Чтение онлайн

— О да! Дядя Кэл, ты самый крутой! Мерфи, тебе так повезло, что твой папа — просто супер, — восторженно заявляет Ти Джей.

Мерфи не отвечает, но я почти уверен — уголки его губ чуть-чуть приподнимаются.

— Ну что, парни, мы идем прямо на вражескую территорию, — объясняю я, пока мы поднимаемся в лифте, держа в руках ледяные напитки. Я высовываю язык, чтобы разглядеть его в отражении на стенке из нержавейки. Отражение мутное, толком ничего не видно, поэтому я разворачиваюсь кругом, по-прежнему с высунутым языком. — Он у меня синий? — Получается больше «он у меня финий».

Мерфи прячет улыбку за своим огромным стаканом. А вот Ти Джей, наоборот, заливается смехом.

— Нет, дядя Кэл! Мы же смешали его с красным!

— А-а, — я нарочито громко втягиваю через трубочку еще один глоток. — А я думал, мы просто так сделали — ради вкуса.

Двери лифта открываются, и на пороге стоит пожилая парочка, глаза округлились.

— Простите, — говорю я, придерживая дверь и жестом показывая мальчишкам выходить.

Мы выходим в безликий приемный зал, где едва слышно играет Моцарт. Надменные ублюдки, наверняка даже не знают, что это за классическая мелодия, им просто нравится, что она звучит «богато».

Я раньше не был в этом офисе, но ничуть не удивлен серо-синим цветам вокруг. Выглядит, как любая другая адвокатская контора в Манхэттене: стерильный интерьер, фото ночного Эмпайр-стейт-билдинг и обязательно — панорама Нью-Йорка.

Уж в чем-чем, а в любви к своему городу ньюйоркцы помешаны. «Лучший город в мире! Я люблю Нью-Йорк!» — эта мантра, похоже, у них у всех в крови. Представляю, что милая Лола тоже ее повторяет. Может, даже во время оргазма.

Черт.

Я полный идиот. С какого перепугу я думаю о том, как Лола кончает? А теперь у меня в голове — чертово кино: она у себя в квартире, руки скользят между бедер, вибратор включен на полную мощность. Судя по ней, ей нравится пожестче.

— Дядя Кэл, а кто это разговаривает с моей мамой?

Вопрос Ти Джея вырывает меня из слишком уж наглядных фантазий, но вид перед глазами заставляет кровь в жилах стынуть.

Да какого черта Уилл Хиггинс идет рядом с нашей Слоуни?

Бок о бок они медленно идут по коридору. Он что-то тараторит, она смеется, прижимает папку к груди, выглядит расслабленной и счастливой.

Не хочу это признавать, но я не видел ее такой беззаботной уже много лет.

Моему брату полный конец.

Как только она замечает нас, тут же напрягается, в глазах вспыхивает вина.

О да. Полный, мать его, конец.

Она быстро берет себя в руки, натягивает яркую, но фальшивую улыбку и опускает голову, сосредотачиваясь на мальчиках.

— Привет! — голос у нее слишком уж веселый. — Ну как первый день в школе?

Да, моя невестка явно в чем-то виновата. И мне это очень, очень не нравится.

Кэл

Дорога в Джерси — сущий кошмар. Все трассы забиты людьми, которые в глубине души хотят жить в городе, но по какой-то причине выбрали жизнь в пригороде и теперь застревают в пробках на своих огромных минивэнах и внедорожниках. У каждого на лице кислое выражение, пока я лечу мимо них на своем Aston Martin DB12 Volante.

Я держу внимание на дороге, заботясь о безопасности пассажира, но мысли у меня в полном раздрае. Снова и снова возвращаюсь к тому, как Слоуни смеялась рядом с Уиллом.

Стоит ли рассказать брату? А есть ли вообще что рассказывать?

Лола бы точно знала, что делать. Черт, она, скорее всего, уже все знает — они со Слоуни же лучшие подруги.

Хм.

Я бросаю взгляд в зеркало заднего вида на Мерфи.

— Как думаешь, нам стоит заехать к Лоле с ужином? Она теперь одна в своей новой квартире.

Мерфи хмурится, не отрывая взгляда от мелькающих за окном пейзажей.

— А разве она не жила одна и до переезда сюда?

— Жила. Но она ненавидит Джерси, — объясняю я.

Наверняка скучает по нам и чувствует себя несчастной.

Да, конечно, идиот.

Мерфи пожимает плечами.

— Я бы не отказался от пиццы.

— Вот это разговор, парень!

Стоп, а Лола вообще любит пиццу? Да кто ее не любит, верно?

Через час — пробки, и правда, оказались ужасные — мы подъезжаем к дому Лолы и я замечаю Бенжамина.

— Бенжамин!

— Кэл! Нужна помощь? — он идет ко мне навстречу, протягивая руки, чтобы принять башню из коробок с пиццей, которая балансирует к меня на ладонях. Я не был уверен, какую именно Лола любит, поэтому взял несколько вариантов. Еще и салат — на случай, если все пиццы ей не понравятся.

— Я справлюсь, — выглядываю я из-за коробок. — Можешь просто нажать домофон?

— Мисс Карузо ждет вас? — уточняет он, поднимая трубку.

Я ухмыляюсь. Даже со мной он осторожен. Именно этого я и добивался — Лола заслуживает такой преданности.

— Нет, но позвони ей и скажи, что я принес дары и… Мерфи.

Ну вот Мерфи она точно не сможет отказать. Мне — возможно. На нее мой шарм не действует, как на остальных.

Бенжамин отворачивается и тихо говорит в трубку. Мерфи поднимает на меня взгляд и приподнимает брови: мол, ты правда думаешь, что это сработает?

Я пожимаю плечами. И тут у меня внутри будто фейерверк — мы только что провели наш первый немой разговор.

Я задираю голову, делая вид, что просто смотрю на дверь, и скрываю глупую улыбку.

— Она сказала, что можете подняться, — сообщает Бенжамин.

Я расплываюсь в довольной улыбке и подмигиваю своему маленькому напарнику.

— Ну вот, как видишь.

Мерфи качает головой, но, когда наклоняется, я успеваю заметить на его губах тень улыбки.

Когда двери лифта открываются, Лола уже ждет нас в коридоре.

И выглядит она просто сногсшибательно. Медно-рыжие волосы, которые обычно заплетены в косу, сегодня свободно спадают волнами на плечи. Нежная, словно фарфоровая кожа порозовела, а глаза вспыхивают радостью, когда она замечает Мерфи.

— Ну как первый день?

Он отвечает. Наверное. Мальчик достаточно вежлив, чтобы поддержать разговор.

Но я понятия не имею, что он сказал — я слишком ошарашен видом женщины, стоящей в дверях.

На ней огромные спортивные штаны, закатанные на талии, так что они низко сидят на ее узких бедрах. А маленькая майка обтягивает небольшую грудь, мягкие округлости которой сбивают мне дыхание.

Странное чувство. Видеть Лолу такой — расслабленной, не такой зажатой — чертовски завораживает.