлость, и счастье дочери для меня важнее всего!

— И ради того, что Вы считаете счастьем для своей Эльзи, Вы сами уговорили ее надеть кольцо графа? — голос Бартоломью прозвучал мягко и понимающе, и маркиз согласно кивнул.

— Да, все так и было. Я попросил Эльзи всего лишь сделать вид, что она приняла предложение графа, не более того. А чтобы Огюст поверил, надеть его кольцо…

— Сколько Вы задолжали графу д'Жене? — этот вопрос мага прозвучал неожиданно жестко. Маркиз д'Анжу вздрогнул, жалобно посмотрел на слушателей, но не нашел ни в ком поддержки. Он вздохнул несколько раз и очень неохотно ответил:

— Много, господин маг, очень много! Я взял у него в долг под такие проценты, что не сумел вовремя расплатиться! Если бы я отказал д'Жене в руке Эльзи, он лишил бы меня всего имущества и засадил в долговую тюрьму… Подождите, господин главный маг, но как же сейчас? Если д'Жене посадили, то…долги можно не возвращать?

Такая неприкрытая надежда прозвучала в голосе маркиза, что Бартоломью усмехнулся.

— У графа д'Жене могут быть наследники, не так ли?

Маркиз побледнел, видимо, соображая, что договориться с наследниками может быть сложнее. чем с графом, но Форбенкс продолжил: