Чтение онлайн

Некоторые Маги смотрели на Динаэля с сомнением.

— Это правда, — Оянг снова поднялся со своего места. — Авенезер не знает, что Любовь одного сэра Фейлеля способна питать силу Оберега нашего мира. Но для этого сэр Динаэль должен быть как можно ближе к… к мадам Фейлель… даже если она… никогда не полюбит его снова…

— А верно! — вновь не выдержал молодой волшебник. — Простите меня за дерзость, но ведь, сэр Фейлель, мадам Эливейн может полюбить вас снова, ведь память её молчит, но сердце-то осталось прежним?

Динаэль помрачнел.

— В этом и беда, — тихо проговорил он. — Её душа, её сердце остались прежними: честными, добрыми… И она увидела того, кто представился ей мужем… И она, как верная жена, уже старается полюбить его… Она просто не позволит себе смотреть по сторонам… А ему достаточно того, чтобы под чувством собственной вины или из желания утешить его…

Дин не договорил — всё и так было предельно ясно и… безмерно печально…

После Совета Динаэль Фейлель, Шенгей и Денис Джой более пяти часов разрабатывали план действий.

Шенгей тревожился: он, как Наблюдатель, чувствовал свою ответственность за человека, уходившего работать в мир, изучаемый им. Шенгей понимал, насколько иная жизнь там, за Границей привычного для Дина измерения. И как трудно войти в незнакомую чужую тебе жизнь, да ещё так, чтобы не выдать себя, не навредить тому, кого защищаешь…

Денис Джой терпеливо объяснял всё, что вызывало вопросы у Динаэля. Дэн позволил Магу для быстроты знакомства с новой жизнью войти в своё сознание… Дин запоминал, вскоре он перестал переспрашивать, додумываясь до ответов самостоятельно.

Наконец Динаэль устало откинулся на спинку стула и бессильно опустил руки.

— Спасибо вам, сэр Джой, — проговорил он. — Вы удивительно отзывчивый человек.

Денис улыбнулся.

— Не стоит меня благодарить, сэр, — ответил он. — Просто я впервые почувствовал себя Человеком, а не так… грязным санитаром…

— Я понял вас… — грустно кивнул Дин. — И мне искренне жаль ваш мир…

— Сэр, — заговорил Шенгей, обращаясь к Фейлелю, — но как вы сможете скрыть от Авенезера свою магию? Он же почувствует вас!

— Не почувствует, — усмехнулся Дин. — Уж я постараюсь… Подобный опыт у меня есть…

— Если вы воспользуетесь своей силой там, то и облик ваш станет прежним, — пояснил Наблюдатель.

— Я догадался, — снова кивнул Дин. — Краска для волос, линзы, одежда того мира исчезнут, а я буду я… Только не врач, — он грустно вздохнул, — а воин в доспехах… Но шрам-то останется!

И Динаэль вдруг лукаво подмигнул Денису. Тот тоже усмехнулся.

Джой оказался заядлым походником, байдарочником. И его лоб по диагонали «украшал» такой же шрам, как у Динаэля: ещё в молодости Дэн рассёк кожу об острые камни одной из горных речек — несчастный случай на горных порогах…

— Я всегда буду готов подстраховать вас, сэр, — Джой говорил твёрдо. — Я буду жить с вашими людьми в Лагере у Границы.

— Спасибо, — Динаэль пожал руку своему новому искреннему другу.

Когда мадам Элиза Марис погружалась в тревожный сон после первого своего разговора с мужем, на дежурство в муниципальной части этой же больницы заступал переведённый сюда из маленького городка белобрысый и кареглазый санитар со слегка нагловатой полуулыбкой — Денис Джой.

Дэн был приятным на вид малым, несмотря на свой шрам, и молоденькие медсёстры уже начали строить ему глазки, пока средних лет женщина в белом не очень чистом халате не заметила им, что мистер Джой староват для таких юных особ, как они, а пожилой шофёр, смачно плюнув в сторону нового санитара, выругался, выражая таким образом своё негативное отношение к людям нетрадиционной ориентации вообще и к присланному по неизвестно какой надобности к ним гею-санитару в частности… Откуда пришли столь интересные сведения — неизвестно, но оказались они весьма достоверными: Джой на женщин не обращал внимания вовсе, а хорошеньким мальчикам улыбался охотно…

Эшер Марис без стука вошёл в кабинет главврача клиники. Он вообще не считал необходимым справляться о том, удобно или неудобно для кого-то его поведение. Он желал поговорить с врачом своей супруги — значит, остальное не имеет значения.

Тери Токно, уже не молодой, убелённый сединами, но весьма крепкий мужчина, на протяжении пятнадцати лет возглавлял эту больницу, а потому привык к разным непредсказуемым поступкам, как клиентов, так и их родственников, тем более, когда речь шла о богатых и влиятельных особах — тут нечего было и гримасничать по поводу их нестандартного поведения: власть и деньги не делают людей лучше…

Мистер Токно состроил приветливую физиономию и пригласил вошедшего присесть на широкое удобное кресло. Магнат устроился на мягком сиденье.

— Сэр Марис, вы хотели поговорить со мной о здоровье вашей супруги? — деликатно уточнил доктор.

— Именно, — коротко кивнул тот. Токно задумался на несколько мгновений.

— Сэр, — проговорил врач, наконец, делая паузы после каждого слова. — Ваша жена, хотя мне ранее не доводилось её лечить, но сейчас я могу это утверждать как специалист-медик, очень сильная женщина и здоровая. Её организм справится с теми травмами, что принёс пожар. И случившийся выкидыш не угрожает дальнейшему физическому здоровью мадам Марис. Не знаю, какой чудо-хирург сделал ей лет, думаю, десять назад операцию, но и тот, видимо, появившийся на свет мёртвым младенец, не помешал вашей супруге вновь забеременеть… Хотя, скорее всего, это заслуга именно врача, ибо обычно после подобных операций женщина вообще остаётся бесплодна…

— Это было ещё до моего знакомства с Элизой, — раздражённо прервал Токно Эшер. — Так что подсказать вам имя вашего коллеги я не могу, — язвительно произнёс Марис. — Меня интересует сегодняшнее состояние моей супруги и перспективы. Я хочу нормальной семейной жизни.

Эшер был зол. Срывал он своё негодование на докторе, а злился на Авенезера: как тот не поставил его в известность о таком факте из жизни женщины, роль любящего мужа которой он должен разыгрывать!.. Правда, женщина ему уже нравилась, и у него возник к ней прямой интерес… Но не предупредить о шраме на столь прекрасной коже!.. Это было подло, с точки зрения Эшера…

— На сегодня, — неспешно и невозмутимо продолжал Токно, — физически мадам Марис практически здорова. Правда, как врач, я рекомендую не спешить с беременностью: организм любой женщины должен восстановиться после стресса, причинённого потерей ребёнка. А месяцев через пять-шесть можете планировать начало счастливого ожидания наследника.

Марис хотел было что-то сказать, но доктор продолжал свою речь, не делая ни одной паузы:

— Но моральное состояние вашей супруги вызывает большие опасения. Мадам Элиза очень неплохо осваивается в мире, хотя и не помнит ничего из своего прошлого. Её амнезия несколько странна. По крайней мере, в моей практике, подобный случай единичен.