Чтение онлайн

– Ты всегда был моей надеждой на светлое будущее, - начала Белла. Удивительно слышать от вампира такое заявление. Светлое будущее!
– Я уже упоминала о грандиозных планах, где ты занимал главенствующее положение, но, к сожалению, судьба-злодейка, или твой приятель Дирк, разбили мои мечты. Но я нашла выход.
– Женщина сладко улыбнулась, и вновь ледяное прикосновение заставило меня содрогнуться. Она провела рукой по моей щеке, а я не смог отпрянуть, хотя непреодолимо хотел.
– К счастью, существует лаборатория, где полным ходом движется изучение вируса ликантропии. Там, как тебе наверняка известно, трудится профессор Лейн, и он достиг некоторых результатов. Думаешь, только у вас, Вервольфов, есть лазутчики?
– Я услышал сдержанный смешок. Она знает о малыше-Норме? Белла продолжала и, кажется, приступала к самой важной части рассказа: - Шпион, более преданный мне, чем вампирам, оборотням и Охотникам вместе взятым, выкрал кое-что. Это новейшие разработки, сыворотка, выведенная опытным путем. Я доверилась ученым и своему шпиону и, похоже, не прогадала.
– Она продемонстрировала пустой шприц, который всё еще держала в руке.
– Здесь был физический раствор, обогащенный ионами прустита, и он должен был изменить тебя. Большое содержание серебра убивает вирус в крови, но в отличие от чистого металла не губит весь организм.

Она на минуту умолкла и с чувством собственного достоинства воззрилась на меня. Кажется, Белла гордилась тем, что совершила, и ее не волновали незначительные нюансы, вроде моего паралича. Интересно, она действительно уверена, что прустит ликвидирует вирусные клетки и не убьет меня? Я-то чувствовал себя прескверно.

– Твой план оказался успешным, - пробормотал я, не разделяя ее восторга.
– Теперь перевоплощение мне не под силу. Но вот буду ли я жить...

– Разумеется, будешь!
– поспешно заверила вампирша.
– Я предоставила тебе второй шанс начать жизнь с чистого листа. Вновь человек! Разве не об этом ты мечтал?

Я крепко призадумался. Возможно, когда-то я был бы рад избавиться от ликантропии. Но сейчас это желание потеряло актуальность. Я давно выбрал жизнь оборотня и не хотел от нее отказываться. К тому же у меня были воспоминания о рыжем Лютиче, которых я не желал лишаться.

– Это прошло давным-давно.
– Я покачал головой, то есть слегка пошевелил ею в знак несогласия.
– Я больше не хочу быть человеком.

Белла рассмеялась, громко и звонко.

– Мой милый, - воскликнула она, - ты не будешь смертным! Я выбрала для тебя иную участь.
– Вампирша обошла кресло и, склонив голову, шепнула мне на ухо: - В незапамятные времена. Ты тогда лишь появился на свет.

Меня обуял ужас, я не мог двигаться в тот миг, когда должен был спасаться бегством. Теперь с трепетом ожидал развязки. Я знал, что она собиралась сделать, зачем украла лекарство и привезла в это мрачное подземелье. Веллинг зря боролся за меня! Мы лишь отодвинули неизбежный финал! И вот теперь он свершится. Срок Вервольфа завершен, началось время вампира.

– Долгие годы я мечтала об этой минуте, - проурчала Белла.
– Добро пожаловать в семью.

Острые клыки легко проткнули кожу человека, но не оборотня, и меня вмиг переполнил холод. Ледяной озноб прокатился вдоль тела, и нечто новое побежало по венам, заставляя кровь бурлить и тут же застывать. Вампирский яд стремительно прокладывал путь к бьющемуся сердцу, которое принялось колотиться сильнее прежнего. А ведь оно должно было вовсе остановиться! Разве не так? Я ведь умирал! Энтони утверждал, что превращение занимает несколько часов. Так вот, он врал!

Белла резко отстранилась и, не промолвив ни слова, бросилась прочь. Она скрылась во мраке, оставив меня наедине с болью и холодом. Я судорожно вдыхал воздух, желая насытится последними глотками в ускользающей от меня жизни. Скоро в кислороде отпадет надобность, я перестану дышать. Я теряю Лютича! Страшнее этой утраты нет ничего. От мысли о светлом оборотне на глазах едва не выступили слезы. Может, я имею право всплакнуть - последний раз перед смертью. Сердце стало биться медленнее и медленнее, тише и тише, после чего окончательно замерло. Я вобрал воздух в легкие, но не почувствовал облегчения, а лишь - лед, сковавший меня. Темное помещение сжалось до невероятно крошечного размера, и мрак, наконец, поглотил меня.

Мои глаза... Какой интенсивный свет! Он проникает в глубины мозга, прожигаемого насквозь. Чудовищно яркий свет красным горячим пламенем испепеляет мои глаза. Верните прежнюю темноту!

Я не мог далее терпеть жжение и жуткую муку, и открыл глаза. В помещении действительно было светло. Я увидел небольшую, площадью чуть превышающую двести квадратных футов, комнату, под потолком которой висела старая лампа накаливания. Я слышал, как громко и назойливо трещит вольфрамовая нить внутри стеклянной колбы. Сам я по-прежнему сидел в кресле. Треск отозвался резонансом в голове, а белый свет - жгучей болью. Я поморщился и в тот же момент услышал тихий сдержанный смешок.

– Добрый день, милый.
– У закрытой двери стояла Белла, держа руки за спиной, словно воспитанница пансиона.

Интересно, давно ли она наблюдает за мной? Сколько времени я провел без сознания? Как долго вампир способен стоять вот так, без движения?

– Выключи свет, - проворчал я скрипучим голосом, щурясь от болезненных лучей. Белла и не подумала выполнить мою просьбу. Она не шевелилась, смотрела мне в глаза и грустно улыбалась.

– Как ты себя чувствуешь?
– осведомилась она.
– Боль пройдет. Превращение завершено? Голоден?
– Вампирша робко шагнула вперед.

Мне показалось, что она снова чего-то страшится. Меня? Неужели в качестве вампира я тоже представлял опасность? Может, так должно быть? Или во мне опять что-то не так? Я даже кровопийцей не могу стать нормальным!

– Не знаю, - неуверенно сказал я. Я зажмурился, несколько раз моргнул. Глаза в самом деле начали привыкать к режущему свету.
– Кажется, да.
– Я с тоской вспомнил, как в последний раз бегал по лесу, гоняя зверей, впоследствии становившихся моей добычей.
– С удовольствием загрыз бы сейчас оленя, - мечтательно протянул я.

– Хочешь теплой крови?
– спросила Белла, делая очередной опасливый шажок.

– Да, - ответил я.
– И мяса, наверное, тоже.

– Мы не питаемся плотью, - осторожно возразила она. Говоря "мы", она подразумевала вампиров, конечно же.

– Мне плевать на ваши изысканные пристрастия!
– грубо заявил я.
– Я хочу распотрошить оленя или хотя бы зайца, чтобы съесть мясо.

Белла отрицательно замотала головой и шагнула еще чуть-чуть вперед. Теперь она оказалась на расстоянии вытянутой руки от меня.

– Память оборотня еще жива, - недовольно произнесла она.

– Может и Вервольф во мне жив?
– смело предположил я. Мне так претила очередная инициация, что мозг отказывался принимать происходящее за правду. В глубине души я ощущал себя оборотнем, а не мерзкой пиявкой.

– Это невозможно.
– Белла нахмурилась.
– Прустит уничтожил вирус, а я вновь обратила тебя.

– Не верю, - продолжал упрямиться я.
– Не верю, что твой план осуществился.

– Правда?
– Она усмехнулась и отпрянула на шаг.
– Я постараюсь убедить тебя. Внимательней прислушайся к своим чувствам! Взгляни на себя!
– Ее губы улыбались, но в голосе звучала горечь, будто всё вышло, не так, как задумано.

Белла резко выбросила вперед руку, до настоящего момента прятавшуюся за спиной, и я увидел перед собой нечто ужасающее, жуткое и отвратительное. Вампирша держала зеркало, которое вдруг решила мне продемонстрировать. Мои пальцы невольно впились в подлокотники кресла, и, будь это возможным, на месте ногтей вмиг выскочили бы кривые звериные когти. Я со свистом втянул воздух сквозь стиснутые зубы и вжался в кожаную спинку кресла.

Зрелище было действительно гнусным. На секунду мне подумалось, что ничего страшнее я прежде не видал. С посеребренной поверхности зеркала на меня смотрело чудовище. Я готов был биться об заклад, что это - вампир, мой покойный отец. Но нет! Там был не Себастьян. Это не он, а я! Это я сейчас смотрел на себя из зеркала, сверкая алыми, как зарево, глазами.