Чтение онлайн

— Ладно, ладно, — сдался я. — Но с кем? Ты же не про Волкову задумал? Я лучше в изолятор на сутки.

Громир засмеялся, а потом его лицо приняло самое хитрое и самодовольное выражение, какое только можно представить.

— Со старшекурсницами.

— Чего? — я не понял.

— Четвёртый курс, пятый курс. Старшекурсницы. Пошли, сам увидишь. Я, конечно, планировал после пары забежать туда на разведку, но… — он потянулся к своей куртке, висевшей на спинке стула, и вытащил оттуда небольшой, изящный, чёрный с золотом конверт. — … получил вот это.

Он бросил конверт мне на кровать. Я взял его. Бумага была плотной, приятной на ощупь. На лицевой стороне элегантным, витиеватым шрифтом было выведено:

«Веселье у Долли»

Я поднял глаза на Громира.

— А что это?

— Закрытая тусовка, — таинственно сказал он, его глаза блестели азартом. — В одном из частных клубов в городе. Только по приглашениям. И знаешь что? Многие там очень хотели бы тебя увидеть. Я пару слов обронил… так, между делом.

— А почему я вообще не в курсе? — спросил я, всё ещё с подозрением разглядывая конверт.

— Потому что у тебя — Лана Блад с её вампирскими замашками, — перечислил Громир на пальцах. — У Зигги — его ботаничка. Вы думаете, я тут буду один сидеть и задротничать, пока вы по углам целуетесь? Не-а. Я тоже социальную жизнь веду. Так что… пошли. Обещаю — будет весело. И… познавательно.

В его голосе звучала такая неподдельная азартная уверенность, что моё сопротивление начало таять. Мысль о душной комнате, учебниках и бесконечном внутреннем монологе о долге и фаворитках вдруг показалась невыносимой. «Веселье у Долли». Звучало как прямая противоположность всему, что происходило в последнее время.

— Ладно, чёрт с тобой, — выдохнул я, поднимаясь с кровати. — Но если там окажется очередной политический смотр невест, я тебе лично кое-что оторву.

— Договорились! — Громир радостно хлопнул в ладоши. — Надень что-нибудь… ну, не слишком помятое. А то воняет бедностью, как говорится.

Я швырнул в него подушкой, но уже чувствовал, как где-то в глубине, сквозь усталость и скепсис, пробивается давно забытое щемящее чувство — предвкушение простого, бесшабашного веселья.

* * *

Мы выбрались из академии под покровом начинающихся сумерек и наняли экипаж — не роскошный, но быстрый. По дороге Громир что-то оживлённо рассказывал о «старых добрых временах», но я почти не слушал, смотря на мелькающие огни города и чувствовал знакомое сжатие в груди — смесь тревоги и любопытства.

Экипаж остановился на одной из боковых, неброских улочек в хорошем районе. Перед нами было невысокое, но широкое здание из тёмного кирпича. Никаких кричащих вывесок, только изящная, неоновая надпись у входа, мерцающая розово-золотым светом: «Веселье у Долли». Окна были затемнены, но из-за двери доносился приглушённый, мощный бас.

Я вдруг заколебался, поправил воротник простой чёрной рубашки, которую в итоге надел поверх тёмных джинсов.

— Я… нормально выгляжу? — невольно вырвалось у меня. Вопрос был глупый, но нервы давали о себе знать.

Громир одарил меня широкой, понимающей ухмылкой и хлопнул по плечу так, что я чуть не кашлянул.

— А какая разница, братан? — почти прокричал он над нарастающим гулом из-за двери. — Ты же сам говорил — не хочешь женского внимания. Значит, и переживать не о чем. Идём как есть!

Я фыркнул, лёгонько толкнул его плечом в ответ, и мы, обменявшись дурацкими ухмылками, шагнули к двери. Громир уверенно толкнул тяжёлое полотно из темного дерева.

И нас накрыло.

Звук ударил, как физическая волна. Ритмичный, пульсирующий техно с глубоким, пронизывающим насквозь басом заполнил всё пространство. Воздух внутри был густым, тёплым, пахнущим дорогими духами, потом, алкоголем и дымом от особых ароматических палочек, которые горели в нишах стен. Огни — не яркие, а приглушённые, синие, фиолетовые, розовые — выхватывали из полумрака лица, тела, блеск страз на одежде.

Народу было полно. Мы начали пробиваться в сторону длинной, подсвеченной барной стойки, уставленной бокалами всех калибров. И вот тут началось самое интересное.

— О-о-о, Рыжий! Дарова, монстр!

— Громир! Иди сюда, братан!

— Воу-воу, посмотрите, кто пожаловал! Да это же наш силач!

Нас буквально начали обступать. Парни — крепкие, уверенные в себе, явно старшекурсники или уже выпускники — хлопали Громира по спине, жали ему руку, подкидывали в воздух (буквально!). Девушки, сверкая улыбками, целовали его в щёку, что-то кричали на ухо. Его встречали не просто как знакомого. Его встречали как своего. Как брата по духу, по веселью, по этой самой «тусовке».

Я шёл рядом, слегка оглушённый музыкой и этим внезапным вихрем общения, и в голове пронеслась единственная, ясная мысль, полная нового уважения и лёгкого стыда за свои прежние представления:

Вот тебе и тихий качок. Вот тебе и «Громир только жрёт и спит». Смотри-ка, у тебя, оказывается, целая империя за пределами академических стен.

И пока он, смеясь, отвечал на приветствия, я понял, что эта вечеринка — не просто «бухание с девчонками». Это его территория. И он привёл меня сюда, чтобы показать её.

Мы протиснулись к барной стойке, отполированной до зеркального блеска, где за стойкой с невозмутимым видом жонглировал шейкером высокий, бородатый бармен с умными глазами.

— Сэдрик, мне как обычно, — громко сказал Громир, перекрывая музыку. — И моему приятелю тоже самое сделай. Покрепче, он сегодня тяжёл на подъём.

Бармен, Сэдрик, кивнул, и его взгляд на секунду задержался на мне с лёгкой, профессиональной оценкой.

— Будет сделано, господин, — ответил он почтительно и принялся ловко смешивать жидкости из разных бутылок с тёмным, почти чёрным содержимым.

Я облокотился на стойку, оглядывая это царство Громира.

— Так ты всё это время, пока я с Ланой голову ломал, а Зигги формулы зубрил, тут вот… тусовался? — спросил я, всё ещё не веря своим глазам.

— Та-а-ак, — потянул Громир, смотря, как Сэдрик работает. На его лице мелькнула смущённая, но гордая ухмылка. — Иногда забегал. Размяться. Отдохнуть от всей этой магической тягомотины.

— «Забегал», — фыркнул я. — Да ты тут, я смотрю, не просто забегал. Тут тебя встречают как возвращающегося героя. Ты тут… легенда местного разлива.