Чтение онлайн

То, что мы видим, зависит оттого, куда мы смотрим.

Л.М. Леонов

Мисс Кейтон появилась у калитки точно в назначенный мною срок. Из-под тёплого пальто её выглядывал подол тёмного платья, волосы прятались под широкополой шляпой, в руках были только небольшой саквояж и трость. Я изогнул бровь, оценивая размеры её багажа. Что ж, удивительно, но девушка, похоже, вняла моей рекомендации взять минимум поклажи. Даже мои пожитки выглядели объемнее.

– Готовы? Идёмте. Нет, постойте. Позвольте, я понесу.

Я не слишком привык ухаживать за дамами: в моём деле такая необходимость возникала нечасто. Мисс Кейтон, кажется, скрыла улыбку, наблюдая за моими джентельменскими усилиями.

– Мы с вами, помнится, ещё не обговорили цену?
– сказала она вдруг.

– Обговорим позже, в зависимости от сложности дела, - заверил я её.

Это было не в моей привычке - обычно я всегда назначал сумму заранее. Ведь сложность - это не проблема клиента. Это проблема того, кто не умеет просчитывать дело наперёд. Однако сегодня я в самом деле не знал, что сказать ей: ведь, по правде, она даже не была моей клиенткой.

Мисс Кейтон не знала этого, но за её фиктивный побег уже расплатился я сам. И плата была крайне недешёвой.

Путешествие наше было долгим, запутанным и весьма скучным. Мы сели на поезд в Виндсхилле, потом сошли за несколько станций до пункта назначения и пересели на экспресс, уходивший юго-восточнее, вглубь страны. Пользовались привычным для мисс Кейтон первым классом, выкупали купе целиком, дабы избежать лишних глаз и ушей, представлялись супружеской парой. Мисс Кейтон вначале смутилась, когда кондуктор назвал её моей женой, однако я не дал ей возразить ему, а как только мы остались наедине, доходчиво объяснил выгодность подобного представления.

"Меньше запоминающихся деталей, меньше подозрений - значит, меньше вероятность того, что случайные свидетели дадут верную наводку", - важно излагал я, зная, что никаких свидетелей леди Аннабель и её подручным опрашивать не придётся. Тем не менее впитанные в кровь навыки руководили моими действиями, даже когда это никому не было нужно.

Мисс Кейтон, кажется, прониклась уважением к моему опыту ненавязчивой маскировки и слушалась меня беспрекословно. Что ж, возможно, мы и впрямь могли бы скрыться от её вездесущих преследователей - с моим-то мастерством - однако я знал, что вся эта показательная канитель в действительности преследовала лишь одну цель: пустить пыль в глаза мисс Кейтон.

Для пущей убедительности следующей ночью я даже заставил её сойти с поезда крайне непривычным ей способом: через окно. Наблюдая, как девушка протискивается сквозь узкую щель к страховавшему её снаружи Акко, я ухмыльнулся, невольно вспоминая её наивную решимость в нашу первую встречу сбежать от меня сквозь куда меньшее окошко уборной.

Выбравшись наружу, мы оказались на совершенно безлюдной дремучей станции, и, когда поезд умчался, оставляя нас в тихой и непроглядной мгле, мисс Кейтон поёжилась, невольно делая шаг ближе к Акко. Я уже заметил, что за последние сутки она немного пообвыклась и почти перестала бояться его.

Акко тихо уркнул и подступил к ней в ответ, словно говоря, что готов защищать её от чего бы то ни было. Я лишь усмехнулся.

– Да не бойтесь вы, горе-беглецы. Не в пекло ада ведь вас затащил.

– Лучше бы в пекло, - пожаловалась мисс Кейтон, плотнее сжимая плечи руками и оглядывая пустынный, продуваемый промозглым ветром перрон.
– Здесь даже укрыться негде. Вы знаете, когда следующий поезд?

– Нескоро, но это неважно. Нам он не потребуется.

Мисс Кейтон нахмурилась.

– Что значит...

– То и значит. Мы прибыли. Почти. Следуйте за мной.

С этим я направился к выщербленным ступеням, ведшим вниз, к немощёной и слегка поросшей травой колейной дороге.

– Что это за место?

– Озёрный курорт, - ответил я.
– И без того не слишком популярный, а сейчас, в низкий сезон, думаю, мы будем здесь едва ли не единственными посетителями. До посёлка пешком около часа, мисс Кейтон. Дойдёте?

– Да, - уверенно ответила она, и я тихо усмехнулся её самонадеянности.

"Это ведь не городские тротуары, дамочка. Посмотрим, как вы заговорите спустя минут десять".

Однако, вопреки моим ожиданиям, и через десять, и даже через тридцать минут мисс Кейтон продолжала бодро вышагивать подле меня, очерчиваясь гордым силуэтом в рассветных сумерках. Я изредка оценивающе косился на неё, но она не замечала или не подавала виду.

– Когда прибудем на место, скажем, что нанимали кэб. У другой, более отдалённой станции есть застава.

– Хорошо, - ответила мисс Кейтон, коротко взглядывая на меня.

Я изучал её ещё мгновение.

– А вы неплохо держитесь для изнеженной городской леди.

– Я не леди, - поправила она машинально.
– А что до этой маленькой прогулки, то вам не стоит беспокоиться: я выдерживала и куда более трудные.

Я вопросительно изогнул брови, и она, вздохнув, пояснила:

– В детстве, когда мы жили в родовом поместье у дедушки, отец часто водил нас с Энни в походы.

– Питер?
– удивлённо вырвалось у меня, но Мисс Кейтон не стала укорять меня за фамильярность, лишь отрешённо улыбнулась.

– Было время, когда он был другим: весёлым и внимательным. Когда матушка была ещё жива...
– она осеклась и отвернулась, с неестественным интересом разглядывая окрестности.

Я не знал, что сказать на это. Я не мастер выражать сочувствие.

– Давно она умерла?

– Восемь лет назад.

– Сожалею.

Дальнейший путь мы предсказуемо проделали в молчании.

Когда добрались, уже совсем рассвело, однако в маленьком посёлке, стоявшем на берегу красивого озера, было тихо и пустынно. Ставни на окнах домишек закрыты, на дорогах - ни души.

– Сколько времени?..
– с сомнением нахмурилась мисс Кейтон.
– Быть может, вы ошиблись? Что если сезон закрыли и вся обслуга уехала до весны?

– Не переживайте, - улыбнулся я невозмутимо.
– Часть постоялых дворов и вправду закрывают на зиму, но несколько всегда остаются работать. Кое-кто из хозяев живёт здесь круглый год.

Спустя пять минут мне удалось окончательно развеять её сомнения: мы подошли к уютному коттеджу, выкрашенному в забавный светло-жёлтый цвет. Окна его, в отличие от многих, были распахнуты, и изнутри струился восхитительный запах горячего завтрака. Над дверью красовалась самодельная вывеска: "У Магды".