Чтение онлайн

— М-мастер Дакт! — робко позвал Айонел. — Простите что потревожил, но прибыл Виллиус!

Дакт бросил короткий взгляд на Хэйлегура. Его лицо за мгновение стало чернее тучи.

— Он с тобой? — мрачно спросил Хэйлегур.

— Да, мастера, открывайте, — раздался более уверенный голос Виллиуса.

Все десять нитей вспыхнули ярче небесного диска, а затем разом исчезли, погрузив комнату в непроглядную тьму.

— Не подскажешь, сколько это стоит?

Кэхил указал пальцем на несколько длинных пирожных, вокруг которых теснились другие угощения: румяные пирожки с пышкой начинкой, ватрушки, увенчанные творожной короной, сахарные трубочки и аппетитные медовые орешки. От аромата этих яств кружилась голова, а рот быстро заполонила слюна.

— Двести двадцать золотых за штуку, но пару отдам за триста пятьдесят, — добродушно ответил парень за прилавком, глядя на них через толстые линзы круглых очков.

«Чёрт, ну и цены», — с тоской подумал Кэхил, мрачно представив зияющую дыру в системном кошельке. Ланвиа приподнялась на цыпочки, и ухо обдало её тёплое дыхание.

— Кэхил, может, не надо? — прошептала любимая. — Это же дорого!

— Я беру одну порцию, — решительно ответил Кэхил.

Перед глазами возникло большое прямоугольное окошко торга. Кэхил ввёл в своей нижней половине нужную сумму, и через три секунды двести двадцать золотых монет с беззвучным звоном исчезли в одном из карманов белоснежного фартука кулинара.

— Приятного аппетита, и желаю вам обоим такого же приятного дня, — с улыбкой ответил Бучатик, утирая мокрый лоб узорчатым платком. Даже в тени его лицо раскраснелось от жары. — О, Диана, рад тебя видеть! Чего желаешь?

— Хочу во-о-он эти орешки…

Кэхил одной рукой аккуратно взял длинное пирожное, а второй взял любимую за руку и отвёл её в сторону. Не только они хотели полакомиться вкусными угощениями от самого Бучатика, кулинарные таланты которого нахваливали многие игроки, так что лучше не мешать и скрыться в прохладной тени под козырьком одного из зданий.

— Чтобы тебя не мучала совесть, я, как добытчик, первым опробую эту громадину.

Кэхил аккуратно откусил от верхушки длинного, почти по локоть, пирожного. В памяти всплыло воспоминание — далёкое, почти призрачное, хотя ему было всего несколько дней. Незадолго до релиза игры, сильный аппетит и не менее сильная лень вынудили забежать в булочную у дома. К трём небольшим круглым пиццам были докуплены и четыре небольших пирожных, каждое длиной с указательный палец. Несмотря на вкусную шоколадную начинку, внутри её было немного, а другую половину занимала пустота. Бучатик же начинки не пожалел, а может, Система не допускала халтуры в кулинарном ремесле. Купленное пирожное переполняла аппетитная начинка из небесной клубники, росшей на самых высоких точках игрового мира и славившейся лёгким, неповторимым вкусом. Сладость, искусно переплетённая с едва уловимой кислинкой, была бесподобна, а нежная начинка таяла на языке, оставляя волшебное послевкусие.

— Как же это прекрасно… — блаженно вымолвил Кэхил, облизывая губы и пальцы. За такое угощение было не жалко отдать триста и даже пятьсот золотых. — Ели сдерживаюсь, чтобы за несколько мощных укусов не съесть всё.

С улыбкой, Кэхил протянул длинное пирожное любимой. Несмотря на длину, Система не давала ему надломиться, а ярко-розовая начинка не стекала с надкусанной части и оставалась внутри.

— Давай хотя бы вместе съедим? — предложила Ланвиа, перенимая угощение. — Я одну половину, а ты другую. Ты ведь так потратился!

— Нет, — решительно ответил Кэхил. — Я таких вкусностей наелся в своём мире. И даже не думай о стоимости. Помнишь я рассказывал про выбитый амулет? Вот лидер нашей группы сегодня продал его и прислал мне мою часть, так что я могу позволить себе угостить любовь всей жизни, особенно в этот праздничный день.

Ланвиа прищурила чарующие янтарные глаза, словно оценивала услышанные слова на правдивость.

— Хорошо, — успокоилась Ланвиа и, наконец, откусила кусочек от длинного пирожного. На мгновение любимая прикрыла глаза от удовольствия, а на краешке губ застыла сладкая клубничная начинка.

Сказанное было правдой наполовину. Будучи хилом в более жестоком мире, где смерть в игре означала смерть в реальном мире, найти себе группу было несложно. Всего через полтора часа после размещения объявления на специальной доске, на почту пришло письмо от лидера одной из пати с предложением поиграть вместе. Их было трое — танк, страж и элементалист, и парни искали замену целительнице, которая влюбилась в танка из другой пачки и перебралась к нему в консту. Ребята оказались нормальными — в меру весёлыми, в меру серьёзными, а главное, неплохо знали свой класс. Два дня назад, на выполнении одного из квестов, им выпал амулет с сильной характеристикой на уменьшение времени перезарядки способностей. Несмотря на редкость этого стата, он встречался в мифическом крафтовом амулете через семнадцать уровней, поэтому выбитая находка не стоила космических денег. Продать его удалось за пять тысяч золотых, которые пришлось разделить на четыре человека. На бумаге тысяча с лишним на каждого, но от этого пришлось отщипнуть большой кусок на починку снаряжения, расходы на зачарование и алхимию, и вот уже от заработка ничего толком и не осталось. И всё-таки, удовольствие, с которым Ланвиа ела пирожное, осторожно, по кусочку, растягивая наслаждение, стоило всех денег на свете. Она много времени провела в мире, где всё было очень плохо с едой, более того, если считать, что её жизнь на самом деле началась с включения серверов, то есть одновременно с пробуждением Пожирателей, она в принципе не ела ничего столь же вкусного. Даже после побега из разрушающегося мира они постоянно экономили, так что когда, как не сегодня, радовать любимую такими угощениями.

Но даже среди счастливой Ланвиа и царившей вокруг радости в голове невольно кружились мрачные мысли. Большую часть обязанностей приходилось тянуть на себе, и дело было не только в том, что это «по-мужски». Оказалось, что в заработке игровой валюты НИПы обладали куда меньшей гибкостью. Игрок мог быть разносторонним, и всё упиралось лишь в желание и навыки. Хочешь, выполняй простые квесты, хочешь, монотонно зачищай споты, хочешь, следуй лучшему соотношению «золото — затраченные усилия и время» и закрывай ежедневки, которые при грамотном подходе пролетались за полтора часа. Были и те, кто торговал и крафтил внутри безопасной зоны, и их уровень больше года не поднимался выше пятнадцатого. Не обязательно было заострять внимание на чём-то одном, и при желании игрок мог вольно переключаться между разными способами заработка. НИПы же не только хуже ориентировались в выгодных способах обогащения, но и, как правило, следовали одной модели, не принимая в расчёт другие. Прожившие здесь год игроки рассказали, что долгое время НИПы этого мира вели себя именно как НИПы в других компьютерных играх — они разговаривали шаблонными фразами, жили по заскриптованному распорядку и передвигались по заготовленным маршрутам, но в один день что-то случилось, и их разум пробудился. Появилось что-то, что назвали осмысленностью, но, несмотря на это, ими словно и дальше управляли скрипты, засевшие глубоко в голове. Ланвиа была с другого сервера, но похожее было и в её поведении. По внутриигровому лору она была рыцарем и помогала нуждающимся, и не всегда за деньги, и такой же модели она следовала и дальше. Кэхил бросил взгляд на любимую, соблазнительно слизывающую с пальцев клубничную начинку. Судя по наблюдениям, она будто не могла перестроиться и отбросить свой образ мышления, наполнив благие дела корыстью. Да и как неигровой персонаж, она просто не знала, что такое «фарм» и «гринд», а если и знала, то не в том понимании, в котором их представляли игроки. Те крохи, что зарабатывала Ланвиа, уходили на обновление снаряжения и его починку, и после окончания работ по обновлению стадиона всё стало ещё хуже, поскольку отпал стабильный приток еды и денег. Все прибывшие неигровые персонажи остались предоставлены сами себе, забытые и брошенные. Кэхил поднял взгляд на огромный чёрно-белый стадион, отбрасывающий внушительную тень. Сегодня всё может измениться. Состоится праздник именно в честь новых гостей, и поговаривали, что на празднике будут сделаны важные заявления, которые помогут попавшим в тяжёлое положение беглецам, оставшихся без дома и средств к существованию. У Ланвиа есть любимый мужчина и муж, но были и те, у кого не было никого.

Кэхил скользнул взглядом по распущенным каштановым волосам любимой, и устремил взгляд чуть дальше. Праздничная атмосфера всё же вытесняла мрачные мысли. Оживлённая толпа сновала туда-сюда, и где-то в гуще разношёрстного калейдоскопа лиц раздался глухой хлопок, сопровождаемый весёлыми криками и ярким снопом разноцветных искр. Раскрасневшийся Бучатик с трудом успевал обслуживать всех желающих, и возле его прилавка столпилась небольшая очередь, хотя он был не единственным, кто решил подзаработать в этот день. Вокруг чёрно-белой громадины, то на солнце, то скрываясь в его тени, раскинулось множество палаток и лавок. Соблюдая баланс, другие жители и игроки петляли между торговыми переплетениями и отдавали своё золото. В основном все брали что-то перекусить, но находились и те, кто покупал всякие безделушки вроде «Жезла драконьих искр» и «Волшебного грима», который при использовании на час наносил на лицо клоунский грим. От толпы то и дело откалывался небольшой ручеёк, текущий к одному из нескольких входов на стадион. У входа, который был к ним ближе всего, стояло четыре стражника в золотистых доспехах, и на солнце могучая броня ослепляюще блестела. Каждые двадцать с небольшим минут стражники меняли друг друга, поскольку стоять так долго под палящим солнцем было опасно. Вместе с четвёркой, уже в тени входа, стоял игрок с седыми волосами, которые издалека казались то белоснежными, то серыми. Один из самых известных рыцарей игры и друг Виллиуса держал в руке линзу с длинной ручкой. Он смотрел сквозь неё на грудь каждого желающего попасть на стадион, и если стекло вспыхивало ярко-зелёным, то Брэйв кивал, и стражники пропускали НИПа. Если же предмет быстро мигал агрессивным красным свечением, то путь на стадион был закрыт. Праздник только для прибывших НИПов — вот главное условие, которое вызвало у кого-то непонимание и даже обиду. Праздник же на то и праздник, чтобы быть для всех, однако организаторы хотели выделить несправедливо забытых беженцев. Проникнуть на стадион не мог никто, хотя не было до конца понятно, как стража будет обеспечивать порядок. На входе, занимая весь проём, стояла чёрная прямоугольная рамка, которая, видимо, не должна была пропускать невидимок. Врождённые способности разбойника и зелье невидимости будут бесполезны. Пройти с Ланвиа не выйдет. Стой снаружи да жди, и неизвестно, сколько продлится праздник. Может, час, а может, и все три. Скорее всего, за время праздника Аномалии успеют смениться два или даже три раза. Вокруг стадиона было много естественных укрытий, а те, кто будут на празднике, спрячутся от аномалий за задвигающейся крышей. Кэхил выглянул из-за козырька, щурясь от слишком яркого солнца. На безупречно чистом небе, рядом с ослепляющим диском, было что-то ещё. Если солнце напоминало яркую точку, то вот большой красный шар в небе уже стал в несколько раз больше, и с каждым днём он тревожил игроков всё сильнее. Этот шар вырос до таких размеров, что иногда солнце или луна полностью скрывались за ним, и мир ненадолго погружался во тьму. Выглядел тёмно-красный шар неестественно, жутко, и что пугало сильнее всего, его рост даже не думал замедляться.

«Ладно, всё равно ты не сможешь повлиять на эту хреновину», — подумал Кэхил, прячась обратно в прохладную тень. Главной заботой сейчас были не Аномалии и странный диск, и даже не заработок золота для выживания в недружелюбном виртуальном мире. Важнее всего сейчас был необычный предмет, который одновременно и согревал системный инвентарь, и отягощал его. Пока всё было слишком уж хорошо. Обычно в таких сложных ситуациях злодеи обманывали наивного добряка, который послушно выполнил их поручение, однако, Альт не обманул и передал необычную флешку. В последующие дни не отпускали сомнения в её подлинности, но всё складывалось так, что и в этом обмана не было. Главной трудностью стало то, что для переноса сознания Ланвиа требовалось подготовить флешку, и подготовка состояла из долгих двадцати пяти шагов. Это сразу напомнило систему улучшения в одной из онлайн-игр, в которой прокачка оружия строилась не на банальной системе шансовой заточки, а через определённые задания. Вот тебе список данжей — сходи в каждый по десять раз, и оружие станет немного сильнее, а также приобретёт красивое свечение. Вот тебе список мобов — убей их по тысяче, и оружие станет ещё чуть сильнее, а свечение станет ещё более красивым и редким. Купи за особую валюту специальные предметы. Зачисти по тридцать раз специальные ивентовые зоны. Собери редкие минералы с респом в самых разных углах карты и направь томящуюся в них силу в очередное улучшение. В каждом дополнении был свой список заданий, а количество ступеней и сложность постоянно варьировались. Шаги для активации флешки пока не требовали жёсткого боевого гринда, но были довольно специфическими и непростыми. На первый шаг ушла неделя — потребовалось спуститься в пустующую Пещеру вечности и разыскать там потустороннее зеркало с чёрной поверхностью. Каждый день на протяжении недели нужно было стоять перед этим зеркалом по два часа, держа флешку в левой руке. Радовало, что Ланвиа помогала по мере возможностей. Всё недопонимание, вызванное ситуацией с Грати, пропало, словно его не существовало вовсе. Даже внутренние уколы совести теряли свою остроту. Принимать своё зло легче, когда не сталкиваешься с его последствиями. Если бы каждый день перед глазами были все те ужасы, через которые, возможно, проходила бедная девушка, сердце разорвалось бы на части, а всё внутри прокляло бы душу, но Грати далеко, скорее всего, в соседнем королевстве, и крики её не были слышны. Жизнь текла дальше, словно ничего не произошло, а раз так, разум быстро успокоил себя, убедив, что злодеяние было совершено во имя большой любви. Все мысли были заняты особой флешкой и на шагах к пробуждению её силы. Они с Ланвиа лишь в начале пути. Предстояло пройти по длинной дороге, и по самым скромным прикидкам, на все двадцать пять шагов уйдёт несколько месяцев. Это напрягало, но поскольку никто и близко не подобрался к выходу из игры, это время у них есть, а сложность лишь убеждала в том, что Альт передал действительно могущественный предмет.

— Что, вкусно? — поинтересовался Кэхил.

Ланвиа откусила ещё один аккуратный кусочек, такой крошечный, что даже ребёнок куснул бы больше, и радостно закивала. Любимая смаковала каждый укус, растягивая удовольствие. Обычный человек справился бы с пирожным за полминуты, но Ланвиа оставила от угощения добрую треть.

— Когда была маленькой, мама готовила мне любимые лепёшки с ягодами, но это не менее вкусно! У того мужчины золотые руки!

«Ага, или он прокаченный кулинар с множеством изученных рецептов», — про себя усмехнулся Кэхил. Не стоит портить восхищение возлюбленной чужим талантом, да и объяснить ей, что такое крафт и прокачка профессий, будет непросто.