Лавка древностей. Том 1
Шрифт:
— Ничего, пройдетъ, говорилъ мальчикъ, растирая рукой ушибленное мсто, — только я ужъ больше не стану на васъ заступаться, когда будутъ говорить, что такого урода и за деньги не увидишь.
— Ну, а ты-то самъ считаешь меня уродомъ или нтъ?
— Это ужъ мое дло.
— Такъ изъ-за чего ты дрался на моей пристани?
— Я дрался потому, что онъ это говорить, и онъ указалъ на Кита, — а не потому, что это неправда.
— Пускай онъ въ другой разъ не болтаетъ всякій вздоръ: будто миссъ Нелли уродина, будто она и ея ддушка пляшутъ по дудк его хозяина, вступился въ свою очередь Китъ.
— Онъ говорить вздоръ, потому что онъ дуракъ, а ты говоришь правду, Китъ, потому что ты умница. Ты большой умница, т. е. я теб скажу, ты такой умный парень, Китъ, что если хочешь жить на свт, такъ будь осторожне, проговорилъ Квильпъ самымъ сладкимъ голосомъ, ехидно улыбаясь и прищуривая глаза. — Вотъ теб шесть пенсовъ. Всегда говори правду, Китъ. А ты, щенокъ, поди, запри контору и принеси сюда ключъ.
Мальчикъ исполнилъ приказаніе хозяина, принесъ ключъ, а Квильпъ, въ награду за его заступничество, угодилъ ему этимъ ключомъ въ самый носъ, такъ что у него искры посыпались изъ глазъ. Ну да и отомстилъ же онъ ему по-своему. Не усплъ Квильпъ, вмст съ Нелли и Китомъ, отчалить отъ берега, какъ мальчикъ уже стоялъ на голов на самомъ видномъ мст «пристани» и кувыркался все время, пока т перезжали рку.
Только что миссъ Квильпъ расположилась отдохнуть посл мучительной, безсонной ночи, какъ на лстниц послышались шаги ея благоврнаго супруга. Она тотчасъ же встала и, чтобы отвести ему глаза, взялась за работу.
— А посмотрите-ка, душенька, кого я къ вамъ привелъ, — ласково встртилъ онъ жену. За нимъ въ комнату вошла Нелли. Китъ остался внизу, — Нелли очень устала, угостите ее виномъ, а я въ это время настрочу письмо.
Жена съ испугомъ взглянула ему въ лицо: она недоумвала, что бы означали эти нжности. Замтивъ, что онъ длаетъ ей какіе-то знаки, она немедленно пошла за нимъ въ другую комнату.
— Слушайте хорошенько, что я вамъ скажу, шепнулъ ей Квильпъ. — Постарайтесь вывдать у нея все, что можно, насчетъ ея дда, какъ они тамъ живутъ, что длаютъ, о чемъ онъ ей разсказываетъ. Мн это необходимо знать. Вы, женщины, гораздо откровенне между собой, чмъ съ нами. Я знаю, если вы захотите, вы съумете ласкою выпытать у нея все. Поняли?
— Поняла, Квильпъ.
— Ну, такъ ступайте къ ней. Чего-жъ вы остановились.
— Нельзя ли, Квильпъ, обойтись безъ этого обмана? Еслибъ вы знали, какъ я ее люблю, заикнулась было жена.
Карликъ пробормоталъ сквозь зубы какое-то страшное ругательство и сталъ озираться кругомъ: не попадется ли ему палка, чтобы отколотить жену. Но та и не думала ослушаться своего властелина; она только тихонько попросила его не сердиться и общала исполнить въ точности, что онъ отъ нея требовалъ.
— Такъ вы теперь поняли, чего я хочу, продолжалъ онъ попрежнему шопотомъ, нсколько разъ ущипнувъ жену за руку, — я хочу, чтобы вы узнали вс его тайны. Не забудьте, что я все время буду стоять у двери и подслушивать. Какъ только дверь заскрипитъ, такъ и знайте, что я вами недоволенъ. Да и достанется же вамъ, если мн часто придется скрипть дверью. Ну, ступайте.
Жена ушла, а муженекъ ея спрятался за полуотворенной дверью и, приложивъ къ ней ухо, сталъ внимательно подслушивать.
Въ продолженіе нсколькихъ минутъ бдная женщина не ршалась приступить къ допросу — она просто не знала, съ чего начать. Но дверь заскрипла и ея нершительность мигомъ исчезла.
— Вы съ нкотораго времени довольно часто посщаете Квильпа, моя милая, начала она.
— Да, я уже говорила объ этомъ ддушк, простодушно замтила Нелли.
— А что онъ вамъ на это сказалъ?
— Ничего не сказалъ, вздохнулъ да опустилъ голову на грудь. Если бы вы видли, какой онъ былъ тогда грустный, убитый, я уврена, что и вы не удержались бы отъ слезъ. Но и вы ничмъ не могли бы ему помочь. Что это у васъ дверь скрипитъ! удивилась Нелли.
— Она всегда скрипитъ, успокоивала ее хозяйка, тревожно поглядывая на дверь. — Но вдь вашъ ддушка не всегда былъ такъ озабоченъ, какъ теперь?
— Конечно, нтъ, съ жаромъ подхватила двочка, — напротивъ, прежде мы были совершенно счастливы. Вы не можете себ представить, какъ онъ измнился съ нкоторыхъ поръ.
— Мн очень, очень васъ жаль, милая Нелли.
Теперь она говорила совершенно искренно.
— Спасибо вамъ, вы всегда такъ добры ко мн. Двочка поцловала ее въ щеку. — Мн очень пріятно побесдовать съ вами, тмъ боле, что я ни съ кмъ, кром Кита, не могу говорить о немъ. Видите ли, я и теперь была бы счастлива, если бы не эта перемна въ ддушк, продолжала она еще съ большимъ увлеченіемъ.
— Успокойтесь, милая Нелли, онъ скоро оправится и будетъ такой-же веселый, какъ и прежде.
— Дай-то Богъ, дай Богъ! говорила Нелли, заливаясь слезами. — Но вдь онъ ужъ давно… право, мн кажется, что дверь зашевелилась.
— Это такъ, отъ втра, еле слышно промолвила хозяйка, — вы говорите, онъ ужъ давно…
— Да, онъ ужъ давно такой скучный, задумчивый. А прежде какъ мы пріятно проводили съ нимъ вечера! Бывало, я читаю ему вслухъ, — онъ сидитъ у камина и слушаетъ, а когда чтеніе на чемъ нибудь оборвется, мы разговариваемъ съ нимъ. Онъ возьметъ меня къ себ на колни и начнетъ разсказывать про мою матъ: что я очень похожа на нее и лицомъ, и голосомъ, что она не въ могил, а въ раю, и что тамъ никто не старетъ и не умираетъ. Ахъ, какое это было хорошее время! и двочка опять заплакала.
— Не плачьте, не плачьте, милая Нелли, я не могу видть вашихъ слезъ, невольно вырвалось у ея собесдницы.
— Это, врно, оттого, что мн уже давно не съ кмъ было подлиться горемъ, а можетъ быть я и не совсмъ здорова, поэтому не могу удержаться отъ слезъ — а то я рдко плачу. Съ вами я говорю откровенно: я уврена, что вы никому не перескажете.
М-съ Квильпъ молча отвернулась.
— Бывало, мы гуляемъ съ нимъ за городомъ, по лужку, по лсу, а вернемся усталые домой — такъ пріятно отдохнуть. Нтъ нужды, что домъ у насъ мрачный — мы еще съ большимъ удовольствіемъ вспоминаемъ о нашей прогулк и мечтаемъ о будущей. Теперь мы ужъ съ нимъ никогда не гуляемъ и у насъ въ дом стало еще мрачне и скучне, чмъ когда либо.
Она на минуту остановилась и хотя дверь проскрипла не одинъ разъ, м-съ Квильпъ не проронила ни слова.
— Вы, пожалуйста, не думайте, что ддушка сердится на меня или что онъ мною недоволенъ, съ увлеченіемъ говорила Нелли. — Напротивъ, онъ все больше и больше привязывается ко мн. Вы не знаете, какъ онъ меня любитъ.
— Я знаю, что онъ горячо васъ любитъ.
— Онъ такъ же горячо меня любитъ, какъ и я его. Но я вамъ не разсказала самаго главнаго. Только объ этомъ вы ужъ никому не говорите ни слова: онъ совсмъ не спитъ, только днемъ немного отдыхаетъ въ кресл, а ночью уходить изъ дому и почти всегда возвращается на разсвт.