Чтение онлайн

— А знаешь, что я тебе скажу, подруга! Выбирай-ка ты туфли не по цвету, а по ноге, чтобы сидели изящно и ловко! А за подходящий цвет не волнуйся, с твоим волшебным платьем и ты сама, и весь твой наряд ярче всех засияете!

Озадаченная такой неожиданной идеей, графиня Роддерик не сразу с ней согласилась, но примерив еще несколько пар и выслушав от Марты, что "нет ничего точно такого в магазинах, уж поверьте мне, Ваша Светлость, я сама им объясняла и видела, что они предложить могут", решила последовать мудрому совету. Так что к приходу городского мага, вызванного, чтобы зачаровать платье Кэтрин, все покупки девушек были упакованы и, стараниями Пьера, даже уложены в фаэтоне. Оставалось только забрать платье и можно было возвращаться во дворец. Но Эвелина не теряла надежды дождаться маркизы д'Анжу, и умышленно тянула время, распивая чай с Сесиль и болтая о пустяках. Что же касается верного кучера — ему не пришлось скучать в одиночестве, ожидая своих пассажирок. Марта Рейн, неожиданно для всех, предложила напоить Пьера чаем со свежей сдобой, и увела его в комнату, где обычно обедали девушки мадам Лилье. Сегодня в ателье было тихо, Сесиль, как и обещала. отпустила своих мастериц готовиться к Балу, оставив в помощь одну только Марту.

За разговорами и чаем время проходило незаметно, но Эвелина не забывала о главной цели сегодняшнего визита. Перезвон колокольчика у двери заставил графиню радостно посмотреть на вход, и тут же вздохнуть, выдав свое разочарование. В дверях появился неизвестный Эвелине лысый маленький толстячок в круглых очках. Нелепую старомодную шляпу мужчина снял сразу, как только вошел, а теперь пытался протереть запотевшие очки концом длинного шарфа и одновременно удержать в руках снятую шляпу. Сесиль Лилье, увидев, кто пришел, немедленно вскочила с места и подбежала к толстяку, осыпая его упреками:

— Барти, соня ты этакий! Наконец-то соизволил появиться! Тебя, увальня, две знатные дамы ждут, а ты и не думаешь торопиться!

Все это мадам Лилье выговаривала, одновременно снимая с толстяка теплый сюртук и раскручивая на нем шарф, казавшийся бесконечным. Сам же Барти успел только протереть очки, а сейчас беспомощно оглядывался, пытаясь пристроить шляпу, которую он все еще держал в руках.

— Дай сюда этот нелепый предмет, который ты считаешь головным убором! — Сесиль прикрикнула на неповоротливого толстяка, быстро освободила его от ценного груза и вернулась к прежнему занятию, не переставая выговаривать благодушно улыбающемуся мужчине. — Опять ты намотал на себя столько одежек, словно подрядился изобразить кочан капусты! Барти, ну сколько раз тебе говорить — нельзя так кутаться, когда на улице совсем уже весна!

— Весенняя погода — самая опасная для тех, кто подвержен простудам, — степенным баском ответил визитер, явно похудевший после того, как с него сняли сюртук и шарф. Как будто в подтверждение своих слов, мужчина чихнул, успев прикрыть нос большим клетчатым платком, и, виновато улыбнувшись, поклонился присутствовавшим дамам. — Леди, прошу меня извинить! Хронический насморк, он, знаете ли, ничем не излечивается.

Кэти вежливо кивнула, давая понять, что не сердится на странного посетителя, а графиня Роддерик с нескрываемым любопытством рассматривала нескладного посетителя и свою подругу. Эвелину заинтересовал не столько смешной толстячок, сколько заботливое отношение к нему Сесиль, обычно не склонной к сентиментальностям или нежностям. Мадам Лилье, освободив, наконец, гостя от верхней одежды, перешла к официальным представлениям:

— Знакомьтесь, мой давний добрый приятель, городской маг Бартоломью Форбенкс! Один из лучших магов Армании, между прочим! — последнюю фразу Сесиль произнесла с такой гордостью, что Эвелина не сдержала улыбки и еще внимательней пригляделась к "лучшему магу Армании" и своей подруге. Явно было, что их связывает что-то большее, чем просто деловые отношения. Графиня задумалась, не понимая, как Сеси сумела удержаться и ни разу не упоминать Бартоломью Форбенкса в их разговорах, а мадам Лилье бойко продолжала процедуру знакомства:

— А перед тобой, Барти, моя хорошая подруга графиня Роддерик, первая фрейлина королевы Амалии, и юная фрейлина Ее Величества леди Кэтрин Брайтон! Две знатные дамы, у которых полно занятий при дворе, ждут тебя уже второй час, а тебе и дела никакого нет!

Бартоломью Форбенкс, совершенно невозмутимо, словно не было груды упреков, высыпавшихся недавно на его голову, раскланялся, поцеловал руки дамам и удостоился любезной улыбки от графини Роддерик.

Что касается Кэтрин — девушка рассматривала мага большими удивленными глазами, а когда он закончил с церемонией знакомства и выпрямился, вдруг выпалила:

— А Вы и правда маг?

Возмущенная мадам Лилье хотела немедленно вступиться, но Бартоломью, неожиданно твердо, остановил ее жестом руки и, добродушно улыбаясь, спросил девушку:

— Что заставляет Вас сомневаться?

— Ну… — смущенная Кэти не знала, куда девать глаза, но все-таки ответила, — разве есть болезни, которые маги не умеют лечить?

— Вероятно, нет, все зависит только от силы и умения мага.

— Но у Вас же хронический насморк! — Кэтрин выдала фразу про насморк так быстро, как только могла, и тут же спряталась за Эвелину, опасаясь возмездия от рассерженного мага.

Но Бартоломью, а вместе с ним и все присутствующие только рассмеялись наивности девушки.

— Вот оно в чем дело! — маг вытирал слезы, выступившие от смеха, и никак не мог прекратить смеяться. — Ох, простите, прекрасные дамы, так уж я смешлив от природы, что ничего не могу с этим поделать!

Наконец, немного отдышавшись, Бартоломью Форбенкс вполне серьезно ответил Кэти:

— Видите ли, дитя мое, маг может исцелить любого, кроме самого себя. Себя мы лечим обычными средствами, магические нам не помогают. А хронический насморк…Хронический насморк — такая гадкая болезнь, что ее никакие медицинские средства не берут!

И Форбенкс снова чихнул, подтверждая только что сказанное. Сочувствие, увиденное в синих глазах юной фрейлины, как будто воодушевило мужчину и, не обращая внимание на сердитые тычки в бок от мадам Лилье, Бартоломью увлеченно начал объяснять Кэти Брайтон, сколько сложностей таит в себе работа мага. Эвелина уже собралась прервать затянувшуюся лекцию, как Бартоломью Форбенкс взял Кэти за руку, поднял ее ладонь повыше, так чтобы кольцо принца оказалось прямо перед его глазами, и заявил:

— Вот и Ваше колечко, юная леди, стоило немалых трудов магу, создавшему на нем защитные чары! Но теперь Вы можете быть уверены, что в любой опасности Ваше маленькое колечко будет грозным оружием для того, кто посмеет напасть на Вас! И без Вашего на то разрешения, это чудесное колечко даже в руки взять весьма затруднительно, а уж носить его сможете только Вы и никто другой, так умело оно зачаровано!

Кэтрин и сама слушала рассказ мага о колечке, как зачарованная, приоткрыв рот и не сводя глаз с рассказчика. Девушка даже не подозревала, какие возможности таит драгоценный подарок и не догадывалась о его магических свойствах. А вот Эвелина, наконец, поняла, почему с такой ненавистью смотрела на шкатулку Мышильда — скорее всего, камер-фрейлина хотела примерить колечко и получила по рукам, причем, в самом прямом смысле.

— Но я ничего не знала о магии кольца, он не говорил мне… — только и могла пролепетать растерянная Кэти. Графиня Роддерик, заметив внимательную заинтересованность в глазах мага, переставшего вдруг выглядеть увальнем и растяпой, немедленно включилась в разговор, не позволяя Кэтрин сказать слишком много.

— Он просто не успел, Кэти, вы расстались слишком быстро, — мягко напомнила фрейлине Эвелина и тут же спросила мага, отвлекая его от изучения лица смущенной фрейлины. — Господин Форбенкс, так Вы считаете, что кольцо зачаровано на защиту Кэтрин?

— Вне всякого сомнения, дорогая леди! — с поклоном ответил Бартоломью. — И ставил эту защиту очень сильный маг, пожалуй, я не ошибусь, если предположу, что это был главный маг короля.

— Довольно предположений, господин Форбенкс, — взволнованная Эвелина прервала мага несколько резко. Но не могла же она позволить ему зайти в своих предположениях слишком далеко и вспомнить, что подобную магическую защиту, как правило, устанавливают только для членов королевской семьи. Что сказал Дэниэль главному королевскому магу, где он взял каплю крови Кэти, чтобы магическая защита была задействована именно на нее, графиня Роддерик могла только догадываться. Но ей совсем не хотелось, чтобы догадывался кто-то еще.