Крылья ведьмы. Чары и Пламя
Шрифт:
Взгляд капитана изменился, став жестким и пронизывающим. На секунду показалось, что между нами сейчас полетят искры.
Энгерран ухватил меня за плечи и притянул к себе. Кажется, за время нашего яркого диалога он позабыл, для чего меня вызвал, но теперь внезапно вспомнил.
– Что заставило вас признаться, что вы видели Вайна той ночью и он был у вас? Какие отношения у вас были с этим парнем?
Я замерла. Сердце ухнуло куда-то вниз, а потом подскочило к горлу. Энгерран был слишком близко. Я чувствовала яростное биение его сердца и тяжелое дыхание.
«Признаться? Но как? Как отреагирует на мою правду Энгерран? А разве не хуже, если он решит, что у меня были какие-то отношения с Вайном?»
– Что произошло на площади такого, что вам было легче признаться во лжи? – прогремело у меня над ухом.
Я молчала, судорожно пытаясь придумать ответ.
– Вы делаете мне больно, – выдавила я сквозь зубы.
Капитан не ослабил хватку. Наоборот, он обхватил меня, прижимая к себе, и одной рукой зафиксировал мое лицо, держа его за подбородок.
– Я повторю вопрос, – сказал он, практически касаясь губами моих губ. – Что произошло на площади, Рейя? Лучше, если вы признаетесь мне, и мы вместе придумаем, как с этим быть. Жрец Лойс не сможет долго молчать. Владыка не дурак. Я чувствовал, насколько вам было трудно признаваться. После принудительного разговора с Владыкой, Лойс раскроется. Скажите мне правду, Рейя, прежде чем это узнает Изарт.
– Ведьмовство, – едва слышно произнесла я. – Я применила ведьмовство.
Дракон вздрогнул, словно я дала ему пощечину. Искры в глазах замерли, и зрачки изменились, став совершенно драконьими.
– Вы так легко нарушили клятву, чтобы спасти измененного? – Капитан судорожно выдохнул. – Что вас с ним в действительности связывало, Рейя?
Я попыталась отрицательно качнуть головой, но ее все еще удерживал капитан. Я смогла только сказать:
– Ничего. Клянусь. Мы просто учились вместе. Он по-доброму относился ко мне.
– По-доброму? – болезненно усмехнулся Энгерран. – К вам он, видимо, приходил для того, чтобы вы оценили всю его доброту. Вы солгали ищейкам, Рейя. На что вы еще способны? Так же легко отречься от клятвы, не причинить вреда драконам?
Меня начало трясти. От обиды. От злости. От несправедливости. От того, что я поняла, что разочаровала Энгеррана, и все равно была уверена, что поступила правильно. Меня не в чем обвинять. Он не имеет права так говорить со мной.
– Нет! Но это был Вайн, – дрожащим от напряжения голосом произнесла я. – А ищейки… Разве они стали бы разбираться? Вы сами прекрасно понимаете, что я уже сидела бы где-то в казематах, подвергаясь пыткам, и из меня выбивали бы несуществующую правду о исчезновении Вайна! И если вы считаете, что я виновна в том, что не смогла позволить убить того, кто сидел со мной почти за одной партой, то можете прямо сейчас сдать меня ищейкам и Владыке. Потому что при всем вашем желании я не смогу уничтожить в себе кровь ведьмы. Она, в отличие от вас, более справедлива!
На последних словах мой голос уже звенел. Я не позволила ни одной слезинке выкатиться из моих глаз, хотя хотелось разрыдаться. Но я лишь яростно сжимала кулаки.
Огонь в глазах Энгеррана вспыхнул вновь, но совсем по-другому. Ярко, пламенно, отражая в себе мое искаженное лицо.
– Вы правы, Рейя, вы совершенно правы, – произнес он тяжело. И совершенно неожиданно его рука скользнула по моему лицу, грубо проводя по коже и обвивая мою шею. А в следующий момент его губы накрыли мои.
Поцелуй был жарким, жадным, торопливым, словно дракон боялся, что я сейчас ускользну из его рук. Он прижимал меня к себе с такой силой, что я ребрами ощущала его пальцы. И все же я не оттолкнула его. Я хотела бы оттолкнуть…
Нет, вранье. Не хотела.
Жар Энгеррана опалил меня внутри, заставляя дрожать еще сильнее, но уже от внезапного желания обнять в ответ, зарыться пальцами в его волосы и целовать, целовать, целовать…
Я никогда не испытывала такой горячечной страсти. В миг позабылся весь разговор, обида, мир вокруг разорвало на сотни пылающих огней, опаляющих все мое тело. Я ощущала вкус губ Энгеррана и тонула в нем, желая поглощать его еще и еще. Его запах. Запах кожи и холодной стали. Запах моего желания. Губам было больно от ярости и жадности дракона. Боль разжигала огонь где-то внизу живота и раскрывала там горячие крылья, уносящие меня в мир дикого желания.
«Целуй, целуй, целуй меня жарче, прижимай меня к себе крепче. Я хочу этого», – пульсом билось в сознании.
Прекратилось всё столь же внезапно. Энгерран отступил от меня и отшатнулся, но тут же снова повернулся и обнял, уткнувшись лицом в мои волосы. Я тяжело дышала, но всё же обняла капитана в ответ, проводя пальцами по его волосам и чувствуя его тяжёлое дыхание.
Мы стояли так несколько минут, стараясь успокоить взбесившееся влечение. А потом Энгерран прикоснулся носом к моей щеке и шумно вдохнул.
– Вы бесподобно пахнете, Рейя.
– Я… – у меня голос сел.
Богини, остановите стук моего сердца. Он же его слышит, как и мой учащённый пульс.
Энгерран провёл рукой по моей спине до шеи, запустил пальцы под волосы.
– Простите, Рейя, – глухим шёпотом произнёс он. – Я не должен был. Я стараюсь находиться подальше от вас, потому что не могу сдерживать своё желание. Меня трясёт от вашего запаха. У меня волосы на коже дыбом встают, когда вы пристально смотрите на меня. Я схожу с ума от одной мысли, что вы можете пострадать. Ведь я не имею права быть рядом с вами. Но это не запрещает мне заботиться и переживать о вас.
– Почему вы не имеете права? – тихо спросила я.
– Потому что моё место – рядом с теми, кто защищает эту страну. И я каждый день встаю с мыслью, что могу не вернуться сюда. Я не имею права давать вам надежду, сам её не имея.
И снова тишина, лишь наше дыхание. Ночь полностью поглотила закат, и теперь мы стояли двумя серыми тенями, склоняясь друг к другу. Я понимала, что любое моё слово сейчас станет лишь вырвавшимся из груди стоном.
«Богини… Почему именно так?»
Энгерран, словно услышал мои мысли, отстранился, внимательно глядя на меня. Как только он отпустил меня, я пошатнулась и чуть не упала, но снова оказалась в объятиях серого дракона. Он приподнял мою голову за подбородок. Я смотрела в его синие, синие глаза и внезапно поняла, что хочу и дальше в них смотреть. Последние дни я очень много думала об Энгерране. Слишком много… Настолько, что он поселился не только в моей голове, но и в сердце, которое откликалось бешеным стуком от одного только взгляда на него.
– Рейя, – глухо проговорил дракон. – Вы должны понимать, что я не смогу в достаточной мере уделять вам внимание, хотя отныне постараюсь это делать. Моя страсть к вам не позволяет мне нормально мыслить, а это недопустимо для капитана гвардии Владыки.
– Только страсть? – одними губами спросила я.
– Нет, – тяжело выдохнул Энгерран. – Во время того злополучного разговора, в комнате, вы задели меня не словом. Я понял, насколько мне важно ваше мнение и то, что вы думаете обо мне. Мне важны вы. Но я капитан гвардии Владыки, моё место – на войне. А вы…