Чтение онлайн

Вроде бы ничего особенного, но с момента нашего знакомства я ещё ни разу не видел её столь женственной и... хорошенькой. Да, именно так: похоже, даже несмотря на несостоявшуюся помолвку, к приходу лорда Уимбли мисс Кейтон прихорашивалась основательно и долго.

Она направилась ко мне сквозь разряженную, благоухавшую и блиставшую драгоценностями толпу, и я на какой-то миг почувствовал себя крайне неуместным здесь, будто петух, забравшийся в вольер к надменным павлинам. Я никогда не стремился в это общество богатых лжецов и лицемеров, я всегда презирал их. Но в этот миг, когда мисс Кейтон шла ко мне под прицелом десятков взоров, двигаясь в наэлектризованном воздухе так естественно и мягко, мысли мои вдруг приняли совершенно необъяснимый и глупый оборот. Я подумал, что было бы, родись я одним из них?.. Вырасти я таким же холёным и развращённым, не ведающим счёта деньгам, привыкшим к поклонению и раболепству окружающих?.. Что если бы этот взор в её глазах, светлый, исполненный благодарности и надежды, сейчас в самом деле предназначался бы мне?..

Наваждению этому, разумеется, не суждено было продлиться дольше нескольких секунд. Мисс Кейтон приблизилась и осознала, кто стоял перед ней, и улыбка её в один миг сменилась выражением страха и растерянности.

Я улыбнулся ей и, поймав её руку, поцеловал пальцы, затянутые в белый шёлк.

– Добрый вечер, мисс Кейтон, - я постарался произнести это успокаивающе; впрочем, она, казалось, и сама уже успела восстановить утраченное на миг самообладание.

– Счастлива видеть вас, лорд Уимбли, - отчеканила она, прямо-таки сжигая меня взором.

Очевидно, приличия не позволили ей прямо сейчас выволочь меня за двери и растерзать в коридоре, так что вместо этого она проводила меня в зал, представляя гостям и немного напряжённо обмениваясь с ними любезностями. Я время от времени тоже вставлял словечко-другое.

Всё светское общество держится на куче условностей и приличий, и сойти в нём за своего легче лёгкого - главное знать правила игры. Никто не смел задавать мне серьёзных вопросов, никто не интересовался ни моей жизнью, ни даже делами графства Уимбли - по их мнению, такие вопросы явно были бестактными для первого знакомства. Всё ограничивалось бессмысленным обмусоливанием никому не интересных тем вроде погоды, нейтральных новостей и искусства. В последнем я, признаюсь, был совсем не силён, однако и здесь у меня была своя хитрость, которой я не преминул воспользоваться, когда возникла необходимость.

– Как вы находите последнюю работу Альфреда Джарольдиньо, лорд Уимбли?
– обратилась ко мне пожилая дама с невероятной конструкцией из кудрей и перьев на голове, улыбаясь какой-то невыносимо широкой улыбкой игрушечного болванчика.

Последнюю работу, сказала она. Вот ведь зараза. Хоть бы намекнула, кто этот Джарольдиньо - поэт или, может, художник...

– О, я полагаю, что все его работы достойны восхищения, - с важностью заявил я, так и не припомнив ничего, связанного с этой фамилией.
– Его мастерство поражает впечатление и заставляет задуматься о сущности бытия.

Так-то. Будь это писака или художник, подобная галиматья вполне подойдёт, чтобы охарактеризовать любого.

Однако, если это так, то почему несчастная старушенция внезапно взирает на меня, как на пришельца с другой планеты, а мисс Кейтон рядом прячет глаза, изо всех сил стараясь скрыть рвущуюся наружу улыбку?..

Обдумать сей факт я не успел, поскольку именно в этот момент гостей пригласили в столовую. Я вознамерился было двинуться в указанном направлении вместе с толпою, однако мисс Кейтон поймала меня за локоть и прошипела:

– А ну стойте где стоите.

– Вам невыгодно убивать меня, пока ужин не закончится, - так же тихо ответил я, склоняясь чуть ближе к ней. Мисс Кейтон промолчала, но я заметил, как лицо её немного смягчилось в тщательно скрываемой улыбке.

Как только гостиная опустела, она кивком велела лакею прикрыть двери и тотчас воззрилась на меня с выражением праведного гнева.

– Ну и что всё это значит, мистер Сандерс? Вы в своём уме?

– Вполне, - ответил я с довольной улыбкой.
– Я ведь обещал вам, что лорд Уимбли будет присутствовать на ужине, и вот он здесь.

– О, и давно у вас раздвоение личности?
– не сдержалась она, но тут же взяла себя в руки.
– Это безумие, мистер Сандерс. Что если вас кто-нибудь узнает?

– Даже если узнает, побоится сказать об этом, не сомневайтесь. Впрочем, это очень маловероятно. Моих клиентов среди ваших гостей немного, да и те весьма давние. А лорда Уимбли из присутствующих вблизи почти никто и не видел.

– Пусть так. Но вы вполне можете выдать себя какой-нибудь мелочью.

– Пока ведь не выдал, - беспечно пожал плечами я.
– Если не считать этого Альфонса Джарольдиньо, конечно.

– Альфреда, - поправила меня мисс Кейтон, и губы её против воли снова растянулись в улыбке.
– Вы в самом деле не знаете, кто это?

Я снова повёл плечами.

– Не слишком интересуюсь искусством.

Мисс Кейтон неопределённо хмыкнула, вроде бы и принимая последнюю реплику, но явно не разделяя моей точки зрения. Что ж, оно понятно: для благородной девицы, у которой вся жизнь сплошной досуг, искусство - всего лишь один из способов чем-нибудь занять себя. А мне, извините, не до того. Мне на пропитание зарабатывать нужно.

– Так что с ним не так?
– всё же уточнил я из любопытства.

– Он эпатажный художник. Прославился тем, что создаёт свои картины не вполне привычными способами.

– Какими же?
– заинтересовался я.

– При помощи собственного тела, - ответила она, и, видя, что окончательно поставила меня в тупик, пояснила: - Самое безобидное, что я слышала - как он набирал краски в рот и плевал ими в полотно с расстояния полуметра.

– Гадость какая!
– вырвалось у меня.

– Что касается последней картины, - судя по лукавому взгляду, мисс Кейтон решила добить меня окончательно, - на ней он в хаотичном порядке изобразил отпечатки различных частей своего тела. В том числе, не самых приличных. Так что ваше высказывание о мастерстве и сущности бытия...
– она вдруг хихикнула, совсем как девчонка, и рассмеялась коротко, но от души.
– Ладно, мистер Сандерс. Пойдёмте. Гости ждут нас, а если мы задержимся ещё немного, они начнут полагать, будто мы сейчас выступим перед ними с речью о помолвке.

– Может, мне и впрямь стоит произнести её?
– вкрадчиво уточнил я.

Мисс Кейтон одарила меня крайне осуждающим взглядом.

– Не вздумайте.

– Шучу, шучу, - успокоил её я.

И мы отправились на долгожданный - по крайней мере, для меня - ужин.

Накормили меня восхитительно; мне даже показалось, что готовились они к приезду не графа, а, как минимум, одного из богов. В первое время у меня, непривычного ко всем этим высокосветским застольям, возникла ожидаемая проблема с арсеналом столовых приборов, разложенных вокруг тарелки и блестевших угрожающе, будто инструменты хирурга. Однако мне, разумеется, было достаточно с прилежностью повторять выбор за остальными, чтобы не вызвать недоумённых взглядов, чем я вполне успешно и занимался. Как я уже говорил, все эти аристократические манеры и условности яйца выеденного не стоят.

К концу ужина даже мисс Кейтон окончательно расслабилась, сознавая, что моя клоунада не подверглась разоблачению. За вечер никто из приглашённых так и не узнал меня, и даже из четы Кейтонов достаточно проницательным, к моему удивлению, оказался лишь Питер. Впрочем, обнаруживать оскорбительную подмену на глазах у десятков приглашённых им гостей он, разумеется, не стал и, как мог, фальшиво улыбался мне в течение всего вечера. Наблюдать за его потугами, признаюсь, было весьма и весьма забавно.