Чтение онлайн

— Виллиус пришёл, — передал ТаМ другу.

— Ну? И чего?

Пусть ТуТа сейчас не было видно, казалось, что он подрагивает от нетерпения.

— Да ничего. Стоит на постаменте посреди арены. Может, речь вступительную заготовил?

Но Виллиус молчал. Вместо этого он вытянул левую руку вперёд, и ладонь сжала древко длинного посоха. Этот посох целителей отличался от других: изысканный, в верхней своей половине переходящий в утончённую женскую руку с нежными пальцами. Рука выглядела настолько красиво, что на мгновение захотелось, чтобы эта рука коснулась волос. Наконец, губы Виллиуса зашевелились. Его голос ничего не усилило, и казалось, что Виллиус просто шепчет себе под нос. Из необычного посоха, словно порхающие бабочки, вылетали красивые руки. Каждая из них была неповторима: одну украшали кольца с массивными драгоценными камнями, другая была смуглая, третья, напротив, с более белой кожей. Виллиус продолжал шептать, и рук становилось всё больше. Они воспарили над ареной и зависли над ней. Зрители, затаив дыхание, задрали головы, не сводя глаз с этой странной картины. Сквозь отвратительную музыку неожиданно прорезался мужской голос.

— Виллиус? За что?

Кричащим был Нвентор — гений, который создал много полезных приспособлений, в том числе помог Виллиусу организовать бегство с загибающегося сервера. Виллиус ничего не ответил, и даже головы не повернул в сторону невысокого мужчины. Под удивлённые взгляды окружающих, Нвентор вскочил на ноги, и в руке появился что-то маленькое, светящийся ровным голубым светом. Его мускулы напряглись, словно он пытался раздавить предмет, но безуспешно. Нвентор отшвырнул его в сторону, и в руке изобретателя появился другой предмет, со свечением, близким к малиновому. Неожиданно Нвентор исчез и возник в другой точке — его перенесло через десяток рядов, и он оказался на рыжем песке прямо за спиной Виллиуса, занеся руку с материализовавшимся в ней ножом. Маленький клинок был близок, но не успел: голубая рука Виллиуса ловко перехватила атаку и уберегла хозяина от урона. Сотни зависших над ареной рук изменили свой облик. Они превратились во что-то гадкое и уродливое. Пальцы скрючились, и вместо пяти их стало семь. В ладонях прорезались рты, и ряды острых зубов клацали в унисон, издавая звук, от которого по спине пробежали мурашки. Одна из уродливых рук отделилась от остальных и впилась Нвентору в спину. Пасть без труда прогрызла себе путь, выйдя с другой стороны, из груди. Хлынувшая кровь окропила безрукавку тёмно-красным пятном, а рука втянулась обратно и начала копошиться во внутренностях. Нвентор неестественно выгнулся, и сочащийся кровью рот раскрылся в беззвучном крике. Окровавленная рука, утолив свою жажду, вырвалась из тела. Пасть с наслаждением разжёвывала голубую маленькую точку. Виллиус, даже не обернувшись, продолжал что-то шептать, и посох в его руке также изменился на что-то мерзкое. Крики ужаса разнеслись по стадиону. Кричали все — и мужчины, и женщины, и уродливые руки, словно обезумевшие хищники, устремились к трибунам. Они без разбора терзали людей, разрывая плоть и вгрызаясь в тела в поисках голубой светящейся точки. В панике зрители бросились к выходу, отчаянно колотя по дверям рукам и ногами. Чёрно-белый стадион окрашивался в зловещие кровавые тона. Возле нескольких выходов скопилась груда бездыханных тел, а выжившие поскальзывались на чужой крови и затаптывали друг друга, пытаясь спастись. Мужчина с залитым кровью лицом вонзил пальцы в хрупкое плечо пробегающей мимо женщины. Окровавленные светлые волосы разметались вокруг её испуганного и бледного лица. Мужчина жёстким рывком поставил женщину перед собой, намереваясь использовать её как живой жит, но уродливая рука прогрызла сразу два тела, а отвратительная пасть поглотила двойную добычу. Яркая вспышка озарила арену. Волшебник, чьи руки были обожжены до локтей, направил длинный посох в сторону летающих тварей. Сперва из навершия вырвался сноп искр, а затем ему удалось сотворить пылающий огненный шар, размером с человеческую голову. Он устремился к мерзким рукам, но те ловко разлетелись в стороны, и огненный снаряд лишь обуглил чёрно-белую крышу. Волшебник не остановился. Он высоко поднял посох и вырвал несколько соседних кресел, швыряя их в воздух магической силой. И эта атака не достигла цели: кресла рухнули на песок, а разъярённые руки, словно чувствуя лёгкую угрозу, впятером набросились на волшебника и растерзали его за секунду. Следом за волшебником руки безжалостно растерзали и облачённую в латы воительницу. Она искусно орудовала чёрным двуручником, а необычный клинок с десятком небольших изгибов смог отрубить несколько пальцев у одной из рук. За это быстро настигла расплата. В другом секторе с десяток рук пытались пробиться сквозь крепкую рыцарскую защиту. Девушка с распущенными каштановыми волосами сперва широко развела руки, держащие меч и щит, в стороны, словно использовала «Агрессивный крик», а потом окружила себя золотистым коконом неуязвимости. Чудовища оказались бессильны — они не могли как пробить защитный кокон, так и переключиться на другую цель. Целитель в серой мантии подхватил девочку, чьё платьице окрасилось в зловещие багровые тона, и попытался прорваться к выходу, пока девушка-рыцарь отвлекала на себя внимание. Не получилось. Виллиус не бросил колдовать, и из посоха вылетало всё больше чудовищ. Целитель даже не успел поднять посох, как руки сперва растерзали его, а затем и кроху, которую он храбро пытался прикрыть собой. Защитный кокон исчез. Девушка выставила перед собой щит, украшенный изображением белой собаки, вот только рук было слишком много, и атаковали они со всех сторон — сзади, с боков и даже сверху. Те, кто мог сражаться, зажигали очаги сопротивления в разных секторах трибун, но их сила была слишком слаба, а руки, напротив, слишком сильны. Вокруг царило настоящее безумие, парализующее безумными криками и множеством растерзанных тел. Одна из рук, воспарившая слишком высоко, заметила случайного гостя. Рука взлетела ещё выше, и за мгновение до того, как острые зубы вонзились в птицу, ТаМ отключился и вернул сознание в освещённую мягким полумраком комнату.

— Виллиус…он что…убил их всех?.. — выдохнул ТаМ, до сих пор не веря в происходящее.

Хоть ТуТ ничего не видел, он сидел белый, словно мел. ТаМ прислушался: казалось, что в ушах звенели отголоски услышанного в теле птицы, но нет. Находясь рядом со стадионом, они слышали жуткие крики тех, кого в эту секунду догрызали уродливые руки.

Вилл восседал в пустом зале Десятки. В зале царил полумрак, сотканный из мерцающего пламени факелов, свечей и каминного огня. Несмотря на сияющий день за пределами Храма, в зале не было окон, через которые мог бы пробиться яркий солнечный свет. Огромный круглый стол из белоснежного мрамора пустовал, и девять нетронутых стульев, словно верные стражи, молчаливо окружали его. Если в зале царила атмосфера напряжённого ожидания, то остальной храм гудел и напоминал потревоженный муравейник. Стайки послушников порхали из угла в угол, суетливо перенося разные предметы. Одна из послушниц едва не разбила не только свои очки в золотистой оправе, но и хрустальный куб, а парень с пугающим потусторонним взглядом крепко держал в руке что-то напоминающее окровавленную ножовку. Мастеров же не было видно, а послушники как один объясняли, что «мастера только вернулись», без подробностей.

Всё это ещё больше усилило тревогу, вызванную письмом Хэйлегура. В нём мастер требовал бросить любые дела и немедленно прибыть в Храм.

— А, Виллиус. Рад тебя видеть, особенно в здравии после вашего далёкого путешествия.

Одна из дверей неспешно отворилась, и на пороге появился Мастер Дакт. Вместо привычной роскошной мантии он был облачён в простой, больше напоминающий банный, светло-красный халат. Вилл внимательно присмотрелся к мастеру — выглядел он неважно. Правая часть лица была почти полностью покрыта сероватым пятном, такие же пятна проступали на его руках и шее. Золотые нити, украшавшие халат, тянулись к серым участкам кожи и дотрагивались до них своими кончиками.

— Приветствую, мастер Дакт, — Вилл кивнул и покачал рукой с запиской. — Тоже рад тебя видеть. Правда, выглядишь ты неважно.

— Ерунда, — отмахнулся Дакт, хотя его уставшие посеревшие глаза говорили лучше любых слов. — Ты к нам как, в гости, или привело срочное дело?

Вилл, слегка озадаченный таким вопросом, удивлённо посмотрел на мастера.

— Эм…Послушник доставил сообщение от мастера Хэйлегура, — Вилл вновь покачал рукой с посланием. — Сказал, прибыть в Храм. Срочно.

— Раз срочно, значит, на то есть причины, — туманно ответил Дакт, на мгновение напомнив Кромора, только чуть менее высокого и более волосатого.

— То есть, ты ничего не знаешь?

— Нет. Мы вернулись с длительного путешествия несколько часов назад, и это время я не видел других мастеров. Я даже не знаю, в порядке ли они.

Дакт медленно проследовал к столу, желая занять место напротив. В тот миг, когда руки ухватились за подлокотники стула, лицо мастера исказилось от боли.

— Послушник, что сопроводил меня в зал, сказал, что вы странствуете, но не сказал, где и с какой целью. Это не секрет?

— Если бы королевский двор запросил у нас отчётность, мы бы указали, что отправились в паломничество к Десяти источникам Искры, и загадочно бы объяснили важность душевного единения с ними, — Дакт понизил голос и добавил. — Но если серьёзно, мы путешествовали в мир, зажатый между десятью источниками и великим магическим полем.

— В мир? Что это за мир?

Не хватало ещё, чтобы где-то существовал третий сервер, где тоже заперты игроки наедине с другими проблемами. И двух серверов хватило с головой, да и одного было бы вполне достаточно.

— Это мир, в котором есть жизнь, и одновременно её нет, — вновь очень туманно ответил Дакт. — Но не беспокойся, это не тот мир, в который ты странствовал, и не тот, в котором мы живём сейчас. Там нет ни привычных нам существ, ни самого понятия жизни в обыденном смысле.

Дакт извлёк из воздуха мерцающий осколок и с осторожностью положил его на стол. Он был иссиня-чёрным, с неровными краями, словно оплавленный огнём элементалиста. По его поверхности пробегали трещины, через который просачивался холодный, пульсирующий свет.

— Конечно, единение с Искрой важно, и мы, насколько это было возможно, подобрались к своим источникам и провели время в уединении, но наше путешествие преследовало более важные цели: изучение того самого мира и дополнение имеющейся у нас карты, а также сбор ценных ресурсов, которые ты не найдёшь ни на одном из чёрных рынков.

Вилл посмотрел на осколок через системный прицел. На удивление, прицел его идентифицировал, а значит, с ним возможны взаимодействия на системном уровне — положить в инвентарь или использовать в крафте. Вилл бегло пролистал в памяти топовые рецепты — этот осколок в них нигде не использовался, а значит, либо он нужен для рецептов, которые по каким-то причинам ещё были недоступны крафтовым мастерам, либо же осколок необходим для чего-то иного.

«Было бы неплохо взять себе пару штук», — пронеслась шальная мысль, но пока не стоит наглеть с таким предложением. Тем более, если осколки настолько редки, вряд ли их отдадут за обычное золото.

— Понимаешь, Виллиус, в тот мир можно попасть лишь раз в год, поэтому мы стараемся задержаться там как можно дольше, что говорится, пока Искру не начнёт тошнить. Мы странствовали две недели: исследовали неизвестные земли и наносили их на карту, собирали ценные ресурсы, сражались с Опустевшими. — Дакт распахнул халат, демонстрируя рану на груди. В отличие от обычной, она не имела чётких краёв, а вокруг неё расползалось серое пятно, похожее на те, что покрывали все тело мастера. — И мы уже собирались покинуть этот мир, как вдруг…

Дакт взял осколок и спрятал его в своей системной сумке.

— Поскольку точки входа и выхода связаны, мы сразу определили путь отступления, который выводил прямо сюда, в Храм. Порядок выхода одинаков: сперва девять мастеров собирают свою силу и проталкивают через узкую точку десятого мастера, а уже он, с этой стороны, открывает путь остальным. Эту задачу мы, как обычно, поручили Хэйлегуру, но по какой-то причине он запоздал с заклинанием.

— Хм…Что-то случилось?

— А вот неизвестно. Заклинание для выхода сложное, и на открытие прохода уходит несколько минут. Хэйлегур — опытный целитель, и он не мог ошибиться, но проход так и не открылся. Более того, из-за использования большого количества концентрированной магии в этой опасной, чувствительной к магическим воздействиям, области мы спровоцировали…волнения.