Чтение онлайн

– Ну, у тебя же наверняка есть еще пару пробников. Испытай на себе, терять-то тебе уже все равно нечего!

Мастер алхимии помрачнел и утратил привычное дерзкое жизнелюбие:

– Что будешь со мной делать?

Эльфийский король задумчиво приподнял брови:

– Знаешь, у меня фантазия слабая. Придумай-ка сам что-нибудь поизощренней.

– Еще меня садистом называл, – хмыкнул Ойстэ.

– Ты хорошо обучил меня, мастер Оби-Ван! – парировал подменыш.

Черт его знает, был ли старожил Маг Мэлла посвящен в сакральное знание космической эпопеи Лукаса, но в ответ на шутку он все же едва заметно ухмыльнулся.

– Смотри, – деловито продолжил тем временем Дэ Данаан: – Ты самым бесстыдным способом использовал меня, заставил быть марионеткой в своем кукольном театре. Подверг риску и опасности жизнь моего ребенка, трехлетнего ребенка, между прочим. Заставил его пройти через ад…

– С каких пор тебе не наплевать на то, что там чувствует твой отпрыск? То, что когда-то пошло на пользу тебе, не повредит и ему.

– Заткнись, Ойстэ, – злобно оборвал его подменыш. – Далее. Ты обрек на смерть малолетнее существо, которому вложили в руки Глейп-ниэр…

Пикси поднял ладонь:

– Человеческий детеныш жив.

Киэнн недоверчиво покосился на него, однако затыкать рот в этот раз не стал:

– Твое счастье.

В сущности, это мало что меняло в судьбе пикси, но само по себе могло оказаться чем-то исключительно любопытным.

– И наконец (я отметаю прочь все остальные мелочи!): ты поставил под угрозу существование Маг Мэлла как такового. Ты знал о проклятье. Знал, что смерть идет за мной по пятам и что будет, если я умру раньше, чем разыщу последнего из рода Дэ Данаан. И это ооочень серьезное обвинение, пикси.

Чародей и врачеватель Ойстэ уверенно поднял голову и улыбнулся, на этот раз почти без своей извечной глумливой иронии:

– Воды Слайне остановят Мор. А ее родниками и реками совсем скоро будет пронизана каждая пядь земли.

– А если бы я не отдал ее тебе? – все еще на взводе, горячо бросил ему Киэнн.

Пикси спокойно покачал головой:

– Не настолько ты засранец.

Киэнна сразила наповал изящность «комплимента». Впрочем, пощады пикси все равно особо не ждал.

– Что будет с моей лабораторией? – бесстрастно поинтересовался он.

– У меня на нее мозгов, конечно же, не хватит? – без лишнего жеманства, напрямик осведомился король.

Рыжий маэстро с сожалением качнул головой:

– Ты долго не протянешь.

Вот так, прямо и безжалостно. Но и на том спасибо.

– Тогда выбери себе наследника, – все так же с холодком порекомендовал осужденному Дэ Данаан. – И я передам твою работу ему.

– Я могу выбрать любого фейри? – аккуратно уточнил тот.

– Да.

Пикси незамедлительно ткнул пальцем в, старательно пытавшегося вникнуть в суть происходящего, трехлетнего Ллевелиса:

– Его.

Киэнн невесело прихмыкнул:

– Плохой выбор, пикси. Ллеу, как и мне, предопределен довольно недолгий век.

Смертник вновь дерзко поднял глаза. Казалось, для него в мире опять появилось что-то, за что стоило бороться.

– Дай мне отсрочку и время, чтобы обучить его – и твой сын получит бессмертие.

Киэнн смотрел на маленького наглеца с искренним восхищением:

– Как же ловко ты торгуешься, пикси!

– Я не прошу о помиловании, – возразил тот. – Только об отсрочке.

Когда-то ты сделал примерно то же самое, Кен Дэниэлс. Кто знает, следовало ли тебе это делать, а твоей тогдашней судье – на это соглашаться. Все они – пройдохи, один другого отчаянней. Ни к одному не поворачивайся спиной. Рискуешь получить двадцать три удара кинжалами.

– Нет, – твердо произнес хозяин Глейп-ниэра. – Я больше не верю тебе, фейри.

Ойстэ равнодушно кивнул:

– Тогда сожги меня в моем собственном доме.

Киэнн не отвел убийственно-холодного взгляда:

– Якорь есть или ты домой пешком ходишь?

Чаще всего «якорь» для мага, выполняющего переход через пространство, создавал другой фейри, без «якоря» эта магия попросту не работала. Хотя, при высоком уровне мастерства, можно было создать «якорь» про запас.

Пикси кивнул:

– Есть, конечно.

– Открывай портал.

Рыжеволосый преступник покорно встал и начертил пространственную дверь в напряженном воздухе. На секунду замешкался и лишь по подтверждающему кивку короля все же переступил ее.

Неведомо когда материализовавшаяся и, судя по всему, безмолно стоявшая в дверях на протяжении всей или, по крайне мере, большей части внезапно разыгравшейся, драмы Эйтлинн тихо подошла к Киэнну и мягко тронула его за плечо.

– И не проси, Этт, – почти сразу, нервно дернувшись, угрюмо проговорил он. – Никакой пощады.

– Я не хочу терять вас обоих, Киэнн. Если он действительно спас жизнь тому человеческому ребенку – он может сделать то, что обещает.

И что? Ты в очередной раз строптиво оттолкнешь протянутую тебе соломинку? Или с готовностью купишься на брошенный тебе ломаный медяк? Ты пожалеешь о содеянном в любом случае. А потому, может быть, все же стоит решительно махнуть рукой на себя самого, свои дурацкие принципы и свою вечно выпирающую наружу гордость и просто прислушаться к словам стоящей рядом женщины? В конце концов, как там говорит древняя, почти забытая эльфийская пословица, на свой манер перефразированная чуткими, но все же несколько ограниченными французами? – «Чего хочет женщина, того хочет Маг Мэлл».

Где-то в глубине скользкого текучего проема, Ойстэ отрешенно стоял у своего алхимического столика и ждал его. Киэнн глубоко вдохнул и шагнул за ним следом. При виде вошедшего, пикси поднял вверх небольшой пузатый флакон, точно заздравный кубок:

– Ты прав, у меня действительно осталось еще немного этого самого зелья. Знаешь, я хотел назвать его «Кровью фоморов». Глупо и пошло. Но попробовать напоследок действительно стоит.

Киэнн остановил его, удержав руку, готовую поднести пробирку к губам:

– Не спеши, маэстро. Я принимаю твои условия.

Хитрая рожа пикси расплылась в самодовольной улыбке:

– Я знал, что ты – умный мальчик.

– А мне ты этого ни разу не говорил, – заметил Дэ Данаан. – Но учти, Ойстэ, – продолжил он, – если хоть один волос упадет с головы моего сына по твоей вине – ты будешь очень долго завидовать мертвым!

Рыжеволосый усмехнулся и склонился в церемониально-почтительном, хотя и по-прежнему чуть ироничном поклоне:

– Не сомневаюсь, мой король.