Чтение онлайн

— Боги… — вырвалось у меня. Взглянула на подругу совсем иначе. Я-то думала, она счастлива и влюблена, и ребёнок её от большой любви. — Боги, Беатриси… мне так жаль…

Глупые слова, но я не знала, что сказать. Беатрис не подняла головы. Я увидела, как слёзы текут по её носику, усыпанному веснушками. Капают на подол нижней рубашки. Она продолжила:

— Было больно. А ещё он был выпивший, от его рук пахло кровью. Помнишь, тогда предателей казнили. Он очень сильный, мне было не вырваться. Я перетерпела. Он поставил меня на пол и дал денег, как какой-то шлюхе, представляешь? Пара золотых, не помню, — Беатрис уже всхлипывала. — Вот тогда я заплакала. У меня кровь текла, оттуда. Не могла найти исподние штаны в темноте.

— А что Йорген? Он ушёл? — мне было искренне обидно за мою добрую, доверчивую подругу. Придушила бы этого зверя голыми руками.

Беатрис покачала головой и чуть улыбнулась.

— Наверное, ему было стыдно, не знаю. Йорген очень удивился. «Ты девка ещё, что ли?» — спросил он тогда и дал мне ещё золотых, целую горсть. Извинился и проводил до повозки. Хотел, чтобы я пошла к нему в шатёр, но я так боялась его, что отказала. А утром вышла, он ждёт меня, как пёс побитый. Принёс ещё деньги. Опять извинялся и просто прохода мне не давал.

— Понравилась.

— Да. Говорит, что сразу влюбился.

— А ты? Ты-то любишь его?! — теперь я уже не знала, что и думать. Воистину, не одна я настрадалась в первую ночь после свадьбы. — Или ты из-за ребёнка с ним? Боги, а мы с Лейлой глупые! Давили на тебя! Прости!

— Ничего, вы хотели меня устроить. Я его люблю. Йорген хороший, просто немного грубый и порой с ним тяжеловато. Но для меня всё сделает. И для нашего ребёнка. Я уже не боюсь его, просто страшно вспоминать о том дне, — призналась Беатрис. — Мы редко о том говорим, ему стыдно вспоминать. Если, упаси боги, и заговорит, то всё. На коленях передо мной ползает и суёт золото. Вспоминает, если выпил.

— М-да… а я-то думала, мне одной тут достаётся, — постаралась сгладить разговор шуткой.

Мы усмехнулись. Я вернула флягу Йоргена. Беатрис будто посветлела, выговорившись. Я и не думала, что она тоже пережила этот ужас. Корила себя, что узнаю лишь сейчас. Представляю, как плохо ей было в те жуткие дни, но тогда я и сама была измучена страхами. Плохая я подруга.

Было холодно. Мы обнялись и лежали в темноте на кровати в тишине и спокойствии. После рыданий тянуло в сон. Беатрис положила мою руку себе на живот.

— Чувствуешь, раздулся? — спросила она шёпотом. Я восторженно закивала. Мне было удивительно, что внутри неё новая жизнь. Я осторожно погладила её. — Жду, когда толкаться будет. Интересно, как оно? Боязно немножко, рожать-то больно. Йорген обещал, что со мной будет, когда срок придёт. Даже на восток с ним поеду.

— Рада за тебя. Я тоже поеду, Зиг сказал, что возьмёт меня. Выучу языки и буду ему помогать… Исак учит меня говорить на восточных, представляешь? Говорит, я способная.

— Исак? Это новых хранитель? Он милый, и глаза у него добрые.

— А ещё он такой умный! — вздохнула я. Потом вспомнила про Гуди. — Не знаю, что теперь делать.

— С Гуди? А ничего. Просто не говори и не встречайся с ним, всё станет понятно. Ты жена князя. Он это знал, нечего волочиться за тобой. А если снова полезет, пригрози, что Зиг его повесит. Мигом уберётся.

Так и порешили сделать. Но на сердце было тревожно.

Почти целыми днями я была с детьми. Одд и Скегги оказались теми ещё сорванцами. Разбили пару горшков доме, сломали игрушку, ту, что с колёсами и ездила. Оддманду пришлось повозиться, чтобы починить. Мальчишки шугали кошек, живущих в усадьбе для отлова мышей. Трепали Шторма за хвост и носились по дому, словно ужаленные. Я уставала с ними, но ни за что не согласилась бы вернуть их обратно в город.

— Здравствуй, Исак, как твои дела?

Мы не виделись с хранителем несколько дней. Я всё возилась с мальчишками — играла, гуляла и шила им одежду. Сейчас выдалась минутка, когда я уложила их спать в княжеских покоях и поспешила на урок языка. Мы начали перед моим отъездом в город, но так и закончили. Заботы поглотили меня.

Исак сидел на стуле. Стол вокруг был завален свитками. Горела свеча. Хранитель поднял на меня красные глаза. Он улыбнулся, и улыбка показалась мне безумной.

— Здравствуй, госпожа. Я не спал сутки, — признался друг, хмыкнув. Уступил мне место и потянулся. Я услышала, как хрустит его спина, и вжала голову в плечи. Честно сказала:

— Выглядишь ужасно.

— Я знаю, — усмехнулся Исак и приготовил глиняную дощечку и острое писало. — Но что не сделаешь ради знаний. Занятные свитки, тут про старые способы лечения. Довольно… любопытные методы.

— Ого, ничего себе! Боги, у меня совсем нет времени, чтобы читать, — пожаловалась я. Взялась за палочку. — Эти дети скоро разрушат наш дом. Зиг убьёт меня, когда вернётся. Они разрисовали углём стены в главном зале.

Исак засмеялся. Мне вот было не очень смешно. На стенах красовались какие-то карлики и непонятные звери. И бегали они аккурат за троном князя. Представляю, как он будет сидеть на пирушке со своими волками, а эти чудики будут позади него!

Мы начали урок. Хранитель был прав, я оказалась способной. Училась быстро, но не сказать, что совсем без усилий. Наверное, дело в том, что мне было интересно всё в этом мире. Дома я тоже почти никогда не сидела без дела. Рано научилась читать и писать, вышивала, училась музыке, танцам, изучала немного лекарское дело и совала нос в дела отца. А отец воевал. Очень много воевал. Сначала с западом, потом с Бергсландом. И всегда нам досаждали кочевники. Видела их пару раз со стен крепости. Жуткое зрелище. После них не остаётся ничего, кроме выжженной земли.

Боги, Зиг, надеюсь, с тобой всё в порядке.

— Когда я жил в Вёстре, на западе, и ещё не путешествовал, то думал, что всё, что за горами, земли варваров. У нас говорят, что варвары не знают ничего, даже говорить не умеют, и только и делают, что режут друг друга, — рассказал Исак. Он сидел на краю стола и качал ногами. — Но теперь, когда я прожил среди варваров уже год, то понял, как же сильно мы ошибались. Не такие уж вы другие.

— И всё-таки есть варвары, которые хотят только резать, — поморщилась я. Решила рассказать ему: — Я ездила в город, чтобы раздать хлеб беднякам. Моим людям чуть не вырвали руки, будто народ голодает всю зиму!

— Люди порой хуже зверья, госпожа.

— Да, и это ужасно. Я хочу помочь сиротам. Защитить их, согреть и накормить. Но всё, что могу, — забрать домой двух мальчишек. Неясно ещё, что скажет Зиг. Вдруг выгонит и меня с ними?

— Ну нет, госпожа, князь Зигрид слишком дорожит тобой, — заметил Исак, качая головой. — Признаться, я не думал, что варвары так относятся к женщинам. Умеют любить… Я видел только насилие над женщинами, пока не познакомился с твоим князем.

Я вздохнула.

— Он очень сложный человек. Как мне помочь сиротам? Я уверена, что их сотни в городе. Зиг столько воюет, наверняка много детей остались без родителей, — мне было грустно от этого.