Чтение онлайн

Ведьмовство. Шикта спрашивала о нём: насколько оно сильное во мне, какими знергиями я пользуюсь, умею ли наводить порчу… Что-то просила показать.

Память услужливо подсказала мою уверенную фразу, сказанную фаворитке:

– Я не использую ведьмовство, а учусь драконьей магии.

Потом – полная темнота.

Я застонала, поднимая голову с подушки. Что-то было в том чае… Та самая ягодная нотка. Но зачем?

Я с трудом повернула голову к окну. Сквозь распахнутые занавески было видно солнце у горизонта. Я застонала. В моё окно был виден закат, а не рассвет. Я проспала весь день.

«Чтоб Шикте икалось до самой драконьей задницы! Представляю, что обо мне подумал Лойс, когда я не явилась на занятия».

– А я пыталась вас будить, – раздалось рядом. Я скрипнула зубами от сковывающей виски боли и повернула голову. В кресле в углу сидела Таймира, задумчиво смотря на меня.

– Как я вернулась? – поинтересовалась я едва слышно. Каждый звук, произнесённый мною, приносил мучения.

Метаморф криво усмехнулась:

– Я вас принесла. Смотрю, время уже позднее, а вас нет. Пошла искать – нашла у этой, – она зло усмехнулась. – Подстилки Владыки. Забрала.

Я удивилась прямоте охранницы. А она ещё и смелая.

– И Шикта ничего не сделала тебе?

– А что она может сделать мне? Я не подчиняюсь Шикте, – самодовольно заявила девушка и тут же хмуро добавила: – Вас чем-то опоили.

– Это я уже поняла, – простонала я. – Не понимаю, зачем.

– Чтобы подорвать ваш и без того хрупкий авторитет, – спокойно заявила Таймира. – Магистр Лойс дважды за вами отправлял. Потом сам приходил.

– Что ты ему сказала? – я замерла в напряжении, отчего в висках ещё сильнее застучали бешеные молоточки.

– Сказала, что вы отравились, попробовав в саду ягоды живаглота. У нас такие есть, давно уже пытаются вывести, а они всё прорастают. Вроде магистр поверил. Но вы же понимаете, что о Шикте я рассказать не могу. Она останется безнаказанной, а вы пострадаете. Это хорошо, что я здесь была. Если бы Лойс увидел вас в таком состоянии, да ещё с явным запахом бормотухи…

– Но я не пила вина, – выдавила я обреченно.

– Пили, не пили, какая теперь разница, – пожала плечами охранница. – Шикта что-то задумала против вас. Виверны подлые. И компаньонки у неё как на подбор, все в хозяйку. Иногда смотрю на них и по глазам вижу – мерзостные твари, такие и подставят, и нагадят, без зазрения совести.

– Это я знаю, – вздохнула я. – Но Энгерран попросил меня быть рядом с ней.

Таймира задумалась.

– Навряд ли господин Энгерран ожидал, что она рискнёт так открыто вас травить. А вот то, что вам хорошо бы понаблюдать за фавориткой, с этим я согласна. Друзей держим рядом, а врагов ещё ближе. Разве что постарайтесь больше не есть и не пить с ней.

Охранница поднялась. В её руках каким-то непонятным образом оказался кувшин. Девушка подошла ко мне, держа его одной рукой, а второй помогла мне приподняться и сесть.

– Пейте, это ваша тётушка Хлоя передала. Она приходила узнать, где вы, привыкла, что каждое утро к ней заходите, а сегодня не пришли. Капитан Энгерран говорил, что она ваш друг. Я ей всё рассказала. Настой сделала её дочка Лиза, обещала, что от яда поможет.

– Если Лиза, то точно должно помочь, – пробормотала я, припадая губами к горлышку кувшина. Напиток был слабосолёный, кислый. Лиза действительно толковая лекарка и обязательно станет чудесным целителем. Она всё сделала правильно и травы подобрала хорошие – я чувствовала их привкус.

За окном снова раздались крики, раскалывающие мою голову на части.

– Что там происходит? – поморщилась я и залпом выпила треть кувшина настоя. С облегчением выдохнула, ощущая, как травяной отвар начинает действовать, расслабляя и снимая головную и мышечную боль.

– Ведьму привезли, – покосившись на меня, осторожно ответила Таймира. – Через сад ведут. Все дворовые вышли посмотреть.

Я захлебнулась остатками настоя и уставилась на девушку.

– Ведьму?

Та кивнула.

– Ночью был бой на северной заставе. Много раненых и убитых.

Кувшин в моих руках дрогнул. Таймира успела его подхватить.

– Жив, – сказала она, заметив моё явное беспокойство. – Нападавших на заставу сопровождала древняя ведьма. Невесть как она смогла тайно попасть в смотровую башню и пробраться к воротам. Открыла их. Говорят, что всё это было в таком мраке и тишине, что сторожевые не сразу заметили. Но всё же драконы смогли удержать границу, хотя многие пострадали, к тому же одну из приграничных стен разнесло в дребезги. Сейчас там срочные восстановительные работы. Ведьму удалось захватить. Капитан Энгерран доставил её во дворец. Совет жрецов пожелал допросить её перед тем как отправить на костёр.

– Её ведут в верховный зал? – я села. Странное, вяжущее беспокойство начало тянуть изнутри.

Таймира кивнула.

– Да, жрецы уже там. Казнь в любом случае состоится, но у них есть к ней вопросы. Я видела ведьму, когда её выводили из клетки у дворца, – девушка посмотрела на меня. – Она совсем не похожа на вас. Иная. Жуткая.

Я никогда не видела других ведьм, кроме себя. Но сейчас, непонятно отчего, на душе заныло, рвануло с такой силой, словно моя внутренняя ведьма хотела вырваться из кожи. Она вонзила в душу острые когти и потянула её туда, к залу.

Я решительно скинула одеяло.

Богини, да будет Лиза счастлива, настой вышел отменный – голова заметно прояснилась, и боль почти прошла.

Таймира схватила меня за руку, поняв, куда я собралась.

– Не стоит. Владыке и жрецам это не понравится.

Я взглянула на охранницу.

– Не останавливай. Я нутром чувствую, что должна её увидеть. Я должна быть там. Объяснить не могу. Тревога у меня.

Метаморф всего минуту созерцала меня и кивнула.

– Я иду с вами, – с готовностью отрапортовала она и подмигнула мне. – Я знаю, как подойти к залу незамеченной.

Глава 43

Ведьма стояла посреди зала. Теперь я понимала, что имела в виду Таймира, говоря, что она совсем не похожа на меня. Это была очень древняя ведьма. Чары, судя по её виду, совсем не светлые, исказили женские черты, наложив на них отпечаток тёмной магии. Её лицо было испещрено глубокими морщинами, кожа провисала образуя складки. Усугублял вид длинный крючковатый нос и узкие, прищуренные глаза. Волос почти не осталось – лишь жидкая седая пакля. Щёки впали, а узкие губы кривились в злорадной усмешке, глядя прямо на стоящего в нескольких шагах от неё Энгеррана.