Чтение онлайн

Я улыбаюсь волчьей улыбкой.

— «Гнездо для груди».

Смех вырывается из нее громкий, счастливый, он наполняет комнату и меня разрывает от безумной радости.

Она все еще улыбается, когда снова появляется Мерфи.

Он кладет телефон на стол.

— Что происходит?

Я немею, пытаясь прочитать по его лицу, что он чувствует.

К счастью, Лола задает вопрос, который должен был задать я:

— Как прошел звонок?

Мерфи беспечно пожимает плечом.

— Она не ответила.

Злость, которая бурлила во мне, мгновенно возвращается — теперь уже ключом. Я почти взрываюсь, но Лола снова сжимает мое колено.

— Мы можем поехать домой? — тихо спрашивает Мерфи. — У меня уроки.

Черт, как же это все ненавижу.

Я встаю, пальцы сжимаются и разжимаются.

— Я уберу.

— Не надо, — Лола качает головой. — Я сама. Спасибо, что привез ужин.

Я киваю. Это максимум, на что способен. Слова сейчас не даются.

Лола отодвигает стул и идет к двери, где Мерфи ковыряется в рюкзаке.

— Какую книгу тебе дала учительница?

— Первую про Перси Джексона. Кажется, «Похититель молний».

— О, — она складывает ладони и улыбается. — Потом расскажешь, что думаешь. Я никак не решу, кто мне больше нравится — Аннабет или Гроувер. Они оба смешные. А сцена с Медузой — точно лучшая.

Глаза у Мерфи вспыхивают.

— Ты читала?

Она кивает и раскрывает руки.

— Обнимешь?

Мерфи буквально падает к ней на грудь. От этого зрелища сердце сжимается так больно, что я боюсь — оно сейчас захлопнется. Я прочищаю горло и делаю вид, что изучаю кухню, пока не возьму себя в руки.

Когда наконец снова поднимаю взгляд, Мерфи уже уходит в коридор, а Лола стоит у двери, придерживая ее.

— Спасибо, — шепчу я.

Она похлопывает меня по груди, пока я прохожу мимо.

— Без кошмариков тебе.

Я резко останавливаюсь и хмурюсь.

— Что?

— Сладких снов, Кэл, — она приподнимается на носки и целует меня в щеку, выбивая из меня всю дурь.

Я и не пытаюсь скрыть улыбку, что тянет губы.

— Что Лола хочет, то и будет.

Лола

Резкий звонок разносится по комнате, заставляя меня вздрогнуть. На экране высвечивается Судебная система Нью-Джерси — я бросаюсь к телефону. Два часа жду, когда помощник судьи Кабельо перезвонит.

— Мерфи и Мэхон.

Через две секунды после начала разговора я обрываю мальчишку.

— Вы серьезно хотите сказать, что судья до сих пор не подписал новое определение?

Кэл, сидящий напротив меня — да, он пересел со мной в переговорную, как и обещал, — замирает, уставившись на меня. В руках у него — в рамке — фото Мерфи и Ти Джея, он держит его в нескольких сантиметрах над столом.

Я изо всех сил стараюсь его не замечать. После вчерашнего это и так было сложно. А теперь, когда он с такой умильной старательностью украшает наш офис семейными фотографиями, во мне поднимаются чувства, которых я не хочу.

Снимок у самого входа — хорошая идея. Там трое парней с Терри. Но когда он повесил фото его отца и меня с прошлогодней рождественской вечеринки, у меня в горле встал ком.

Да. Я определенно игнорирую бурю эмоций внутри. Мне нужен Кэл-чудо-в-нагрузку, как и раньше. Эта версия Кэла, от которой у меня предательски покалывает в местах, где не должно, — должна исчезнуть.

Он приподнимает бровь, и мой коварный желудок делает кульбит.

Отчаянно борясь с этим притяжением, я опускаю взгляд на стол и на ручку, которой постукиваю по юридическому блокноту.

— Ну… — бормотание помощника еле слышно из-за моего бесконечного стука. — Мы над этим работаем.

Раздражение во мне — живое, дышащее существо. «Работаем», черт возьми. Уже два месяца нашего клиента — у которого нет детей и, соответственно, алиментов — достает пробация (*Пробация — это мера наказания, при которой осужденного оставляют на свободе под надзором, давая ему шанс исправиться без тюрьмы.) из-за «задолженности», которую они вдруг насчитали. И только через пару недель после начала этого цирка, когда пришло письмо, бедный Ховард вообще узнал, что происходит.

Проблема — результат ошибки в канцелярии судьи Кабельо. И по какой-то чертовой причине он не торопится эту ошибку исправлять.

— На дом нашего клиента вот-вот повесят обременение из-за алиментов на ребенка, которого не существует. Вы это понимаете? — ярость у меня ничем не приглушить.

— Надеемся, что скоро.

Я стискиваю зубы.

— Мне нужно сегодня.

— Я поговорю с судьей, — он кладет трубку, прежде чем я успеваю потребовать «прямо сейчас».

Черт. Значит, придется звонить в пробацию и надеяться, что мне удастся выпросить у них притормозить оформление обременения.

Грохот едва не вышибает меня из кресла. Кэл поставил рамку, но теперь держит в руках второй отпечаток того же фото.

— А с этим что?

— Это в кабинет Салли, — криво улыбается он, и гордость прямо сочится из каждой черточки его красивого лица. — Оживляю обстановку. — Лицо у него внезапно становится серьезным, он отводит взгляд. — Если только ты не против.

Я оглядываю фотографии, которые он расставил. Его отец. Его брат. Его сын… и я.

Черт. Опять кольнуло в груди.

Кэл всегда казался мне мелкой лужей — весельчак и ветреный. Но я начинаю думать, что просто не давала ему шанса быть большим. Вздыхаю, снова смотрю на него — а он уже наблюдает за мной, и ожидание отпечатано в каждой линии лица, будто он по-настоящему ждет моего ответа. Воздух тяжелеет от его теплого взгляда. Ему и правда важно, что я скажу.

— Тут идеально, — прочищаю горло, голос предательски срывается.

— Что Лола хочет…

Эта чертова строчка — достаточно, чтобы выбить меня из странного транса, в который я умудрилась рухнуть.

— Перестань.

— Ло! — Салли орет из своего кабинета. — Отправляю письмо на твой принтер. Надо через JEDS (*Судебная электронная система данных) подать ходатайство об отложении на утро.

Я встаю, тело само несет меня к новому лазерному принтеру. Поставили его пока на угловой столик. До тех пор, пока не привезут побольше и без червей.

Лист еще теплый, когда я вынимаю его из лотка. Подам это и попробую снова дозвониться в пробацию.

— Я распечатал согласие сторон! — кричит Брайан. — Его надо финализировать в Tervant (*Tervant — это платформа, через которую юристы и суды оформляют, подписывают и подают документы, например согласительные приказы) и подать сегодня.